Гены лидера. Почему большинство боссов так плохо руководят
Компаниям как никогда нужны настоящие лидеры — неопределенность зашкаливает, а работать надо больше, быстрее и качественнее. Многочисленные коучи обещают гарантированно сделать харизматичного вождя из любого студента, а компании организуют лидерские программы, стремясь вырастить руководителей из своих управленцев. Но удается это крайне редко: исследование управленческого консультанта Corporate Executive Board показало, что программы по развитию потенциала есть у 66% фирм, однако лишь в 24% топ-менеджеры признают такие программы результативными.
Почему и владельцы фирм, и тем более их сотрудники жалуются на никчемность своих управленцев? Виной всему может оказаться генетика. Ученые все увереннее утверждают, что лидерские качества в значительной степени зависят от сочетания генов, которыми обладает человек. У большинства людей не получится повести других за собой, сколько ни вкладывай в их обучение. Какими же «волшебными» генами обладают прирожденные чемпионы и является ли отсутствие этих генов приговором?
Управленец с пеленок
Вопрос лидерства важен не только потому, что многих манит должность, к которой прилагаются разнообразные плюшки начиная с зарплаты. Необходимость вдохновить команду — это давно не пафосный лозунг, а необходимое качество, как и способность принимать непопулярные решения и искать пути выхода из любой сложившейся ситуации. Вопрос в том, где брать таких руководителей и можно ли их натренировать.
Разбираясь, в чем заключается магия лидерства, почему одного руководителя уважают, а то и обожают и идут за ним, а другого нет, исследователи то и дело приходят к классической дилемме nurture or nature — воспитание или природа имеют большее значение для развития лидерских качеств? Одними из первых внятных результатов добились исследователи из Лондонского университетского колледжа — международная группа, в которую вошли ученые из Гарвардского, Нью-Йоркского и Калифорнийского университетов. Согласно их изысканиям, гены минимум на 25% определяют, возьмет ли человек на себя обязанности управленца.
Исследование, опубликованное в журнале Leadership Quarterly в 2013 году, — первое, в котором выявлена конкретная последовательность ДНК, связанная со стремлением занимать лидерские позиции. «Мы идентифицировали группу генов под названием rs4950, которая, по-видимому, связана с передачей лидерских способностей из поколения в поколение», — сообщил ведущий автор, доктор Ян-Эммануэль Де Неве. Ученые сопоставили генные группы примерно 4000 человек с информацией об их работе и отношениях и обнаружили, что наблюдается значительная корреляция между rs4950 и лидерством. «Распространенное мнение о том, что лидерство — это навык, во многом остается верным, но мы показываем, что оно также частично является генетической чертой». Исследователь, впрочем, заметил, что необходимы дополнительные исследования, чтобы понять, как rs4950 взаимодействует с другими факторами, такими как среда обучения.
В 2022 году ученые из Сингапурского университета провели исследование, ставшее крупнейшим полногеномным исследованием фенотипов лидеров. Оно охватило 249 тыс. участников европейского происхождения, чьи данные были взяты из Биобанка Великобритании (самое большое в мире собрание полных геномов людей) и еще нескольких баз генетических данных. 17% (43 тыс. человек) из участников исследования были руководителями в тех или иных организациях, 83% (205,6 тыс. человек) — нет. 48% участников составляли мужчины. Испытуемым было от 39 до 71 года, то есть средний возраст — 54,3 года — рубеж, к которому человек обычно либо добился высокой позиции в карьере, либо едва ли уже добьется.
Это исследование дало интригующие результаты: мало того что роль наследственности оказалась выше, чем в научной публикации американских коллег, — около 30%, так еще и выяснилось, что «лидерские гены» связаны с другими предрасположенностями — в частности, с биполярным расстройством, шизофренией и частотой употребления алкоголя. «Мы также наблюдали положительную генетическую корреляцию между лидерским положением и сокращением продолжительности жизни, сердечно-сосудистыми заболеваниями и индексом массы тела», — пишут ученые. Плохая новость в том, что лидеры от природы подвержены многим психическим и физическим недугам. Авторы отмечают, что и такие приписываемые настоящим лидерам качества, как «интеллект, экстраверсия, толерантность к риску, невротизм и высокий рост, согласно нашему исследованию, продемонстрировали существенную генетическую обусловленность».
Российские ученые дают и более смелые оценки. «Биологическую предопределенность быть лидером можно разложить на несколько уровней, — рассказывает доктор биологических наук, профессор кафедры физиологии человека и животных биологического факультета МГУ Вячеслав Дубынин. — Первый из них — генетический. Молекулы ДНК, которые передают нам родители, на 40–50% детерминируют подавляющее большинство психологических и поведенческих характеристик. Эмпатия, устойчивость к стрессу, предрасположенность к творчеству или спортивным достижениям, стремление лидировать — все это в очень значительной степени зависит от генов. Второй уровень — эмбриональный, он определяет 10–15% индивидуальной изменчивости. За девять месяцев нахождения в утробе матери нервные клетки размножаются, занимают свои места в мозге ребенка, а затем формируют триллионы нейронных связей. В это время работают так называемые пренатальные факторы. В результате к генетической основе присоединяются эффекты, определяемые состоянием организма матери, ее здоровьем и питанием».
