Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Лента новостей 7:43 МСК
СМИ сообщили о краже 2 млрд руб. со счетов в ЦБ Финансы, 06:16 Пресс-секретарь рассказала о планах Трампа вновь встретиться с Ромни Политика, 05:38 Россиянин оказался среди пострадавших при нападении на университет Огайо Общество, 05:28 Трамп поговорил с президентом Тайваня вопреки позиции Китая Политика, 04:21 СМИ рассказали об уклонении Роналду от налогов через офшоры Финансы, 04:13 Хворостовский отменил свои выступления в Большом театре по совету врачей Общество, 03:05 На входящем в «Российские космические системы» заводе прошли обыски Общество, 02:19 Креативный директор «Афиши» сообщил о закрытии печатного журнала Технологии и медиа, 01:50 Около Стамбула село на мель российское судно Общество, 01:05 Суд отклонил иск Минфина к Потанину на $68 млн Бизнес, 00:33 Полиция отпустила задержанного на Кубани журналиста «Дождя» Общество, Вчера, 23:52 Порошенко заявил о желании «похоронить» Советский Союз «в головах» Политика, Вчера, 23:38 Полиция Парижа сообщила об освобождении заложников из здания турагентства Общество, Вчера, 23:27 Физика Стивена Хокинга госпитализировали в Риме Общество, Вчера, 22:46 Сечин написал в журнал «Русский пионер» колонку о джазе Общество, Вчера, 22:37 Леонид Федун — РБК: «Мы проиграли, ушли и забыли про «Башнефть» Интервью, Вчера, 22:26 В Париже вооруженный мужчина захватил заложников Общество, Вчера, 22:25 Российские саперы отправились разминировать освобожденные районы Алеппо Политика, Вчера, 22:07 Конгресс США запретил Пентагону сотрудничать с Россией Политика, Вчера, 21:42 Путин передал главе МИД Японии послание для Абэ Политика, Вчера, 21:31 «Ростелеком» отменил тендер на создание e-commerce платформы Технологии и медиа, Вчера, 21:18 Глава «Газпром нефти» назвал способ снижения добычи нефти компанией Бизнес, Вчера, 20:57 Путин попрощался со строителями автомагистрали в Петербурге по-итальянски Политика, Вчера, 20:56 ФИФА назвала трех лучших футболистов года Спорт, Вчера, 20:32 Похищенные ворота концлагеря Дахау нашли в Норвегии Политика, Вчера, 20:30 Освободившиеся кабинеты Госдумы передадут женщинам-депутатам Общество, Вчера, 20:12 Киев отказался выплачивать компенсацию за инцидент с самолетом «Белавиа» Политика, Вчера, 20:06 В Госдуме не справились с рекордным количеством законопроектов Политика, Вчера, 20:01
1 окт 2015, 00:02
Дарья Луганская
Глава GitHub — РБК: «Сложно научиться программировать, когда вы мертвы»
Глава GitHub Крис Ванстрас  Фото: Снимки предоставлены пресс-службой GitHub
На сайте GitHub, чья аудитория достигла 11 млн человек, можно разместить открытый код своей программы — к разработке присоединятся другие пользователи. Глава GitHub Крис Ванстрас рассказал РБК о бизнес-модели сервиса

​Ванстрас, гендиректор и один из четырех основателей GitHub, встречает корреспондента РБК в штаб-квартире компании в Сан-Франциско — в точной копии Овального кабинета президента США, только на ковре приемной GitHub не орел, а «осьмикот» (осьминог с головой кота) — талисман компании, найденный одним из основателей в фотобанке iStockphoto. Благодаря GitHub программирование становится похоже на конструктор LEGO, утверждает он: на сайте можно взять необходимые для создания нового IT-продукта детали и доработать их, сэкономив время на написание исходного программного кода. Оттого GitHub часто называют социальной сетью для программистов и разработчиков. Сегодня GitHub зарабатывает на размещении кода компаний — как крупных, например Facebook, так и мелких: эта модель не менялась с 2009 года.

