Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Путин поручил создать организацию по реализации нацполитики Политика, 21:08 Мосгорсуд признал законным включение ФБК в реестр иноагентов Общество, 21:04 НХЛ признала игроком недели Александра Овечкина Спорт, 20:59 «Реал» подписал контракт с футболистом молодежной сборной Бразилии Спорт, 20:50 Путин предложил закрепить в Конституции регулярную индексацию пенсий Политика, 20:31 Пессимизм мирового бизнеса по поводу экономики резко вырос до рекорда Экономика, 20:30 Следователи допросили Голунова по делу о превышении полномочий полицией Общество, 20:19 В Пензе умерла актриса Марина Рузавина Общество, 20:05 В Госдуме назвали сроки рассмотрения поправок в Конституцию во II чтении Политика, 20:02 Суд в Кувейте смягчил наказание россиянке за растрату Общество, 19:55 В Совфеде назвали возможные сроки голосования по поправкам в Конституцию Политика, 19:45 С активов «Газпрома» в Европе по просьбе «Нафтогаза» сняли арест Бизнес, 19:43 Семьям погибших в мини-отеле в Перми выплатят 500 тыс. руб. Общество, 19:27 В поправках в Конституцию разрешат отставку премьера отдельно от кабмина Политика, 19:25
С.-Петербург ,  
0 

Петербургские бизнесмены назвали главные риски для своих компаний

Фото: РБК Петербург

Если нас не убьет государство, то... говорили участники дискуссии в рамках проекта РБК Петербург «Клуб Winner. Встречи прогрессивных бизнесменов за бокалом вина», перечисляя главные угрозы для жизни своих компаний в ближайшем будущем. По словам участников разговора, в 2019 году выявились два главных риска для бизнеса — огромная степень влияния государства на предпринимательство и отсутствие роста экономики. Дополнительно к ним существует целый ряд специфических рисков, отличных от отрасли к отрасли.

Может убить любого

Снижение доходной базы экономики — главная угроза, которая усиливает воздействие на компании всех остальных негативных факторов. Если стагнация доходов продолжится в 2020 году, она вызовет уход с рынков слабых компаний в ближайшее время. Если эта ситуация затянется еще на несколько лет, то может убить большинство рыночных игроков, предположили участники разговора. «Любую сложность в бизнесе можно так или иначе решить, были бы деньги. Например, если трудности с персоналом, то можно его переобучить. Другой вопрос, что деньги, достаточные для снижения рисков и преодоления препятствий, всегда есть на растущем рынке — или хотя бы не на падающем, каким российский рынок является сейчас. По моему мнению, последняя ситуация, которая ждет бизнесменов — это падение покупательского спроса, даже на самых консервативных рынках», — говорит директор по развитию ГК «Галактика» Олег Дю.

Снижение доходной базы экономики — главная угроза, которая усиливает воздействие всех остальных негативных факторов, считают бизнесмены.

С тем, что в России слишком долго не растет экономика, соглашается исполнительный директор АО «Газпромнефть Восточно-Европейские проекты» Александр Бобков. «Бизнес шесть лет находится не в равновесии, и самое губительное то, что все начали к этому адаптироваться. Мы возвращаемся к архаичной системе перераспределения, пытаясь, не преумножая ресурсы, поделить имеющиеся как-то по-другому. Для больного высокая температура — это здорово, она помогает быстро победить инфекцию, но жить с 40-градусной температурой на протяжении 6 лет — уже совсем не полезно», — говорит Бобков. По его словам, бизнесмены перестали верить в то, что их бизнесы могут серьезно вырасти, а думают только о том, «как бы не упасть». «Быстрых позитивных изменений становится меньше, в том числе потому, что люди меньше в них верят», — говорит он.

Сокращение частного бизнеса

Доходная база сжимается и параллельно государство сокращает «кормовую базу» частного бизнеса, интенсивно перераспределяя ее в свою пользу, рассуждают бизнесмены. Во-первых, отмечают участники дискуссии, принимаются активные меры по доначислению налогов и прочих платежей в казну. Как показывают результаты исследования аудиторской компании Deloitte, отмечает управляющий партнер Deloitte в Санкт-Петербурге Шариф Галеев, 98% налоговых проверок заканчиваются выявленными нарушениями. «Средняя сумма налоговых доначислений в 2018 году составила 22 млн руб., в 2017 году, для сравнения, этот показатель был 16 млн руб. Если вы со своей проблемой пойдете в суд, то в 80% случаев судья примет решение в пользу государственного бюджета. Эта статистика характеризуют поле, в котором сегодня находится наш бизнес», — говорит он.

