Лента новостей
ЕС пригрозил США ответными пошлинами на €35 млрд Экономика, 03:38 В Канаде почти 70 человек пострадали в ДТП с двумя школьными автобусами Общество, 03:38 Сирийские СМИ сообщили об ударе Израиля по провинции Дераа Политика, 03:12 В Латвии главу МВД раскритиковали за поход на концерт Лепса Политика, 03:12 Житель Пензы отсудил у онкодиспансера 90 тыс. руб. за ошибочный диагноз Общество, 02:52 ExxonMobil попросила власти упростить ей работу на российском шельфе Бизнес, 02:49 Минюст США начал антимонопольное расследование против онлайн-платформ Технологии и медиа, 02:32 Путин поздравил россиянок с золотом на чемпионате мира по фехтованию Спорт, 01:51 Украина установила комплексы ядерного контроля на границе с Россией Общество, 01:28 В Европе предупредили о возможном крахе «Укртрансгаза» из-за долгов Экономика, 01:14 Трамп заявил об «обдирании» США Евросоюзом Политика, 01:03 7 самых востребованных домашних гаджетов на новый лад РБК и Philips, 00:57 Moody’s не увидело у «Слуги народа» желания восстановить связи с Россией Политика, 00:42 Прокурор попросил суд приговорить экс-замглавы ФСИН Коршунова к 9 годам Общество, 00:25
Экономика ,  
0 
Нобелевский лауреат по экономике сравнил Россию с Венесуэлой 1980-х
Нобелевский лауреат по экономике, американец Пол Кругман сравнил сегодняшнюю Россию с Венесуэлой начала 1980-х и намекнул, что Россию может ждать та же участь – кризис внешних долгов и экономическая несостоятельность.
Нобелевский лауреат по экономике, американец Пол Кругман (Фото: Getty Images)

В своем популярном блоге на сайте газеты The New York Times Кругман задался вопросом, похожа ли Россия 2015 года на Венесуэлу 1983 года. Тогда Венесуэла, как и многие страны Латинской Америки, не смогла больше обслуживать огромный внешний долг и была вынуждена его реструктурировать.

«Венесуэла в то время, как Россия сейчас, была нефтяной экономикой с постоянным профицитом внешних операций, – пишет Кругман. – Но все равно она была уязвимым должником, потому что весь этот профицит, по сути, конвертировался в зарубежные активы коррумпированных элит».

Проблемы России, очевидно, проистекают не только из цен на нефть, которые упали на 40% за полгода, отмечает Нобелевский лауреат, но из конфликта вокруг Украины и его международных последствий. Кругман поражается, «как быстро разваливается финансовая стабильность»: еще в начале года ставки по десятилетним облигациям России были ниже 8%, а теперь достигают 12,67%.

По формальным признакам у сегодняшней России и Венесуэлы 1983 года не так много сходств: «в конце концов Россия все последние годы жила с активным сальдо текущего счета; в целом это страна-кредитор, а не должник». Но у нее значительные внешние долги в корпоративном секторе, а валютные резервы Центробанка «быстро сокращаются – отчасти из-за бегства частного капитала».

«Разумеется, у Венесуэлы не было ядерного оружия», – иронизирует Кругман

Вчера, по данным Bloomberg, доходность десятилетних рублевых гособлигаций поднималась до 12,67% – самого высокого уровня за пять лет. Bloomberg также отметил, что еврооблигации банков, таких как ВТБ, «Русский стандарт» и банк «Санкт-Петербург», торгуются с премиями к доходности казначейских бумаг США, превышающими 1000 б.п., это характерно для «бедственных долгов» (distressed debt).

В условиях западных санкций внешний рынок заимствований для большинства российских компаний фактически закрыт. По данным Банка России, в декабре 2014 года российским банкам и компаниям предстоит выплатить около $33 млрд по внешнему долгу, поэтому аналитики ожидают повышенного спроса на доллары на валютном рынке. В то же время валютных резервов ЦБ должно хватить для покрытия обязательств России по внешнему долгу в 2015 году, считает рейтинговое агентство Moody's Investors Service. Как заявило агентство 5 декабря, международные резервы составляют $361 млрд, а правительству, компаниям и банкам предстоит выплатить только $130 млрд до конца следующего года.

Венесуэла в 1980-х

Венесуэла в 1983 году стала одной из жертв долгового кризиса в Латинской Америке, охватившего несколько десятков развивающихся стран региона. Часть стран, не обладавших возможностями по экспорту нефти, систематически финансировали перекосы в платежных балансах внешними заимствованиями, главным образом у западных банков. Общая долговая нагрузка Латинской Америки, по данным Всемирного банка, выросла с $29 млрд в 1970 году до $159 млрд к концу 1978 года, а к 1981 году задолженность достигла $300 млрд.

Долговое бремя усугубила политика ФРС США по сдерживанию инфляции: процентные ставки к началу 1980-х резко возросли, курс доллара к основным валютам только за 1981 год повысился на 11%. Долг латиноамериканских стран в основном был номинирован в долларах, а стоимость банковских кредитов была привязана к ставке LIBOR. Все началось с Мексики, которая объявила в августе 1982 года, что больше не может платить по долгам. К 1983 году крупнейшие страны региона – Аргентина, Бразилия, Мексика и Венесуэла – вели переговоры о реструктуризации.

Отличие Венесуэлы от большинства латиноамериканских стран заключалось в том, что страна только выигрывала от роста цен на нефть (с 1978 года нефть подорожала с $14 за баррель до $35 к 1981 году). Как один из учредителей ОПЕК Венесуэла стабильно получала приток нефтедолларов. По мнению политолога, профессора Амхерстского колледжа Хавьера Корралеса, до начала 1980-х Венесуэла была «стабильной, левоцентристской демократией» с доходами «выше среднего» по классификации Всемирного банка. Но страна так и не смогла оправиться от валютных и долговых кризисов 1980-х и в результате коррупции и плохого управления в 1990-х «погрузилась в экономический хаос».  

Магазин исследований: аналитика по теме "Макроэкономика"