«Нас блокировали в Индии и Китае»

— GitHub — самый крупный в мире ресурс для хостинга проектов и совместной разработки. Ожидаемый успех?

— Мы делали проект для друзей и коллег и не собирались делать площадку для всех программистов мира: мы просто хотели создать место, где можно будет легко делиться программным кодом. Но вдруг оказалось, что наш проект нравится людям и они готовы не только пользоваться им сами, но и делиться ссылкой на него с друзьями. В этот момент GitHub начал резко расти. И я совсем не представлял тогда, какую глобальную вещь мы запустили.

— В России широкая публика, не программисты, услышала о GitHub, когда в декабре 2014 года ресурс был временно заблокирован Роскомнадзором. Почему вы все же удалили контент после предписаний?

— У нас есть правило: мы должны соответствовать местным законам. Для нас приоритетно сделать GitHub доступным во всем мире для максимально возможного числа людей. У нас было два варианта: мы могли либо потерять весь контент GitHub для российских пользователей, либо подчиниться российским законам. Во всех странах, включая США, мы следуем местным законам, чтобы обеспечить доступ к GitHub. Не могу сказать, что мы закрыли охотно доступ к контенту, но нам пришлось сделать это ради доступности GitHub.

— В других странах вы попадали под блокировки?

— Нас на некоторое время блокировали в Индии и Китае. В Китае нас просто заблокировали, а потом разблокировали. Никаких объяснений от правительства страны мы не получили. Мы понятия не имеем, к какому контенту была претензия. Мы ничего не удаляли, как впрочем и в Индии.

С Россией, как впрочем и с США, ситуация иная. В США действует DMCA [Digital Millennium Copyright Act — закон об авторском праве], Россия прислала конкретную претензию, и мы указали, что убрали контент по этим запросам. У многих стран есть законы, регулирующие публикацию контента. Мы в свою очередь им следуем, а в своем отчете рассказываем об удаленном контенте.

— Сколько человек пользуются сейчас GitHub? Какова география пользователей?

— Около 10 млн пользователей, и их число быстро растет. Северная Америка приносит GitHub очень небольшой процент трафика. Точных цифр не помню, но, например, Россия всегда входит в топ-10 среди стран в мире, а в Европе — на четвертом месте, после Великобритании, Франции и Германии. Мы глобальное сообщество и хотим, чтобы структура нашей компании это отражала.

— То есть вы собираетесь открывать офисы за пределами США?

— Люди на GitHub работают из разных стран мира. У нас более 300 сотрудников. Около 60% из них работают удаленно — дома, в коворкингах и прочее. У некоторых людей вообще нет дома — они переезжают каждый месяц, просто путешествуя по планете.

Раз в год мы собираем всех здесь, в Сан-Франциско. Мы называем это саммитом. Помимо офиса в Сан-Франциско у нас есть еще офис в Болдере [штат Колорадо, США]. Пару месяцев назад мы открыли первый зарубежный офис в Токио. Но у нас есть арендованные места в коворкингах в Берлине и других городах, где у GitHub есть группа сотрудников.

— В России такой группы нет?

— К сожалению, нет. Хотя мы хотели бы, чтобы она была. Кстати, в нашем офисе в Сан-Франциско нет людей из России.

— А офис в России открыть собираетесь?

— Мы собираемся открыть больше офисов во всем мире, но пока только изучаем разные варианты. Сначала нам нужно понять, насколько успешно все пройдет в Токио.

— Вы говорите о том, что GitHub это глобальное сообщество, но при этом пока существует только английская версия. Будете ли переводить сайт на другие языки?

— Это вполне вписывается в наши долгосрочные планы. Для многих английский — это барьер, который мы хотим убрать. На GitHub человек должен чувствовать себя как дома.

— Можете привести примеры, когда с помощью GitHub люди встретились и создали новые продукты и компании?

