Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Власти назвали сроки начала работы «Северного потока — 2» Экономика, 13:58 Песков не увидел связи между видео казни в Сирии и операцией России Политика, 13:56 Трафик не главное: ошибки маркетологов при продвижении торговых центров Pro, 13:55 Сбербанк объявил о новом снижении ставок по ипотеке Финансы, 13:52 Сбербанк объяснил отправку кода с призывом «убивать евреев» ошибкой Общество, 13:49 Сергей Храмагин — о лизинговом бизнесе и транспорте будущего РБК и ГТЛК, 13:44 Порт Таррагоны принял круизный лайнер после закрытия сезона Общество, 13:37 От Канье Уэста до Гаги: Billboard выбрал 100 лучших альбомов десятилетия Стиль, 13:35 Coca-Cola, KFC и Subway: зачем пищевым компаниям блокчейн и криптовалюты Крипто, 13:31 Тедеско допустил участие Кутепова в матче с «Уралом» Спорт, 13:24 Сотрудники ФБК решили подать в суд на Путина Политика, 13:22 Как по-настоящему быстро продать квартиру. Карточки РБК и ПИК Брокер, 13:14 В Кремле заявили о невозможности испортить отношения России с Сербией Политика, 13:12 Топ-10 директоров-капиталистов российских компаний по версии Forbes Бизнес, 13:07 
VI Digital City Forum РБК ,  
0 
Эффект пылесоса-убийцы: почему общество боится искусственного интеллекта
Фото: РБК

Искусственный интеллект (ИИ) — сфера колоссальных возможностей, но и больших рисков. То и другое во многом не познано и не вполне осознано мировым сообществом, что является причиной недоверия и страхов. С одной стороны, эти страхи оправданы, поскольку ИИ, как всякая новая технология, действительно создает риски. С другой стороны, остановить прогресс невозможно — ИИ уже заметно меняет нашу жизнь, а в недалеком будущем он радикально изменит многие рынки, в частности, рынок труда. Об этом говорили участники дискуссии «Искусственный интеллект и частный бизнес: сложности технологического предпринимательства. Внедрение, монетизация, этика», проходившей 23 октября в рамках VI Digital City Forum РБК.

Хотя участники дискуссии посмеялись над заблуждениями обывателей в отношении искусственного интеллекта, они назвали и несколько реальных угроз, которые создает эта технология. Для человека угрозы связаны с возможной заменой его роботом, а компаниям новые технологии грозят переделом рынков.

Люди боятся непонятного

Руководитель лаборатории машинного обучения компании «Яндекс» Александр Крайнов считает, что опасения людей во многом преувеличены вследствие нагнетания страхов самим обществом: «Мы боимся не столько реал ьного ИИ, сколько самого словосочетания «искусственный интеллект», малопонятного и непривычного. Если кто-нибудь сделает робот-пылесос и назовет его «пылесос-убийца», потому что он заодно уничтожает вредные бактерии, то тут же появится статья с угрожающим пафосом: «Сегодня — бактерии, а кто завтра? К чему приведет развитие пылесосов-убийц? Не выйдут ли они на улицы?». Будут сняты сериалы про пылесосы-убийцы, появятся комиксы, мультфильмы. И люди начнут всерьез бояться роботизированных пылесосов. Именно это происходит сейчас с ИИ».

«Мы боимся не столько реального ИИ, сколько самого словосочетания «искусственный интеллект».

Как отметили участники форума, люди боятся новых технологий в двух случаях — либо когда не понимают их, либо, когда боятся, что эти технологии заменят человека. Генеральный директор и основатель компании AWATERA (крупнейший в России и странах СНГ поставщик технологических решений для отрасли лингвистических услуг) Алексей Шестериков отмечает, что глобальное внедрение ИИ приведет к переквалификации до 50% всех работников. Рутинный труд переводчиков постепенно вытеснят алгоритмы, а для человека останутся только креативные задачи (маркетинговая локализация, транскреация и пр.). Уже сейчас благодаря внедрению новых технологий ситуация в сфере лингвистики кардинально изменилась. По отдельным проектам в результате применения технологий нейронного машинного перевода, памяти переводов и других отраслевых решений на обработку переводчику остается не более 20% текста. «Через 5-10 лет профессия переводчика сильно трансформируется. Чтобы оставаться востребованным, уже сейчас необходимо наращивать компетенции в других сферах, прежде всего, в ИТ. Что касается устного перевода, то на сегодняшний день платформы VRI исключили необходимость личного присутствия переводчика на площадке, что повышает эффективность и снижает сопутствующие расходы. Внедрение технологий распознавания и воспроизведения речи уже в ближайшем будущем позволит еще больше оптимизировать процесс устного перевода», — утверждает Алексей Шестериков.

