Лента новостей
Моя боль: как перестать жить в сети и завидовать 23 окт, 23:59, Спецпроект РБК PINK Трамп отреагировал на предложение Путина встретиться в Париже 23 окт, 23:57, Политика Болельщики ЦСКА и «Ромы» устроили несколько драк перед матчем в Риме 23 окт, 23:50, Общество Адвокат Исмаилова опровергла передачу им письма в администрацию Путина 23 окт, 23:36, Политика Спецпрокурор Мюллер объяснил обвинения против фирм Евгения Пригожина 23 окт, 23:26, Политика Болтон рассказал о возможности размещения новых ракет США в Европе 23 окт, 23:21, Политика Швейцария начала уголовное преследование «шпионивших» россиян 23 окт, 23:17, Политика Могерини рассказала о последствиях милитаризации Азовского моря 23 окт, 22:49, Политика ВТБ подал заявку на выкуп 100% Новороссийского комбината хлебопродуктов 23 окт, 22:39, Бизнес Десятки болельщиков ЦСКА пострадали в аварии эскалатора в Риме 23 окт, 22:37, Фотогалерея  Полный гид по уходу за зубами: самые важные вопросы 23 окт, 22:29, РБК и Philips СМИ опубликовали видео обрушения эскалатора в римском метро 23 окт, 22:16, Общество Эксперты назвали условия для роста доллара до 90 руб. 23 окт, 22:03, Экономика Лига чемпионов по футболу. «Рома» — ЦСКА. Онлайн 23 окт, 22:00, Спорт Лига чемпионов по футболу. «Манчестер Юнайтед» — «Ювентус». Онлайн 23 окт, 22:00, Спорт Как в России выращивают быков элитной породы блэк ангус 23 окт, 21:45, РБК и Мираторг СМИ рассказали о выкинувших взятку на дорогу под Петербургом чиновниках 23 окт, 21:35, Общество Киев исключил тюремное наказание для крымчан за проезд по Крымскому мосту 23 окт, 21:30, Политика При обрушении эскалатора в римском метро пострадали 30 фанатов ЦСКА 23 окт, 21:19, Общество Тренировки без боли: 5 главных ошибок начинающих спортсменов 23 окт, 21:13, Спецпроект РБК PINK Болтон рассказал о результатах переговоров с Путиным 23 окт, 21:07, Политика Болтон назвал сроки проведения встречи бизнес-совета России и США 23 окт, 21:03, Бизнес Суд в Швейцарии раскрыл причину отказа Абрамовичу в виде на жительство 23 окт, 20:59, Бизнес СМИ сообщили о переговорах «Спартака» с тренером тульского «Арсенала» 23 окт, 20:58, Спорт Под Рязанью столкнулись «КамАЗ» и пассажирский микроавтобус 23 окт, 20:43, Общество В Кремле заявили об ожидании приема Патрушева в США на высшем уровне 23 окт, 20:32, Политика СМИ узнали об обнаружении в машине саудовского консульства вещей Хашкаджи 23 окт, 20:16, Общество Тест: проверьте знание новостных тем и экономических трендов 23 окт, 20:09, РБК и Thomson Reuters
А.Пивоваров, СТС Медиа: В России история с региональным ТВ не работает
Санкт-Петербург и область, 19 ноя 2015, 13:28
0
А.Пивоваров, СТС Медиа: В России история с региональным ТВ не работает
Корреспондент РБК Петербург обсудил перспективы развития петербургского и российского телевидения с главой департамента трансмедийных проектов СТС Медиа
Алексей Пивоваров, глава департамента трансмедийных проектов СТС Медиа

Алексей Пивоваров, СТС Медиа: Кризис — хорошее время

Ситуация на петербургском телевизионном рынке не меняется десятилетиями: его основу составляют более или менее ангажированные местные новости и ток-шоу плюс кино в жанре «прощай, молодость». И даже если в последнее время на петербургских каналах происходят какие-то события, в основном, они касаются кадровых перестановок, а не самого продукта.

На этом фоне интересно поговорить с тем, кто находится на передовых рубежах развития отечественного ТВ. Один из таких вещателей, активно внедряющих сегодня новые жанры и технологии — СТС Медиа. Корреспондент РБК Петербург обсудил перспективы развития петербургского и российского телевидения с главой департамента трансмедийных проектов СТС Медиа, классиком постсоветского репортажа Алексеем Пивоваровым.

— Алексей, как вы оцениваете перспективы региональных телеканалов и петербургских, в частности, с точки зрения продукта?

— Я довольно скептически смотрю на все эти истории про региональные рынки с точки зрения контента, они в России не работают. Работает участие в федеральных проектах людей из регионов или, например, реклама, она как раз очень региональна.