— GitHub уже восемь лет: есть очень много компаний, которые изначально выложили свой первый код на GitHub и которые в итоге выросли в серьезные проекты. Кстати, первых 20 сотрудников для своей компании мы наняли через GitHub. Мы увидели, что они умеют делать с помощью нашего сайта, — в противном случае мы бы их никогда не встретили. До GitHub они были в каком-то сообществе, но мы понятия не имели, как их найти и, возможно, не нашли бы.

— Кто ваши конкуренты?

— Мы работаем сразу в нескольких сферах бизнеса — в хостинге, в сфере программного обеспечения для совместной работы (так называемое enterprise collaborative space, в котором разные компании используют разные продукты, чтобы создать программное обеспечение внутри общей системы). Наконец, мы заходим на территорию средств для разработки софта — код можно писать в нашем продукте Atom.

Подобных сервисов тысячи: некоторые бесплатны, за некоторые нужно платить [свои среды для разработки есть, например, у Apple — Xcode, у Microsoft — Microsoft Visual Studio]. Мне нравится, что в сфере программирования все так или иначе связаны. Мы конкурируем с редактором Microsoft, в то же время Microsoft публикует свой код на GitHub. Все наши конкуренты в каком-то смысле одновременно являются нашими союзниками.

Проекты с открытым кодом публикуют очень мало сервисов. Раньше был Google Code, но проект закрылся. SourceForge — это наш конкурент, однако мы видим, что с него все больше и больше людей сейчас переходят на GitHub. Им очень далеко до того количества проектов, которое мы хостим.

— Сколько проектов хостите?

— На GitHub сейчас около 26 млн проектов. Что касается бизнесов, у нас миллионы клиентов, от IBM и Microsoft до стартапов.

Что такое GitHub

Крупнейший в мире сервис для хостинга кода. Основан на системе контроля версий Git и разработан на программных платформах Ruby on Rails и Erlang.

Начал работу зимой 2008 года. Основатели GitHub — Крис Ванстрас, Cкотт Чэнсон, Пи-Джей Хиетт и Том Престон-Вернер позиционируют его как социальную сеть для разработчиков. Участники сети могут завести личную страницу для своего проекта, объединять свои репозитории, совместно разрабатывать коды, комментировать правки друг друга, пользоваться системой отслеживания ошибок и прочими ресурсами.

Сервис абсолютно бесплатен для проектов с открытым исходным кодом. Частные проекты могут на платной основе создать репозитории, доступные ограниченному кругу пользователей. На этом GitHub и зарабатывает. Официальные репозитории на этом сервисе есть у Google, Facebook, Twitter, Yahoo и других крупных IT-компаний. Ванстрас утверждает, что GitHub прибыльный, но точных цифр не раскрывает.

В 2012 году компания привлекла первые инвестиции — $100 млн от инвестфонда Andreessen Horowitz и партнера этого фонда Питера Левина. В июне 2015 года она привлекла еще $250 млн — от Sequoia Capital (этот фонд возглавил раунд) Andreessen Horowitz и Питера Левина, а также от Institutional Venture Partners (IVP) и Thrive Capital. Как отмечает журнал Fortune, рыночная капитализация GitHub оценивается в $2 млрд. По состоянию на 30 сентября штат компании превышал 350 человек, а число пользователей — 11 млн.​

«Причин для открытия кода миллионы»

— Правильно я понимаю, что зарабатываете вы на хостинге бизнес-проектов?

— Да, с апреля 2009 года наша модель не менялась. Она заключается в том, что все доступное публично мы хостим бесплатно, а закрытый код публикуется за деньги. Мы разрабатывали отдельные продукты для бизнеса, но основа нашей бизнес-модели была заложена изначально и сохранилась до сих пор.

— Какая у вас выручка? В 2012 году, когда вы привлекли инвестиции, ваш инвестор фонд Andreessen Horowitz говорил, что выручка GitHub выросла на 300% за год.

— Мы не раскрываем ни абсолютные ни относительные цифры, но дела идут достаточно хорошо.