Большое значение для развития плода имеет деятельность материнской плаценты, ее способность «договориться» с иммунной системой, продолжает Дубынин. Ведь эмбрион с точки зрения иммунитета представляет собой нечто чужое в организме женщины. «Третий уровень — гормональный, и это еще 10–15% вариабельности нашей личности. Выработка определенных веществ в организме растущего ребенка формирует определенный эмоциональный фон и мощно влияет на стремление быть лидером. Речь идет в первую очередь о гормонах, отвечающих за активацию (тироксины), состояние стресса (кортизол), а также за половое поведение. Весьма тесно у человека с формированием лидерских качеств связаны андрогены (мужские половые гормоны. — РБК)». Они, как известно, вырабатываются не только у мужчин, но и у женщин. Поэтому харизматичным вождем можно стать вне зависимости от пола. «Таким образом, лидерские качества примерно на 70% предопределяются биологическими факторами — генетическими и физиологическими», — заключает Дубынин.
Пасмурно, местами вожди
Авторы сингапурского исследования все же оговариваются, что лидерство не может быть полностью определено горсткой генов; скорее лидерство — это «очень сложное явление, на которое могут влиять десятки генов, каждый из которых имеет небольшой эффект», и предостерегают «от упрощенной интерпретации наших результатов как защиты генетического детерминизма».
«Одного-единственного «гена лидерства» не существует. Вообще гены, которые в одиночку определяют какую-то черту фенотипа, уникальны: таков, например, ген, вызывающий муковисцидоз, — согласен нейрофизиолог с 20-летним стажем Ярослав Слободской-Плюснин, эксперт в области управленческих компетенций, директор программ практики «VIP-консультирование» кадрового консалтера «Экопси». — Но и с точки зрения управленческого консалтинга это невозможно, лидерство не простая переменная, а сложный набор личностных черт и наработанных компетенций. Когда мы раскладываем сложный конструкт лидерства на компоненты, то видим, что некоторые личностные черты играют более значимую роль, чем другие. Например, экстраверсия. Это не только общительность, как ее принято трактовать. Это несколько субфакторов, завязанных на определенные поведенческие паттерны, например проактивность, инициативность, стремление быть на первых ролях. Доминантность — тенденция захватывать контроль над обстановкой, ресурсами, командой. Это связанные, но независимые в структуре экстраверсии черты. Человек может обладать высокой экстраверсией, быть весьма общительным и инициативным, но совершенно не желать доминировать, брать ответственность, конкурировать».
Сегодня мы мало знаем о генетических вариантах, которые могут модулировать лидерство на уровне всего генома, однако определенно есть лидерские качества, для которых не важны опыт и сознательное обучение. «Например, открытость новому, любознательность сильно определяется генетически. Любознательный человек будет таковым в любой ситуации, это для него естественный процесс. А другой человек сидит и смотрит сериалы каждый вечер после работы, ему хорошо. Его пытаешься растормошить, мол, вам надо учиться, вам надо чем-то интересным заниматься, ему некомфортно. У него низкая любознательность, ему комфортно с таким объемом знаний, с такой картиной мира», — объясняет Слободской-Плюснин. Обучение здесь влияет незначительно, разве что мотивацию может подкреплять. Любознательность не натренируешь: можно увеличить объем знаний, а естественную тягу к новому и стремление расширять кругозор — нет. Агрибельность (дружелюбие) тоже важный компонент лидерства, без этого лидер не слепит команду и не сможет ее удерживать. «Здесь важны и генетика, влияющая на особенности работы мозга, и влияние среды. Все это делает некое качество сильным или слабым. Если вы интроверт и вам комфортнее работать в одиночку, вы не любите доминировать, это прекрасные черты, но в большинстве условий это антиподы лидерства», — резюмирует эксперт.
Получается, что при прочих равных, вне зависимости от обучения, коучинга и программ развития лидерства, так называемых инвестиций среды, люди находятся на разных стартовых позициях, приходит к выводу Слободской-Плюснин. «Существуют даже биомаркеры, связанные со склонностью к риску или открытостью новому. Мы исследовали их в нескольких лабораториях на протяжении последних 15 лет, а также изучали на группе более 100 топ-менеджеров совместно со «Сбером» и бизнес-школой «Сколково» в рамках проекта «Нейроассесмент» в 2018–2019 годах», — отмечает Слободской-Плюснин. Участники исследования решали задачи, связанные с высоким риском, и у одних энцефалограмма показывала высокий уровень эмоционального возбуждения при риске потерь, а у других — при перспективе вознаграждения.
