Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Лента новостей
Смена календаря: почему не стоит ждать новой рецессии в США 19:33, Мнение В Нигерии похитили четырех граждан Великобритании 19:18, Общество Дорогой мой автомобиль: какие трюки используют недобросовестные дилеры 19:13, Деньги Песков оценил шансы Ксении Собчак в политике 19:11, Политика Полиция в Киеве применила против протестующих слезоточивый газ 19:10, Политика Суд постановил проверить «Укртатнафту» по делу о хищениях в Приватбанке 18:49, Бизнес Шишханов перестал быть акционером «М.Видео» 18:45, Бизнес Владелец «Настюши» передаст Промсвязьбанку проект ЖК «Царицыно» 18:38, Бизнес Собчак заявила о планах выставить свою кандидатуру в президенты России 18:37, Политика Минфин дал отрицательный отзыв на законопроект о «суверенном Рунете» 18:28, Технологии и медиа Президент Хорватии пригласила Путина посетить страну 18:22, Политика Аисты вывели из строя новейший истребитель израильских ВВС 18:22, Общество «Трансмашхолдинг» переедет в несостоявшуюся штаб-квартиру «Динамо» 18:21, Бизнес Навыки вместо профессий: как изменится российский рынок труда 18:20, Мнение Роскомнадзор заблокирует распространение копии «Матильды» пиратами 18:11, Общество Стрелок убил несколько человек в бизнес-парке в Мэриленде 18:09, Общество Глава Минкомсвязи назвал раздутой ситуацию с мессенджером Telegram 18:02, Технологии и медиа Москва недополучит 40 млрд руб. налога на прибыль 18:02, Политика В Госдуме одобрят идею брать в армию «ограниченно годных» призывников 18:01, Политика Племянница Валленберга оспорила отказ суда предоставить данные о дяде 17:52, Общество В МИД России прокомментировали украинский закон об образовании 17:48, Политика Магомедов пообещал билеты на Hyperloop дешевле поездов и самолетов 17:47, Бизнес Брэнсон рассказал о мошенничестве на $2 млн с имитацией своего голоса 17:34, Общество Всемирный еврейский конгресс призвал снести памятник Петлюре в Виннице 17:26, Общество Объявленные погибшими в Сирии два россиянина оказались живы 17:20, Общество Участника митинга приговорили к колонии за «силовой обхват» полицейского 17:17, Общество В Генпрокуратуре насчитали 43 запроса Поклонской в связи с «Матильдой» 17:15, Общество Фонд защиты прав дольщиков возглавил гендиректор АИЖК 17:11, Общество
Право на алиби: как дело Савченко изменит судебную практику
Общество, 23 мар, 2016 14:40
0
Элла Панеях Право на алиби: как дело Савченко изменит судебную практику
Процесс над Надеждой Савченко легализовал практику отказа в признании алиби, подтвержденного распечаткой от сотового оператора, — чуть ли не единственного доказательства, от которого ранее не могли отмахнуться судьи

Неудобное доказательство

Чем бы ни кончилось дело для самой Надежды Савченко, российская судебная система в качестве побочного эффекта получила от этого процесса крайне приятный для нее и для силовиков и крайне неприятный для общества инструмент. Во время процесса была впервые открыто легализована практика отказа в признании алиби, подтвержденного биллингом — распечаткой от сотового оператора, показывающей перемещения мобильного телефона и звонки.

Другие аспекты этого дела уникальны и на судебную практику вряд ли повлияют, а вот биллинги судьям давно очень мешали удовлетворять сторону обвинения в спорных случаях. Ситуация, когда в суде возникает подтвержденное таким образом алиби, была не то чтобы частой, но вполне штатной. Буквально любой защитник — если, конечно, в деле есть активный защитник, а не приглашенный государством «бесплатный» адвокат, которому платят по факту лишь за присутствие на допросах и в суде, — проверит это в первую очередь. А новое решение для типовой проблемной ситуации в судебной практике ценится дорого и распространяется очень быстро.