— Довольно долго вы обходились без инвестиций. Почему вы все же привлекли средства и почему именно у Andreessen Horowitz?

— Мы стали прибыльными с первого дня. Инвестиции мы привлекли для найма новых сотрудников и запуска новых продуктов.

Andreessen Horowitz мы выбрали по многим причинам. Они могут предложить массу услуг, которые помогают компаниям расти. Если нам нужна помощь с пиаром, маркетингом, рекрутингом или продажами, мы можем пойти к ним. Причем в других фондах вы можете обратиться лишь к одному партнеру фонда, который входит в совет директоров вашей компании. А в Andreessen Horowitz можно обратиться к каждому из сотен сотрудников.

К тому же у них тесные связи с небольшими и крупными компаниями. Марк [сооснователь фонда Марк Андриссен] входит в совет директоров HP и Facebook. Они близки не только с технологичными компаниями, но и с компаниями из финансового сектора и других традиционных отраслей экономики. В Кремниевой долине многие могли дать нам денег, но мы смотрели на то, что инвесторы могут дать еще помимо денег.

Кстати, несколько месяцев назад мы закрыли второй раунд, в котором Andreessen Horowitz также принял участие  [в июле 2015 года GitHub привлек $250 млн от фондов Sequoia Capital (возглавил раунд), Andreessen Horowitz, Institutional Venture Partners (IVP), Thrive Capital, а также от партнера Andreessen Horowitz Питера Левина].

— На что собираетесь потратить новые инвестиции?

— Хотим сделать новые качественные продукты для разработчиков, найти новых партнеров, завязать новые связи и т.д. Мы собираемся создавать новые большие вещи за пределами нашего обычного бизнеса. Основной бизнес и так идет прекрасно.

— О каких именно «новых больших вещах» думаете?

— Мы недавно выпустили GitHub Desktop — клиент для Mac и Windows, который можно скачать и установить на компьютер. С его помощью очень легко использовать GitHub. Конечно, мы не думаем, что его скачает каждый пользователь GitHub, но те, кто им воспользуются, наверняка его полюбят. GitHub Desktop абсолютно бесплатен, количество скачиваемых копий неограниченно.

Традиционно GitHub работал в вебе — вы заходите на Github.com, и это сайт. Теперь у нас есть и корпоративный продукт GitHub Enterprisе и продукт для работы с открытым кодом. Мы хотим работать в разных средах. А для этого нужны деньги — нужно нанимать команды и консультантов. Если у вас есть команда разработчиков сайта, это не означает, что вы знаете, как сделать отличную программу для компьютера. Нам нужно найти людей, которые любят GitHub, разделяют нашу миссию и в то же время могут помочь нам в расширении линейки наших продуктов.

— Почему вы решили сосредоточиться на устанавливаемых программах? Кажется, многие, наоборот, «переезжают» в браузер.

— Думаю, все не так просто. Когда вы пользуетесь Windows, вы не всегда хотите заходить в браузер: вам хочется получить продукт, встроенный в ваш опыт работы с компьютером. Вещь должна знать, кто вы, какие опции у вас настроены. Я не думаю, что все переместится в веб из-за популярности облачных технологий. Мне кажется, все больше скачиваемых программ будет производить вычисления в облаке. Например, Microsoft движется в этом направлении — в новом Office 360 Suite есть программы, которые нужно скачать. Так сделал и Facebook: изначально они сделали все продукты в вебе, а потом выпустили Facebook Messenger, то есть сделали шаг назад. У них уже более 1 млрд пользователей.

Я думаю, будущее за этим — устанавливаемые на компьютеры программы и вычислительные мощности в облаке.

Билборд GitHub ​в Сан-Франциско Фото: Bloomberg

— GitHub пытались купить?

— Такие разговоры всегда идут. Но если бы было что-то конкретное, мы бы объявили об этом. Сейчас мы сосредоточены на международной экспансии, расширении нашего бизнеса в США и попытках улучшить наши продажи.

