Кураторы из ФСБ: как будет работать бизнес под цензурой нового закона

Фото: Интерпресс / PhotoXPress.ru

Закон о регулировании просветительской деятельности, принятый Госдумой в третьем чтении, ограничит деятельность не только культурных институций, но и бизнеса, считают опрошенные РБК Петербург эксперты. По их мнению, новый закон может обязать частные музеи, лектории, компании из разных сфер, проводящие просветительские мероприятия в маркетинговых целях, и широкий круг физических лиц согласовывать с властями проведение всех мероприятий, на которых будет распространяться какая-либо информация, а также публикацию самых разных материалов в Интернете. Собеседники РБК Петербург рассказали, как новый закон скажется на бизнесе, в том числе культурно-просветительском.

«Закон прямо повлияет на нашу деятельность, поскольку почти все проекты на базе музея являются просветительскими. Если раньше мы самостоятельно определяли концепцию выставки или содержание образовательной программы, то с принятием нового закона придется все это согласовывать с каким-нибудь вышестоящим органом. Как это будет происходить на практике — пока не понятно. Но в любом случае на это придется тратить время и деньги, поскольку согласования потребуют человеческого ресурса. Самое худшее следствие закона — если мы не сможем проводить наши выставки и осуществлять проекты, потому что их по каким-то причинам не согласуют.

Пугает и то, что по новому закону мы должны дополнительно согласовать с властями участие всех иностранных художников, кураторов, лекторов; согласовывать партнёрство со всеми иностранными культурными центрами. При этом многие проекты Музея стрит-арта являются международными. Я в принципе не могу себе представить работу музея без международного обмена. Мы работаем с Генеральным консульством королевства Нидерландов, Гёте институтом, с Французским институтом, с отделом культуры Посольства США и т. д.

Органы и раньше следили за деятельностью культурных институций. К нам всегда на новую выставку приходит «куратор» из ФСБ и как бы её проверяет. Проверка заключается в следующем: он проходит всю выставку, внимательно изучает представленные на ней работы, сопроводительные тексты и даёт свои рекомендации. Так, он посетил нашу выставку к столетнему юбилею революции 1917 года и указал на серию работ художника Пасмура Рачуйко (он пишет картины с полицейскими) и на серию работ Григория Ющенко «Убить всех людей» — на его картинах природа восстала против человека, животные пошли с пиками на людей и на Кремль. «Куратор» сказал, что эти работы «нужно бы убрать». На наш вопрос, можем ли мы их не убирать, он ответил, что его просьбы носят рекомендательный характер и мы можем ничего не убирать, но «должны быть готовы к последствиям». Естественно, мы ничего не убирали и никаких последствий не было.

Думаю, что теперь ситуация может измениться — закон легализует контроль властей над всеми, кто производит знания или их распространяет, и подобные «просьбы» будут иметь не рекомендательный характер. Боюсь, что нам действительно придётся не выставлять ряд работ, а это уже прямая цензура.

Впрочем, пока до конца не понятно, как именно закон будет работать. Судя по тому, как он написан, просветительской деятельностью можно считать любую передачу знаний от человека к человеку: от кураторского текста к выставке до репетиторства. Получается, что когда родители дома обучают ребёнка, это тоже регламентируемая сверху просветительская деятельность?»

«Этот закон сильно повлияет на бизнес, который инвестирует средства в просветительские проекты. Среди них — девелоперские компании, такие как RBI, Бесть (проект «Ферма Бенуа»), SRV (проект «Охта Lab»); банки, телеком. Понятно, что у бизнеса есть маркетинговые, имиджевые задачи, но в итоге у него получается ценный для широкой аудитории продукт. Новый закон снизит желание и мотивацию непрофильных компаний вкладывать в такие проекты свои средства. Боюсь, что небольшие просветительские проекты, а таких очень много в сегодняшнем Петербурге, не найдут ресурсы на процедуры согласования; есть вероятность, что они прекратят работать.

В законе не говорится, что он касается только оффлайн площадок. Возможно, придётся согласовывать проведение онлайн-дискуссий, публикаций на YouTube каналах.

Вероятно, впереди нас ждёт огромное количество бюрократических процедур, бумажек, справок, согласований. Я даже не представляю, кто со стороны государства будет заниматься этими согласованиями, но сомневаюсь, что у этих людей будет компетенция отделить качественный контент от некачественного. Вряд ли это будет поручено комитету по культуре или комитету по образованию. Я за весь свой опыт работы никогда ни с какими ведомствами не согласовывала проведение мероприятий. Но попытки контроля за мероприятиями со стороны власти я видела и раньше. Несколько лет назад, когда мы с коллегами делали проект с Британским советом, ко мне приходили определённые люди и чуть ли не требовали списки тех, кто на наших мероприятиях присутствовал.

Но, я думаю, что первое время после вступления в силу этого закона большинство организаторов будет его игнорировать. В стране огромное количество физических лиц и организаций, деятельность которых может попасть под формулировку «просветительская» — если всем нужно будет проходить согласование, то это полный абсурд! Большинство будет озадачиваться получением бумажек не раньше, чем их заставят это сделать. Пока ясных распоряжений к нам не поступало — будем решать проблемы по мере возникновения.

Даже в теории не представляю, что может подпадать под «антироссийские мероприятия». Борьба с террористическими организациями уже заложена в Конституцию России. По существующему законодательству запрещается и пропаганда, возбуждающая национальную вражду (п. 2 статьи 29 Конституции РФ — ред.).

Вот закона об антироссийской пропаганде до сих пор не было; законодатель закрывает, похоже, этот пробел. Его формулировки очень напоминают закон об антисоветской пропаганде и возвращают нас в ту эпоху — к тотальной цензуре и запрету любых публичных дискуссий, не контролируемых сверху. В особенности сложно будет организаторам мероприятий с международными экспертами».

Подготовила Виктория Саитова

Мнения спикеров могут не совпадать с позицией редакции.