Ловушка демократии: как итальянцы голосуют за будущее Евросоюза
4 декабря итальянцам предстоит ответить «да» или «нет» на вопрос об изменении Конституции 1947 года. Конституция послевоенной Италии, закрепившая замену монархии республикой, считается одной из самых демократических в мире. Тогда победу республиканцам на референдуме обеспечили жители северных и центральных областей Италии; на юге, где традиционно сильны консервативные позиции, большинство отдало предпочтение монархии. Однако перевес был минимален — 54,3%. Попытки реформирования Конституции начались уже в 1970-е годы, но, как правило, терпели неудачу из-за отсутствия согласия в партийных кругах. Реформа, задуманная нынешним премьер-министром Маттео Ренци, — крупнейшая за всю историю Итальянской Республики.
Среди основных сюжетов конституционной реформы: изменение роли и функций сената и его фактическое отстранение от реального законотворчества, а также сокращение полномочий регионов. Новые положения уже одобрены в палате депутатов и сенате, теперь для их вступления в силу требуется всенародное одобрение. По числу проведенных в послевоенное время референдумов Италия уступает в Европе только Швейцарии.
Основная задача реформы — сделать политическую жизнь страны более управляемой, упростить законодательный процесс, принимать решения эффективнее и быстрее. Действительно, политическая система Италии нестабильна, правительства ненадолго задерживаются у власти (за послевоенный период средний срок жизни кабинета — около года).
Однако голосование за реформу носит ярко выраженный персонифицированный характер. Маттео Ренци заявил, что в случае провала своих предложений уйдет в отставку. Таким образом, на предстоящем референдуме граждане Италии могут высказать «вотум недоверия» нынешнему правительству или, наоборот, дать карт-бланш на продолжение экономических (во многом непопулярных) реформ, которые начал кабинет Ренци. Ситуация усугубляется еще и тем, что Маттео Ренци пришел к власти в результате внутрипартийного переворота, минуя парламентские выборы. Можно говорить о некой «легитимации» Ренци, полученной в результате выборов в Европейский парламент 2014 года, на которых Демократическая партия премьера одержала триумф (особенно на фоне евроскептических настроений в других странах ЕС). Однако на сегодняшний день позиции Ренци несколько ослабли: по последним опросам, премьера поддерживают 41% итальянцев, а Демократическую партию, лидером которой он является, — 30,4%. В то же время растет число сторонников популистского «Движения 5 звезд» Беппе Грилло, которое в ноябре 2016 года поддерживало уже 29,8% населения.
Референдум заставил политических лидеров активизироваться: за несколько дней до голосования Сильвио Берлускони в очередной раз (и с еще большей уверенностью) заявил, что возвращается в большую политику. Другой оппонент правительства — Маттео Сальвини из «Лиги Севера» — также продолжает набирать политические очки среди населения. Однако проблема оппозиционных Ренци сил в том, что они пока не хотят строить коалиции. В то же время действующий избирательный закон позволяет занять большинство мест в парламенте, не получив абсолютного большинства голосов избирателей.
Опросы общественного мнения показывают, что население Италии расколото пополам, есть еще и большой процент неопределившихся (около 15%). В современной политике с ее «черными лебедями» все сложнее строить прогнозы.
Если большинство итальянцев скажут «нет» реформе Конституции, Италию ждут очередной политический кризис и новый удар по экономике, которая и так находится в кризисе (уровень госдолга Италии — 133% ВВП). В такой обстановке возрастает политическая роль президента страны Серджо Маттареллы. Он может и не принять отставку Ренци, что позволит выиграть время для поиска выхода из тупика.
Инвесторы всей Европы, впрочем, опасаются непосредственного рыночного эффекта от результатов референдума. «Нет» итальянских избирателей сравнивают с Brexit, а крупнейшим итальянским банкам сулят разорение. Впрочем, далеко не все апокалипсические прогнозы, появившиеся после неожиданного исхода британского референдума, воплотились в жизнь.