«Сами люди эти различия в поведении и принятии решений не осознавали, но они оказались статистически значимы и показали устойчивую взаимосвязь с особенностями жизни топ-руководителей: кто любит опасный спорт, а кто предпочитает спокойное времяпрепровождение, кто получает много штрафов за превышение скорости, а кто нет, кто может злоупотребить спиртным и/или курит, а кто не склонен к этому. И что еще интереснее, этот биомаркер оказался значимым независимым предиктором успешного решения задач в ситуации неопределенности. Но масштабировать результаты пока невозможно. Слишком высока вариабельность реакций», — уточняет эксперт.
Есть и программы лидерства, авторы которых пытаются учитывать врожденные склонности студентов и использовать их при обучении. Однако они пока что довольно однородны, и подход к ним довольно шаблонный. «Это долгосрочные инвестиции, и компании думают: «Почему, тратя на выявление и развитие талантов, мы еще должны думать о кастомизации? А вдруг мы в него вложимся, а его переманят?» Между тем кандидаты могут обладать плюс-минус одинаковым потенциалом. Но один суперконфликтный, а другой покладистый, он как клей, все вокруг него объединяются, но у него западает твердость принятия решений, особенно непопулярных», — приводит пример Слободской-Плюснин.
Лидер свежемороженый
Впрочем, всецело полагаться на результаты генетических исследований не выйдет. Доктор Де Неве особо подчеркнул, что главная практическая польза исследования его группы в том, что оно может помочь выявить конкретные факторы окружающей среды, которые могут помочь в развитии лидерских качеств, а вовсе не в отсеве непригодных. «Наша работа привлекает внимание к этическим проблемам, связанным с использованием генетических тестов для отбора и оценки руководителей. Нам следует серьезно рассмотреть возможность расширения нынешних мер защиты от генетической дискриминации на рынке труда», — уточнил он.
И даже с лидерскими качествами, генетическая обусловленность которых сомнению не подлежит, не все так просто: в конкретной культуре они могут быть не просто ненужными, но даже вредными. «Насколько нужна любознательность? — задается вопросом Слободской-Плюснин. — Для лидерства мы можем выделить универсальные компоненты, остальные качества очень сильно зависят от условий и требований среды. Мы как-то проводили ассесмент IT-директора, который поработал как на консервативном «красном» старой закалки заводе, так и в западной IT-компании. И там и там он занимался сопоставимыми делами и задачами, но сама механика управления была разная и апеллировала к разным особенностям: как принимаются решения, какие есть модели коммуникаций». Если, например, компания — монополист, то новое для нее — это лишь риски и затраты. Открытость новому начнет создавать проблемы, никто не готов экспериментировать — ни бюджеты, ни люди.
«Или, например, такая черта, как внимательность. Вроде бы лидер должен быть внимательным к деталям. Я знаю двух равно успешных лидеров, у обоих хороший рост в подразделениях, прекрасные результаты. Но один педантичный, въедливый, постоянно притормаживает команду, требует проверять и перепроверять. Другой даже толком не знает, сколько у него продуктов в линейке, хотя их всего-то с десяток, но хорошо видит широкую поляну. Он просто понимает, что ему нужно ставить на местах более педантичных людей», — приводит пример Слободской-Плюснин.
Одним словом, выбирая лидера для выращивания его в компании или собираясь стать таковым, в первую очередь придется быть честными с самими собой. Как ни модно сейчас обладать определенными качествами (кто по доброй воле откажет себе в наличии открытости новому), вам потребуется абсолютно честный взгляд на качества, которые нужны лидеру, именно у вас. В конце концов, еще гуру менеджмента, американский экономист Питер Друкер, уточнял, что успешный руководитель может быть как харизматичным душкой, так и напоминать мороженую рыбу. И не стоит забывать, что как минимум 30% или около того лидерских качеств приходятся на внешние обстоятельства, которые случаются с человеком в течение жизни. «Эти события ведут к накоплению уникального индивидуального опыта. Данный процесс начинается в раннем детстве и продолжается всю жизнь, и здесь огромна роль родителей, учителей, наставников», — напоминает Вячеслав Дубынин.
Читайте РБК в Telegram! Самые важные новости, только проверенная информация.
Фицо назвал вероятный срок завершения конфликта на Украине
Сотовые операторы прекратили маркировать звонки из крупных банков
Минздрав обязал обеспечивать беременным два визита к психологу
Politico узнало о планах Франции запретить чиновникам Google Meet и Zoom
США заявили о готовности применить силу для сотрудничества Венесуэлы
В Словакии назвали размер ущерба при прекращении поставок газа из России