— У GitHub четыре основателя. Конфликты были?

— У нас постоянно возникают разногласия. И я думаю, это наше преимущество. Кстати, бизнес-инкубатор и фонд Y Combinator официально практически не принимает и не инвестирует в компании, где один основатель. Они хотят конфликтов, хотят, чтобы люди спорили и принимали взвешенные решения. По статистике компании по меньшей мере с двумя основателями достигают больших успехов. Конечно, у нас были споры, но мы этого и хотели.

— Какие у вас цели на ближайшее время?

— У нас есть цели по конкретным цифрам, но это внутренняя информация. А глобальная цель — сделать так, чтобы командам разработчиков стало еще проще взаимодействовать друг с другом. Мы думаем о том, что нужно новичкам, опытным разработчикам, командам и крупным компаниям, следим за развитием сообщества opensource. Кстати, мы заметили интересную вещь: крупные компании наподобие Microsoft и Apple сейчас начали делать продукты с открытым исходным кодом.

Крис Ванстрас

У главы GitHub нет высшего образования. В 2003 году он поступил в Университет Цинциннати в штате Огайо, но в 2005 году бросил его.

До основания сервиса работал, в частности, программистом на портале о компьютерных технологиях CNet. В создании GitHub участвовал с 2007 года, в феврале 2008-го проект был запущен.

Изначально Ванстрас был гендиректором GitHub, но в 2012-м отошел от управления компанией. В январе прошлого года вернулся на этот пост, сменив Тома Престона-Вернера. Последний был вынужден спустя несколько месяцев уйти из компании после обвинения в домогательстве со стороны сотрудницы GitHub.

— Почему компаниям стало выгодно открыть код именно сейчас?

— Вопрос в том, почему они не сделали этого раньше! Все дело в страхе, в неопределенности. А причин для открытия кода миллионы: так легче искать таланты, так удобно работать и делиться с другими компаниями наработками, можно тратить меньше времени на разработку, надстроив свой код над чужими наработками… Компании так могут построить экосистему и завоевать умы и сердца разработчиков.

Раньше люди думали: «Давайте закроем код, ведь мы на нем делаем деньги». Сейчас они понимают, что код нужно открыть, чтобы заработать еще больше денег. Поэтому, например, Apple открывает Swift. В конце концов, в закрытом коде нельзя найти баги [ошибки].

— Я слышала пару историй о том, как людей брали на работу в крупные компании, если они замечали ошибки в коде.

— Да, такое происходит постоянно. Многие компании нанимают разработчиков в основном через GitHub. Они ищут людей, которые занимаются подобными проектами, предлагают исправить ошибки в своем.

— Как выглядел бы мир технологий, если бы GitHub не существовал?

— Мы постоянно думаем о том, что нужно программистам, чтобы сделать свою работу. Часто они нуждаются в инструментах, которые облегчают совместную работу. Хотя мы давно пользуемся компьютерами и интернетом, но до сих пор очень сложно делиться данными, работать вместе над кодом, проверять код друг друга, быстро протестировать какую-нибудь идею и так далее. Даже в мире, где есть GitHub.

До появления GitHub программисту нужно было обладать мастерством организации работы. По сути, нужно было сделать определенную работу, чтобы только приступить к своей задаче. Нужно было думать, какими именно инструментами пользоваться для публикации кода, какие серверы использовать и так далее. То есть людям приходилось заниматься подготовкой, вместо того чтобы создавать быстрый процессинг кредитных карт, системы для распознавания речи или делать iPad еще более красивым. Требовалось очень много знаний о программном обеспечении. Таким образом, возникал барьер для новых программистов. Вы хотите сделать приложение для iPhone? О'кей, но для этого нужно выучить множество вещей и освоить инструменты для организации работы.

— В чем конкретно вы видите свою помощь?

