Аузан назвал «путь Левши» шансом России при новой глобализации

Александр Аузан (Фото: Олег Яковлев / РБК)

Современный мир перешел из фазы сближения в фазу разбегания, существовавшие ранее «тонкие конструкции общего понимания мира» и компромиссных ценностей рухнули, однако происходящий «отлив глобализации» не вечен и вновь сменится приливом. Такой прогноз в интервью РБК дал декан экономического факультета МГУ Александр Аузан.

«Глобализация вернется. Мой прогноз в том, что мир пройдет через рецессию в ближайшее время. А вот после рецессии начнется процесс глобализации, новый виток, прилив», — сказал Аузан.

По его словам, сейчас в мире действуют две разнонаправленные силы, из которых первая «расталкивает» нации, в том числе и потому, что характерная для XX века конкуренция капиталистической и социалистической систем сменилась «конкуренцией цивилизаций», то есть очень больших групп людей, которые сильно отличаются друг от друга, прежде всего, религиями и ценностными установками. Другая сила, наоборот, подталкивает их к сотрудничеству и кооперации в условиях разделения труда, так как «люди лучше всего делают то, что умеют и любят делать». В результате, полагает Аузан, новая волна глобализации может подняться уже через два-три года.

И в этой «новой глобализации» может, по словам Аузана, поучаствовать и Россия. На цивилизационную изоляцию, подобную той, которую выбрал для себя в XVI веке Китай, Россия не обречена, хотя угроза того, что ситуация может пойти по такому пути, есть. И это в перспективе может ударить так, что «правнуки не справятся с подъемом».

«Риск есть из-за ощущения цивилизационной разобщенности, но необходимости нет быть изолированными. Цивилизации вообще, они же общаются. Нам нужно обдумывать, как Россия будет входить в новый поток глобализации, с чем. И входить не привычными каналами, не через обычные западные ворота, а через очень сложные закрытые рынки арабских стран и Китая. Нам надо понимать, что мы можем делать такого, что делаем лучше других. Вот это пока непонятно», — полагает Аузан.

По его словам, в этой ситуации России мог бы пригодиться характерный для нее «феномен Левши», то есть свойственная россиянам способность «хорошо делать нестандартные вещи». При этом их тиражированием могли бы заниматься уже другие, те, кто хорошо справляется именно с массовым производством.

«Нужно искать точки специализации, которые связаны с выпуском опытных партий, с возможностью создания новых продуктов, тиражирование которых надо отдавать. Но важно, конечно, чтобы роялти, чтобы доходы от этого тиражирования поступали в центры разработки. Не только такая опытно-конструкторская деятельность, но и, например, внедренческая — это тоже сложные сервисы, это тоже Россия может делать. Надо найти 10–15 точек такого рода, которые, заметьте, решают не задачу самодостаточности в стране. Потому что это задача выживания. А решают задачу выхода в новую волну в мировом разделении труда», — пояснил Аузан.

К числу преимуществ декан экономического факультета МГУ отнес то, что Россия и сейчас располагает не просто «довольно приличными», но передовыми цифровыми технологиями.

«У нас тут есть возможность поисков. Пожалуйста, смотрите, GPT «Яндекса» вошел в двадцатку лучших GPT мира. Не говоря уж о том, что есть еще GPT «Сбера». То есть это не единичное производство нейросетей, больших языковых моделей в России... Если говорить о предложении, которое связано с цифровыми мирами, то наши цифровые экосистемы на фронтире, они в этом участвуют. Они эти новые миры придумывают», — сказал Аузан.

По его словам, Россия могла бы «делать свое предложение смыслов», если сумеет решить проблему внутренней разъединенности, разделение людей на своих и чужих, поляризацию общества и культ силы. И именно это внутреннее противостояние экономист считает большой опасностью и главным препятствием для движения к «сколько-нибудь приемлемому будущему».

«Мы сейчас разделенная внутри себя страна. Поэтому можно мечтать об экономическом процветании, о технологических прорывах и так далее, и так далее, но все это абсолютно недостижимо в стране, где свои и чужие. Где противостояние считается нормальным, а компромисс — слово неприличное. Поэтому я считаю, что в этом отношении и культ силы — это отдельный разговор. Потому что сила — это простое, но обычно неправильное решение вопроса или неэффективное. Для экономического развития и для будущего это плохо», — уверен Аузан.