ИИ несет риски и для бизнеса. «Согласно последнему опросу MIT-BCG, доля предпринимателей, отмечавших риски для бизнеса от ИИ, за год выросла на 5%, — сообщил вице-губернатор Санкт-Петербурга Владимир Княгинин. — Речь идет о конкуренции самообучаемых человеко-машинных систем. Вопрос в том, кто быстрее научится и какого масштаба систему поставить. По сути, это сейчас одна из веток игр в переделы рынков».

Петр Скобелев, президент и генеральный конструктор НАО «Группа компаний «Генезис знаний» отметил и другой риск — угрозу «цифрового рабства», в которое нас может ввергнуть всеобщая цифровизация: «Мы можем незаметно стать собирателями цифровых кореньев».

Принять и получать удовольствие

Тем не менее участники дискуссии отмечали, что ИИ — реально прогрессивная технология (вернее — набор специфических технологий), эффективность которой доказана и потому она будет развиваться, как бы кто ни пытался этому помешать. «Даже Святой инквизиции не удалось остановить научный и технический прогресс», — заметил Александр Крайнов. «А то, что мы не можем изменить, надо принять и научиться получать удовольствие», — резюмировал обсуждение этого аспекта Алексей Шестериков.

«То, что мы не можем изменить, надо принять и научиться получать удовольствие».

Обсуждение ИИ постоянно возвращалось к теме рисков и опасностей. «Опасен не ИИ сам по себе, а его применения, — отметил Александр Крайнов. — Но есть и более серьезная опасность — не заниматься ИИ». Последнее важно потому, что правильное применение ИИ дает серьезные преимущества в бизнесе.

«По прогнозам экспертов МТС, к 2023 году в России свыше 80% операций в сфере клиентского обслуживания будут осуществляться без участия человека, что позволит компаниям сократить в среднем на 40% затраты на соответствующие службы», — утверждает Павел Коротин, директор МТС в Санкт-Петербурге и Ленинградской области. Он привел пример: средняя длительность ожидания начала разговора с клиентом в чат-боте не превышает 2 секунд вместо порядка 1 минуты соединения с оператором контактного центра, а средняя продолжительность разговора до успешного решения проблемы — 2 минуты, что в среднем в 4 раза быстрее разговора с оператором.

Применение ИИ в разы увеличило обороты компании AWATERA и позволяет, по словам Алексея Шестерикова, выдерживать конкуренцию не только на российском, но и на зарубежных рынках.

О весьма положительных результатах применения ИИ в бизнесе говорили многие участники дискуссии. Они отмечали важнейшее обстоятельство — помимо повышения эффективности при решении обычных задач, ИИ позволяет решать те задачи, которые раньше решить было просто невозможно. Александр Крайнов добавил еще один аспект. Он обратил внимание на то, что достоинства ИИ открывают большие возможности для злоупотреблений и эта сфера уже стала настоящей, глобальной индустрией. Но для борьбы с киберпреступниками нужен тот же самый ИИ — потому что только он и может с ними справиться. «Битва идет очень серьезная. Бессмысленно обсуждать, нужно ли, можно ли, применять ИИ — потому что те ребята такими вопросами не задаются и вовсю его используют. Если мы расслабимся, нас сожрут с потрохами», — уверен Александр Крайнов.

Бизнес без искусственного интеллекта — это мертвый бизнес?

Мнения участников дискуссии относительно широты использования ИИ разделились. Одни утверждали, что сфера использования этой технологии не ограничена и зависит только от фантазии предпринимателей. Как заметил один из участников мероприятия, бизнес, который не думает об ИИ, — это мертвый бизнес.

Однако другие участники предостерегали от чрезмерного увлечения новомодным инструментом. ИИ — не панацея, он не всегда оптимален. «Далеко не всегда ИИ является самым эффективным способом решить задачу. Есть масса случаев, когда можно решить задачу проще, быстрее, элегантнее и выгоднее», — утверждает Александр Крайнов. Он считает, что есть целые сферы, где ИИ не эффективен. Например, образование, сельское хозяйство, судопроизводство, спорт.

«Мы сейчас на вершине хайпа. На сегодняшний момент ожидания от ИИ сильно завышены — не тех, кто работает, а общества в целом», — говорит Владимир Княгинин.