Мы видим, что повсеместно люди стремятся к центру. Страна настолько замкнута на один контентный, финансовый, политический, идеологический и какой угодно центр, настолько все лучшее, что есть в регионах, ориентируется на него, что мы видим только одну тенденцию: в регионах хотят видеть то же самое, что видит Москва.

Мы наблюдаем также странную для меня, как человека много лет работавшего в новостях, тенденцию — даже региональные новости не очень интересны. Я всегда считал, что в регионе интересно про прорванную трубу на пересечении улиц Кирова и Карла Либкнехта, но нет — интересно про аварию на Рублевке. В России история с региональными интересами в телеке не работает, и, соответственно, она не работает и в digital.

— Почему так происходит?

— Проблема в том, что как у российских производителей нет бюджетов, сопоставимых с голливудскими, так и у региональных телеканалов нет бюджетов как у московских.

— Разве дело только в бюджетах?

— Это вопрос принципиальный. Аудитория привыкает к определенному уровню контента, а это вопрос финансирования. На западе, если у вас нет бюджета, то вы «Игры престолов» не снимете, если у вас нет бюджетов в России, вы не снимете «Кухню». Именно поэтому я со всех точек зрения скептически отношусь к конкретному региональному рынку.

— Сегодня много говорят о постоянном сокращении телеаудитории…Как на самом деле меняется зритель и меняется телевизионный продукт?

— Это миф, нет никакого сокращения телеаудитории. Есть рост доли телесмотрения в РФ. В целом, в России, классическое телесмотрение растет, а не снижается, а если сюда прибавить еще и смотрение в digital, то телесмотрение растет быстрыми темпами.

Более молодые возрастные группы, действительно, более активно смотрят в web, еще более молодые — в mobile, в том числе и длинные продукты, включая сериальные. В первую очередь, на планшетах, но и на телефонах тоже. Старшие возрастные группы привержены традиционному смотрению. А знаменитая фраза «я не смотрю телевизор» означает лишь, что человек не смотрит прибор, воткнутый в эфирный кабель, но он, конечно же, потребляет видео контент и, с огромной долей вероятности, он потребляет телевизионный контент.

Другое дело, что при таком росте телесмотрение очень быстро сегментируется и если раньше 60% аудитории делили между собой четыре-пять основных игроков, то сейчас есть отдельный контент не только для охотников и рыболовов, но и отдельно для охотников, и отдельно для рыболовов. Это тематическое ТВ, которое растет быстрее всего и отъедает долю у больших каналов. Там оно падает, но не за счет того, что зрители уходят в digital, хотя и это тоже, но, в первую очередь, за счет сегментации.

— Какую стратегию в этих условиях выбрал телеканал СТС?

— Мы предлагаем нашим зрителям и пользователям смотреть контент СТС не только на любых устройствах, но и там, где им привычно смотреть видео-контент. Это значит, что мы не ожидаем, что зритель будет приходить за «Кухней» или «Лондонградом» обязательно к нам на сайт или скачивать наше мобильное приложение, хотя мы всячески их продвигаем, и, конечно, это приветствуем. Мы знаем, что аудитория привыкла смотреть контент в своих соцсетях и поэтому в основных соцсетях контент СТС также представлен легально с нашей рекламой и нашей монетизацией.

По сути, в случае и классического digital, и mobile, и ТВ мы имеем дело лишь с новой платформой дистрибуции, которая, собственно, дистрибутирует тот же самый продукт, который мы видим и в эфире. И с этой точки зрения контентный холдинг, который агрегирует сам контент и права на него, а именно это на современном рынке является ключевым элементом — правообладание. Это главный конек, который позволяет нам управлять собственным контентом, а вовсе не наличие у нас эфира. Эфир телевизионный уже давно не является средством, который делает из тебя большую успешную компанию.

Эфир — это важный, самый крупный по-прежнему канал дистрибуции, и еще долгое время будет таковым, но он далеко не единственный и не самый продвинутый, понятное дело.

— Какие есть возможности снижения зависимости от рекламных доходов для телеканала?

— Возможность сокращать зависимость от рекламы только одна — если тебе пользователь платит за твой контент, других никаких возможностей нет.

— Как СТС развивает это направление?

— Мы запустили в тестовом режиме возможность до эфира посмотреть в сети первые четыре премьерных серии нового сезона «Молодежки». Тут ключевой момент — борьба с пиратством. Огромное количество не очень хороших товарищей пытаются умыкнуть этот контент и выложить его у себя бесплатно, но мы с этим успешно боремся. И его нет ни на основных трекерах, ни в социальных сетях, где это обычно появляется. Плюс мы предусматриваем для наших пользователей возможность отписаться от рекламы за деньги. То есть если ты потребляешь наш контент в сети, ты можешь просто заплатить нам небольшую сумму и все будет без рекламы.

