Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Открытые данные против коррупции: в чем Россия перегнала Запад
Лента новостей 6:54 МСК
WSJ рассказала о новой «суперпушке» США для «сдерживания России и Китая» Политика, 05:17 В США застрелили баскетболиста NBA Общество, 04:59 Во время салюта на дне города в Дзержинске погибла женщина Общество, 04:27 Lufthansa приостановит полеты в Венесуэлу из-за кризиса в стране Бизнес, 03:37 В Южной Калифорнии разбился небольшой самолет Общество, 02:54 Арбитраж поддержал отмену банкротства Тельмана Исмаилова Бизнес, 02:26 На МКС полностью развернули надувной модуль NASA Технологии и медиа, 01:56 СМИ узнали о положительной допинг-пробе чемпионки Олимпиады-2012 Лысенко Общество, 01:24 Савченко отказалась благодарить Путина за свое помилование Политика, 01:12 «Реал» в 11-й раз выиграл Кубок европейских чемпионов Общество, 00:36 Путин посетил Афон. Фоторепортаж Фотогалерея, 00:16 Силовики в ходе спецоперации в Дагестане убили боевика Общество, Вчера, 23:58 На юге Москвы водитель в ходе конфликта выстрелил в пешехода Общество, Вчера, 23:26 Совладелец Русской медиагруппы подал иск против радиохолдинга Бизнес, Вчера, 23:02 В Подмосковье мужчина погиб при попытке сесть в электричку Общество, Вчера, 22:31 В Москве задержали подозреваемого в ранении женщины из пневматики Общество, Вчера, 22:02 Сообщение о минировании ТЦ «Авиапарк» в Москве оказалось ложным Общество, Вчера, 21:42 В Москве рабочие обнаружили схрон с похожими на оружие предметами Общество, Вчера, 21:27 В Германии и Франции после ударов молний в больницах оказались 46 человек Общество, Вчера, 20:47 Экс-министр предложил помощь пострадавшим в ДТП с участием его сына Общество, Вчера, 20:41 В ходе химического опыта на фестивале науки в Москве пострадали трое Общество, Вчера, 19:57 Москва отказалась договариваться о снижении цены на газ для Белоруссии Политика, Вчера, 19:54 Участники «гонок» на Gelandewagen стали фигурантами уголовного дела Общество, Вчера, 18:42 В Москве эвакуировали торговый центр «Авиапарк» Общество, Вчера, 18:21 Россия и Китай провели первые совместные компьютерные учения по ПРО Политика, Вчера, 18:06 Шойгу пообещал создать сотни центров «Юнармии» в России Общество, Вчера, 17:49 Глава ДНР пообещал «шлепнуть» Савченко Политика, Вчера, 17:41
27 янв, 11:09 Общество
Открытые данные против коррупции: в чем Россия перегнала Запад
Иван Бегтин, директор АНО «Информационная культура»
Другие мнения автора
Темная сторона открытости: почему не все данные стоит раскрывать 16 мая, 15:30 Apple против ФБР: что важнее — безопасность или частная жизнь? 25 фев, 14:55 Еще 1 материал
В некоторых сферах, например в госзакупках, в России уровень раскрытия информации выше, чем во многих западных странах. Это помогло ей подняться в индексе восприятия коррупции. Что делать дальше?

Неизбежная открытость

Сегодня международная антикоррупционная организация Transparency International опубликовала очередной индекс восприятия коррупции (ИВК). По итогам 2015 года Россия поднялась в нем на 17 строчек. Мы все еще в последней трети таблицы — на 119-м месте, но это лучший результат за последние четыре года.

Ключевой фактор такого успеха — в минувшем году российскими госорганами был открыт огромный объем данных. Это произошло, в частности, благодаря введению обязательного декларирования имущества и доходов должностных лиц.

Мы в АНО «Информационная культура» подготовили годовой отчет «Открытые данные» за 2015 год, в котором проанализировали все нововведения, позволившие России в этом году занять в ИВК более высокое место. Краткое резюме: открытые данные перестали быть чужеродной темой для Российского государства и стали ежедневной рутиной для сотрудников органов власти, ведущих официальные сайты, специалистов по IТ в госорганах и многочисленных потребителей данных — а это далеко не только журналисты-расследователи, это практически все крупнейшие интернет-компании и обычные граждане.

Отчасти это результаты активной пропаганды открытости немногих активистов, отчасти — результат, хоть и фрагментированной, но существующей государственной политики. Но по большей части это неизбежность, приходящая с автоматизацией органов власти, диктуемая условиями рыночной экономики.

Догнали и перегнали

В это трудно поверить людям, далеким от темы открытых данных, но в некоторых сферах в России уровень раскрытия информации выше, чем во многих западных странах. К примеру, в госзакупках. В Великобритании данные о закупках для муниципальных нужд не раскрываются, а в России публикуются даже тексты контрактов. Это уникальная ситуация.

В нашей стране происходит раскрытие огромного количества информации, которую в мире в основном предпочитают не раскрывать. Это относится даже к вопросам государственной безопасности. К примеру, российское Министерство обороны публикует информацию практически обо всех контрактах, включая закупку ядерных подводных лодок, на сайте zakupki.gov.ru. Исключение составляет закрытая часть бюджета — примерно 26%.

В США дело обстоит иначе. Министерство обороны США ввело ряд правил, действующих при осуществлении закупок вооружений за счет госбюджета. Во-первых, для поставщиков, которые работают с Минобороны, существует процедура регистрации, доступ к тендерной документации они получают только после прохождения так называемой предварительной квалификации. Данные о закупках недоступны широкой общественности даже по запросу. Второе правило заключается в том, что информация о заключенных контрактах публикуется с задержкой от трех до 12 месяцев. Текст контракта не публикуется вовсе.