«ИИ — это всего лишь один из способов, наряду с тысячью других, решить простую инженерную задачу, — настаивает советник заместителя председателя правления ПАО «Банк «Санкт-Петербург» Михаил Гаврилов. — В каких-то случаях такую задачу проще решить руками. Берешь бумажку, встаешь и ножками относишь ее куда надо — это дешевле, да и удобнее. Но если таких бумажек миллион, то конечно проще решить задачу другим способом, в том числе, с помощью ИИ».

«ИИ — это всего лишь один из способов, наряду с тысячью других, решить простую инженерную задачу».

Возможности ИИ ограничены не только «снизу», когда надо решить простейшую задачу, но и «сверху», когда задача, наоборот, очень сложна. «Во многих задачах, где требуется умение генерировать алгоритмы, человек вне конкуренции, — утверждает Владимир Заборовский, профессор Высшей школы прикладной математики и вычислительной физики Санкт-Петербургского Политехнического Университета. — Совершенствовать надо прежде всего естественный интеллект, а искусственный за ним подтянется».

Михаил Гаврилов призывает вернуться к реальности. Во-первых, надо отдать себе отчет, что тысячи малых фирм прекрасно живут без ИИ. «Маленькое семейное кафе в доме — неужели это мертвый бизнес? Когда вы продаете классные букеты цветов, которые составляете руками, без всякого ИИ — неужели это мертвый бизнес? Нет, это прекрасный бизнес, — уверен он. — Давайте не путать мягкое с теплым. Лечить надо только то, что болит, а что не болит — лечить не надо. Второстепенную для вашего бизнеса задачу, которая у вас не очень «болит», на которую вы не тратите много денег, не надо решать с помощью ИИ — потому что его применение повысит эффективность на проценты, не принесет вам миллионную прибыль и не даст выигрыш в конкуренции».

Однако, во-вторых, следует осознать, что человечество давно живет с ИИ, зачастую не отдавая себе в этом отчета, считает Михаил Гаврилов. «Мы все пользуемся алгоритмами машинного обучения каждый день — когда что-то ищем в интернете с помощью поисковика, который целиком и полностью основан на машинном обучении, когда выкладываем фотку своего кота в Instagram, где все фотографии обрабатывает алгоритм машинного обучения и подсовывает нам рекомендательную ленту с фотографиями наших друзей. Да даже когда чистим зубы и надеваем одежду. Мы просто не отдаем себе в этом отчета», — обращает внимание эксперт.

Не только нейросети

На третье обстоятельство обратил внимание Петр Скобелев — надо понимать, что ИИ не сводится к нейросетям и машинному обучению, которые являются лишь одной из технологий ИИ. Существуют и другие. Одну из них разрабатывает и успешно применяет в своем бизнесе НАО «Группа компаний «Генезис знаний». «Это то, что сейчас в мире называют «эмерджентным интеллектом», — поясняет Петр Скобелев. — Мы применяем мультиагентные технологии. Они необходимы для решения сложных, многофакторных задач. Когда у компании нет одной большой программы, а есть много мелких — одна отвечает за заказ, другая — за работу станков, третья — за рабочих, четвертая — за продукт и т.д. Цели и «интересы» у этих программ зачастую взаимопротиворечивы и нужно найти консенсус».

В сущности, его технология призвана организовать управление сложным организмом, наладить взаимодействие отдельных элементов, которые ведут себя к тому же зачастую непредсказуемо. Эта задача очень похожа на те, которые постоянно решает естественный интеллект — человек, реальная жизнь которого связана с множеством факторов, зачастую неопределенных и постоянно меняющихся. Нейросети справляются с такими задачами очень плохо, признает Александр Крайнов: «При решении неясной, нечетко сформулированной задачи в изменяющихся условиях нейросети крайне слабы». Тут нужна технология, более приближенная к человеческому разуму. С помощью своей, «человекоподобной», технологии искусственного интеллекта компания «Генезис знаний» решает сложные задачи планирования, оптимизации и контроля использования больших и многообразных ресурсов в реальном времени, когда от оперативности очень сильно зависит качество и стоимость результата.

В 2018 году Минобороны США провело первый в мире тендер на «ИИ здравого смысла». «Это просто чудо, — считает Петр Скобелев. — Это, наконец, признание того, что ИИ — это просто машинные алгоритмы, очень далекие от настоящего, человеческого интеллекта».

Искусственный интеллект — не панацея, к тому же он создает массу новых рисков. Но его возможности настолько велики, что лет через 10 он, тем не менее, радикально изменит рынки и списки их лидеров будут другими, уверены участники VI Digital City Forum РБК.