— Наш фокус — снять все барьеры, которые я перечислил, и дать возможность сразу начать работать над конкретным мобильным приложением, роботом или любым другим проектом. Наконец, мы хотели сделать возможным открытие своего проекта для любого человека в мире — и сделали. Вы публикуете проект и никогда не знаете, кто придет и будет работать над ним вместе с вами. Сейчас есть десятки миллионов проектов на GitHub, к разработке которых можно присоединиться. И вместо того чтобы проводить кучу времени за разработкой исходного кода, можно скачать код, взять фрагменты, как детали LEGO, и построить что-то на их основе, а в высвободившееся время просто почитать книгу.

Я думаю, этот принцип лежит в основе всех прорывных технологий. Основа уже существовала, но отдельные библиотеки или людей искать было сложно — теперь они все на GitHub.

«Не думаю, что программирование магия»​

— Сейчас много говорят о том, что программирование навык будущего. Вы согласны?

— Создание программного обеспечения уже сегодня очень горячий навык. По крайней мере здесь, в Кремниевой долине, много говорят о самоуправляемых автомобилях, биткоинах и других физических объектах. Но эти разговоры, по сути, о программном обеспечении. Важно не сделать руку робота, а управлять ею с помощью программ. В будущем нужно будет все больше инноваций в этом направлении, а значит понадобится все больше и больше программистов, которые будут делать такие программы. Программирование будет становиться еще более востребованным.

— Иногда говорят, что язык программирования это новый английский и все, от журналиста до продажника, должны постичь хотя бы азы. Как думаете, это действительно нужно тотально всем?

— Каждый, кто хочет получить классную работу и двигать технологии вперед, должен учиться программировать. Проблема сегодня заключается в том, что научиться программировать очень трудно. Есть много вещей, которые нужно выучить до того, как ты сможешь приступить к своему проекту. Именно эту проблему мы хотим решить. Однако я бы не сказал, что каждый должен знать код. Это нужно, если вы действительно хотите писать программы.

— Сегодня есть множество способов выучить языки программирования: интерактивная школа CodeAcademy, массовые открытые онлайн-курсы, например на Сoursera. Вы за какой способ?

— Каждый должен учиться по-своему: кому-то нужно посетить лекцию, кому-то — посмотреть видео, кому-то подходят интерактивные курсы, а кто-то берется за книги. И чем больше опций у вас есть, тем лучше, потому что в мире так много людей, которые ходят на пары в университеты и не понимают ничего. В итоге им кажется, что они глупые. Но если бы они попробовали Coursera, то может быть, стали бы звездой класса. Или, может быть, им нужна книга, а не устные лекции. Я не думаю, что программирование это магия. Люди учатся этому разными способами, но в любом случае это требует сфокусированности.

— Как лично вы учились?

— Я как раз один из тех людей, кто не мог учиться в классах. Я лучше почитаю книгу. Я ходил на занятия по программированию, но мне казалось, что у меня никогда не получится, потому что не могу научиться. Оказалось, что мне не подошел метод обучения. Когда я занялся самообразованием и стал читать книги, начался прогресс.

— У вас в офисе есть целая библиотека. Вы придумали?

— Я не пользуюсь этой библиотекой, все мои книги в Kindle.

— Во сколько вы начали учиться программировать? Есть ли возрастной барьер, после которого подступаться к коду слишком поздно?

— Сложно научиться программировать, когда вы мертвы. Пока вы живы, есть все шансы стать экспертом. Я уверен, что никакого возрастного лимита не существует. Я видел так много отличных программистов, которые начали очень поздно, что у меня нет предубеждений на этот счет. Такой барьер может существовать только в воображении.

Программировать может каждый — нет ни половых ни возрастных ограничений, нет железной потребности в математическом бэкграунде.

— Как это — математический бэкграунд не нужен?

— Вот у меня с математикой все плохо. Программирование — это очень большая область. Да, в каких-то сферах без математики не обойтись — например, если вы хотите написать эмулятор автомобиля для видеоигры. Но для создания приложения для iPhone это не понадобится.