Таким образом, в России открытость в вопросах, затрагивающих национальную безопасность, граничит с халатностью. И наоборот, многие общественно важные данные не публикуются под предлогом национальной безопасности. Это данные, касающиеся качества нашей жизни — качества образования (средние баллы ЕГЭ по школам), результатов мониторинга вузов, успешности операций на сердце, детализированной криминальной статистики, данных мониторинга качества воздуха и уровня загрязнения почвы.

С какими еще данными в России дела обстоят плохо? Как нетрудно догадаться — с теми, которые находятся в фокусе политической повестки. За все время декларационной кампании чиновников так и не появилось централизованного портала для публикации деклараций о доходах и расходах в формате открытых данных. ЦИК России не публикует и тысячной доли данных, накапливаемых в его банке данных о выборах и референдумах. Мы не видим на сайте правительства ни полных стенограмм совещаний (не только у председателя правительства, но и всех правительственных комиссий), ни полных видеозаписей, ни ранее накопленных данных в машиночитаемой форме. «Открытое правительство» существует, но открытости в деятельности аппарата правительства не видно.

Например, в США уже много лет раскрывается информация о посетителях Белого дома — это дает возможность исследователям и журналистам анализировать усилия лоббистов. В Европейском союзе реестр прозрачности (Transparency Register) включает большой список лоббистов-посетителей Европарламента.

Увы, предметом деятельности «открытого правительства» в России являются не эти вопросы, а попытки реформировать госкорпорации или же госрасходы. Это хоть и важно, но лежит скорее в плоскости бизнес-интересов, чем интересов общества.

Что нужно сделать, чтобы наше государство стало еще более прозрачным и подотчетным?

Больше открытости

Во-первых, нужна деполитизация темы открытых государственных данных. Оказавшись в компетенции «открытого правительства», открытые госданные превратились в инструмент медийного сопровождения его деятельности. Это не позволяет достичь нужного экономического и социального эффекта. Инициативы в области открытых данных должны быть реорганизованы и разделены на проекты, явным образом нацеленные на обеспечение прозрачности деятельности политической системы в России.

Отдельно от политической повестки должны существовать инициативы, такие как поддержка стартапов, использующих информацию государственного сектора и создающие экономический эффект через новые рабочие места, налоги и повышение эффективности бизнеса и государственного управления. Подобные инициативы могут действовать на базе существующих институтов развития, таких как РВК, АСИ и ФРИИ. Кроме того, нужны новые институты, аналогичные Open Data Institute в Великобритании, выступающие как проводники государственной политики в достижении экономического и социального эффекта от доступности информации госсектора.

Во-вторых, нужен Совет по информации государственного сектора при президенте РФ. «Еще одно ведомство — зачем?» — закономерный вопрос. Дело в том, что бизнес заинтересован не только в получении открытых госданных, но и активно лоббирует получение доступа к данным граждан (сейчас он ограничен или жестко регламентирован). Например, к данным о коммунальных платежах граждан для банковского скоринга. Совет по информации госсектора должен стать площадкой для диалога бизнеса с органами власти, отвечающими за регулирование ограничений на доступ к информации, такими как Роскомнадзор и ФСБ России. Эти органы на сегодняшний момент полностью исключены из диалога об открытости государственной информации. А структуры при «открытом правительстве», увы, не могут наладить устойчивый диалог в рамках существующей коммуникативной среды. Еще одной частью работы совета должны стать ревизия существующих международных инициатив в области открытости данных и участие России в них.

В-третьих, нужна национальная инфраструктура данных (назовем ее НИД). В России есть проблемы не только с открытием данных, но и с их сбором, хранением и последующим анализом в рамках государственных информационных систем. Нужна организационная и технологическая платформа по каталогизации, сбору и интеграции наиболее важных данных и организации сервисов, обеспечивающих доступ к данным.

НИД должна стать надежной платформой регулирования данных. Она может обеспечивать ясность в том, какими стратегическими данными обладает государство и какие организации могут получать к ним доступ. Она станет вносить вклад в подотчетность государства и повышать качество государственных услуг, обеспечивая связанность данных. Аналогом НИД на Западе является National Information Infrastructure в Великобритании, проектируемая и разрабатываемая с 2013 года.

Наконец, нужны независимые эксперты, участвующие в обсуждениях темы открытых данных. Сейчас де-факто они представляют группы общественных и коммерческих лоббистов. Необходимо разделение коммуникативных площадок общественных активистов и бизнеса с четким определением принципов и задач каждой площадки.

Переломный год

Может ли Россия подняться в ИВК еще выше? Да, может. Несмотря на громкие коррупционные скандалы, наши дела не так плачевны, как может показаться. Сама возможность делать антикоррупционные расследования в России уже дорогого стоит (самые низкие позиции в индексе восприятия коррупции занимают Сомали и Северная Корея, и о местных борцах с коррупцией совсем ничего не слышно). Долгое время в рейтинге открытости бюджета организации International Budget Partnership Россия занимала достойное девятое место. В 2015 году она опустилась на 11-е — но не потому, что наш бюджет стал менее открытым, а из-за того, что другие страны развивались в этой сфере быстрее, чем мы.

Что нужно для попадания России хотя бы в первую сотню стран в ИВК? Нужна работа над открытием данных, находящихся в антикоррупционной повестке, нужен настоящий общественный контроль за сверхдоходами и сверхрасходами официальных лиц. Нужна, в конце концов, политическая воля. Возможно, именно 2016 год будет переломным: открытость госданных может стать подспорьем для экономического роста.


Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции. 

Другие материалы по теме
Тайны остаются дома: как европейцы теряют право на «личную жизнь» в офисе
Издержки контроля: как сокращать силовые ведомства в кризис