До сих пор российские судьи понимали биллинги как чуть ли не единственное нейтральное доказательство, на которое может сослаться защита. Показания свидетелей всегда можно поставить под сомнение, объявив их подкупленными или заинтересованными, справку с работы или еще откуда-то — подделанной (судьи сами заняты бумажной конторской работой и хорошо знают цену бумажке с печатью). Экспертизы делаются за деньги, что также влияет на их предвзятость. А результаты биллинга — это вроде бы объективные данные.

Нельзя сказать, что судьи сразу же оправдывали тех, кто предъявлял распечатки, обеспечивающие алиби, но они ставили судью в сложное положение. Наличие в деле активного защитника означает вероятность обжалования приговора, а готовность вышестоящих судов игнорировать очевидное не безгранична (у них нет необходимости поддерживать отношения с конкретным прокурором, ведущим дело). Судьям приходилось выкручиваться — назначать такие символические наказания, чтобы обвиняемый поленился или не решился обжаловать, или еще что-нибудь придумывать, чтобы не испортить обвинению статистику.

После приговора

Теперь неудобную распечатку не страшно и просто отправить в корзину вместе со всеми другими доказательствами защиты, сочтя «неубедительной». Прецедентного права в России формально нет, но есть «практика», базирующаяся на стремлении большинства судей не выделяться из общей массы, принимать обычные, ничем не привлекающие внимания, не вызывающие вопросов решения «как у всех». Как именно у всех — становится известно из общения и наблюдения за коллегами, из обобщений, которые рассылают вышестоящие суды (но это больше касается итоговых документов, чем хода собственно процесса — ведь именно с документами имеют дело апелляционные инстанции), и из публичных процессов, где каждый шаг освещается прессой. Судьям, как любым профессионалам, некогда сидеть друг у друга в зале суда, но им интересна профессиональная сторона работы, приемы и практики, публичный процесс для действующего судьи — удобное окно в чужую практику.

Когда под софитами коллега, вдохновленный высокой политической значимостью процесса, делает то, что сам ты до сих пор проделывать не решался или делал только в самых крайних случаях, с осторожностью и оглядкой, — не только растет собственная решимость поступать так же, но и отказать в аналогичной любезности прокурору становится сложнее. Все же видели, что так теперь можно.

Не секрет, что в российском процессе дело адвоката — не столько победить обвинение в суде, сколько на ранних стадиях убедить правоохранителей, что дело и начинать не стоит. Аргументу «ребята, мы же биллинги запросим, и судье все станет понятно» обязаны своей свободой гораздо больше людей, чем оправдано судами. Теперь правоохранителям жить станет проще, а опаснее в первую очередь станет более или менее благополучному обывателю, у которого нет надежной силовой или административной «крыши», но на адвоката денег пока хватает.

Карма в действии

Как получается, что при той же численности, растущей бюрократической нагрузке и отсутствии видимого роста преступности активность правоохранительных органов выросла за год почти на 10%? В 2015 году зарегистрировано на 8,6% больше преступлений в целом, притом что насильственная преступность (которую сложно спрятать и практически невозможно сфальсифицировать — поэтому по ней обычно и судят об общей реальной динамике преступности), наоборот, падает: число убийств — на 4,1%, причинение тяжких телесных — на 8,5%.

Дело в том, что работать становится проще: судебная практика меняется, и силовикам все больше сходит с рук в судах, расположенных игнорировать любые аргументы защиты. Если суды перестанут воспринимать биллинги как твердое доказательство, обвинительных приговоров станет еще больше, и как раз за счет тех слоев, которые чувствовали себя раньше более или менее защищенными.

Вообще говоря, есть некоторая справедливость в том, что общество, допускающее агрессивные войны и политические процессы, расплачивается за это собственной безопасностью. Но далеко не всегда карма готова настигнуть так быстро, за один шаг.

Об авторах
Элла Панеях Социолог
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.