— Поговорим о «втором экране». Как раз для сериала «Молодежка» вы запустили новую для России технологию. Что она дает?

— Это очень важная история для нас с той точки зрения работы с той аудиторией, которая привыкла потреблять контент в web. «Второй экран» работает исключительно с эфиром, таким образом эта аудитория привязывается к экрану телевизора.

— Есть ли успешный опыт использования «второго экрана» в мире?

— Мы первые в России и Европе, и одни из первых в мире, кто сделал большой общеканальный второй экран.

— Сейчас у вас уже есть последователи…

— Да. Последователи есть — и это говорит о том, что мы на правильном пути. Я знаю, что в Японии есть точно «второй экран», который объединяет сразу несколько телеканалов. Мы проводили исследование, но не увидели общеканальных «вторых экранов» ни в Европе, ни в Америке. Есть разные продуктовые решения, но не аналоги. Обычно «второй экран» поставляется с прямоэфирными шоу или со спортивными событиями, с пакетом прав на трансляцию, когда второй экран, понятно, хороший элемент, чтобы показывать дополнительно драматические секунды. Такой общий контент на «второй экран» мы делаем одними из первых на рынке и судя по интересу со стороны рекламодателей и спонсоров, я думаю, что мы его в этом году окупим и в 2016 году станем прибыльными.

— Сколько составили инвестиции в создание «второго экрана»?

— Мы не раскрываем цифры, но планируем в этом году окупить затраты и в 2016 году начать на нем зарабатывать.

— Как измеряется эффективность «второго экрана»?

— Самое простое — по возврату инвестиций. Мы можем приводить цифры скачиваний. За два месяца существования «второго экрана», его скачало более 700 тысяч человек, что неплохая цифра сама по себе. Однако понятно, что с точки зрения монетизации для нас хорошим результатом будет хорошая выручка «второго экрана». Он пока для нас новый инвентарь, и мы надеемся, что в 2016 году он начнет приносить нам прибыль.

Конечно, это не сопоставимо с тем, что мы получаем в эфире, но ситуация в России меняется.

— «Второй экран» требует какой-то специфический продукт или он подходит для всего?

Нам кажется, что мы нащупали правильную нишу, когда «второй экран» работает с сериалами. Мы видим, что аудитории это нравится.
По сути, мы капитализировали тренд, когда люди и так сидят возле телевизора со включенным мобильным устройством и сидят в соцсети. Во «втором экране» мы дали им возможность общаться онлайн с такими же как они, которые это сейчас смотрят.

Нам нравится то, как аудитория реагирует на «второй экран» для сериалов. Сейчас у нас со всеми продуктами есть «второй экран», но вопрос только в том, какая глубина интеграции. В спецпроектах типа «Молодежки» или «Лондонграда» это большой проект — стандартная интеграция тоже разбита на несколько уровней. В ближайшее время мы его попробуем сделать с одной из топовых программ. Технологически, мы вполне готовы сделать и решения для шоу в прямом эфире.

— Есть принципиальное отличие?

— Там появляется дополнительный инструмент. Собственно, «второй экран» изначально был изобретен для прямоэфирных шоу. Самый вкусный крючок для любой аудитории — это влиять на происходящее. «Второй экран» эту возможность дает.

Есть такие примеры у израильтян, когда на их музыкальных шоу талантов даже специальная стена есть, на которую заведены профили пользователей «второго экрана». И по мере того, как ты голосуешь, твоя фотография появляется на секунду на экране. И главное, что пользователь имеет возможность напрямую влиять на происходящее, но для этого нужен прямой эфир. Нам есть еще куда расти.

— Насколько «второй экран» может увеличить сборы от рекламы?

— Таких прогнозов у нас нет. Все не так линейно. Это не значит, что мы сделали «второй экран» — и рекламодатель стал больше размещаться в эфире СТС. Это длинные пакетные сделки и, если говорить о пакетных сделках «телек плюс экран», они уже есть.

— Назовете партнеров?

— С некоторыми партнерами еще ведем переговоры, так что называть их пока рано. Но у нас уже есть размещенный бренд «Кагоцел», его все видят, могу сказать, будет еще Nivea. Идут переговоры с еще несколькими брендами, в том числе с одним очень крупным цифровым игроком, что нас очень радует.

— Кризис не повлияет на привлечение рекламодателей?

— Кризис — очень хорошее время, чтобы рекламодателю переносить бюджеты в том числе и в digital. Понятно, что digital дешевле, в сравнении с телеком, с другой стороны более адресный и в этом смысле, «второй экран» тоже очень хорошая площадка, куда как мы видим, рекламодатель хочет прийти вне зависимости от размещения в телеке.