— Еще одна проблема, которая вводит в ступор новичков: какой язык выбрать? За каким языком будущее, на ваш взгляд?

— Это зависит от метода обучения, который вам ближе. Если вы один из тех, кому нужен ментор, нужно просто найти его и выучить тот язык, который он знает лучше всего. Каждый хороший программист знает более одного языка. Проблема выбора заключается скорее не в том, какой язык выбрать, а в том, каким вы будете пользоваться и какой сможете выучить быстрее прочих.

Если вам попались несколько книг по Python и он вам действительно нравится, беритесь за этот язык. Если вы нашли учителя, который может дать вам C++, изучайте его. В процессе все равно придется доучивать и другие языки. Как программисту вам будет нужно умение быстро перестроиться и выучить что-то новое, вот этот навык нужно приобрести. Так что мой главный совет — нужно решить, какую программу вы хотите создать, какой язык вы можете выучить быстро и найти подходящие опции для изучения.

— Вы по-прежнему программируете?

— Да, но я не работаю больше над сайтом GitHub, я нанял инженеров получше меня. Сегодня я бы не получил работу, если бы попробовал устроиться в GitHub: я недостаточно умен по сравнению с новыми людьми. Я делаю вещи, которые помогают мне писать e-mail и делать рассылки, делиться кодом. Все это — небольшие эксперименты. Я пишу много сторонних проектов для себя, но ни с кем делиться ими не собираюсь.

— Сколько времени понадобится, чтобы получить стартовую позицию в качестве программиста?

— Это зависит от работы, на которую вы претендуете. Если вы будете строить программу для управления подъемным краном, это займет гораздо больше времени, чем обучение созданию сайтов. Если вы хотите попасть на самую начальную должность в рекламном агентстве, на это понадобится несколько недель. Если вы хотите попасть в Facebook, это займет гораздо больше времени, потому что требования этой компании гораздо выше. При этом каждый может найти время для учебы на выходных. Программирование хорошо тем, что быстро дает результаты: нажимаете кнопку — на вашем экране что-то происходит. Для быстрого прогресса, думаю, нужен проект или конкретная цель.

— На GitHub есть раздел Education. Он популярен?

— Да, у нас на сегодня 250 тыс. зарегистрированных студентов. Кроме студентов у нас есть учителя, которые дают уроки на GitHub. Студенты делают разные проекты, вплоть до роботов. Сейчас поднимается настоящая волна молодых программистов. C помощью этого навыка можно сделать так много интересных вещей.

— Cовместные образовательные проекты, например с Coursera, вы делаете?

— Мы пытаемся помочь начать программировать людям, у которых нет доступа к ресурсам, подобным Сoursera. Нам ближе, например, Сode2040 [проект, обеспечивающий доступ к IT-сфере этническим меньшинствам]. Я считаю, что важно дать возможность работать людям, у которых такой возможности нет, а не обучать тех, кому интересно. Есть много людей, которые выросли с компьютером в руках в подвале, как я, но мы решили опуститься еще ниже по лестнице. До сих пор даже в США миллионы людей не имеют доступа к интернету.

Мы заключили партнерство с департаментом жилищного строительства и городского развития и летом анонсировали программу СonnectHome. Задача — предоставить бесплатный доступ в интернет в сфере социального жилья. Пока это пилотный проект. Мы хотим, чтобы люди выросли в среде, когда интернет постоянно присутствует и можно работать не входя в McDonald’s в поисках Wi-Fi. А уже после этого люди могут пойти на Coursera.

— Чем именно вы помогаете? Даете деньги?

— В том числе. Но вдобавок устраиваем встречи у нас в офисе, наши сотрудники работают на них волонтерами. Наконец, отдаем людям бесплатные билеты на конференции, на которые они не смогли бы пройти в противном случае, — нас часто приглашают партнеры бесплатно. У нас есть менторы, проходят хакатоны. Деньги — это часть, мы же хотим дать возможности.