По словам предпринимателей, государство сокращает «кормовую базу» частного бизнеса, интенсивно перераспределяя ее в свою пользу. 

С другой стороны, поле для работы частного бизнеса сокращают госкорпорации и госбанки, совершая экспансию в новые для себя экономические ниши. Яркий пример — экспансия Сбербанка, который начинает работать и в сфере телемедицины, и в сфере логистики, и на других рынках. «Благодаря постоянной работе с новыми технологиями, мы выходим на рынки, где видим возможности для своих клиентов. Например, доставка посылок может быть органически связана с существующей сетью наших офисов», — говорит директор головного отделения Сбербанка по Санкт-Петербургу Анатолий Песенников. При этом, как подчеркнул топ-менеджер, в отличие от игроков, для которых логистика — это корневой бизнес, Сбербанк не ставит задачу добиваться в этом сегменте высоких доходов. «Здесь важен комфорт клиента, который сможет в офисе банка не только совершать финансовые операции, но и решать другие вопросы. Поэтому сотни отделений «Сберлогистики» откроются в Петербурге в течение двух-трех лет», — говорит Песенников.

«Смотрите, кто ушел!»

К экономическим и административным добавляются социальные риски. Одним из них, достаточно неожиданно для бизнесменов, оказался приход новых поколений. «Для меня главный вызов — это новое поколение. Молодым людям нужны гаджеты, музыка, творчество, а работа в материальном мире их мало интересует. В нашей отрасли мы, например, это ощущаем по тому, как стало трудно привлекать водителей. Если скоропись, как профессия, начала исчезать, когда появились технологии, заменяющие в этой области человека, то взамен профессии водителя пока ничего не возникло. Беспилотники в грузовом транспорте появятся на российских дорогах через 10-15 лет, а снижение популярности профессии мы ощущаем уже сейчас», — отмечает генеральный директор ГК «Деловые линии» Фарид Мадани.

В то же самое время, как говорит инвестор Hotel Indigo St. Petersburg Tchaikovskogo Виктория Шамликашвили, с приходом нового поколения с рынка уходят профессионалы. «Хочется сказать — смотрите, кто ушел! Сейчас с рынка уходит все больше специалистов и для нас это проблема, потому что квалифицированного спроса становится все меньше. Сегодня вообще наблюдается катастрофическое падение уровня профессионализма в целом. Посмотрите, например, на сферу грузоперевозок: мне кажется, что даже если молодые люди хотят работать водителями, они этого не умеют, а научиться им трудно», — рассуждает Шамликашвили. По ее мнению, это проблема связана с поколенческими изменениями. «Сегодня молодежь живет в диджитал. Молодые люди мало знают сами, у них нет глубоких знаний, но зато они знают, как это загуглить или посмотреть в Википедии. Наше поколение все-таки привыкло работать с книгой, а книга дает другое качество знаний», — говорит Шамликашвили.

Работая с молодым поколением, компаниям в свою очередь, необходимо разрабатывать новые стратегии управления. По мнению Анатолия Песенникова, топ-менеджерам нужно менять систему управления с вертикальной на плоскую. «Мы все привыкли к тому, что компании строятся строго по вертикальной структуре управления. А на сегодня уже все передовые компании имеют или матричную структуру или плоскую структуру управления. Поколение Z мягко скажем другое, оно не склонно к вертикально интегрированной системе управления, оно склонно к быстроте реакции, к быстроте мышления, к быстрым изменениям, поэтому структура в управлении должна быть такая», — отмечает он.

Скептически настроен к поколению Z исполнительный директор холдинга Агрофирма «Выборжец» Павел Петров. «В этом мире меняется все, кроме природы человека. Человек по своей природе ленив, поэтому постоянно придумывает способы облегчить свой труд, изобретая различные технологии. А что касается сложностей по привлечению рядовых сотрудников и линейного менеджмента, так эти трудности были и раньше, и с приходом новых поколений никуда не денутся». «Для этого собственники бизнеса и нанимают топ-менеджеров, которые призваны решать сложные задачи, одной из которых является обеспечение компании трудовыми ресурсами», — заметил Павел Петров.

Ответы бизнеса

Как отмечает Шариф Галеев, обязанность бизнесмена — просчитывать риски для своего бизнеса. Если угрозы обостряются, то и внимание к ним со стороны управленцев должно пропорционально возрасти. «Сейчас большим спросом пользуются услуги, связанные с риск-менеджментом, а также с разработкой бизнес-стратегий, отвечающих на новые вызовы. Сегодня все угрозы, обсуждавшиеся на этой дискуссии, и их влияние на конкретную компанию можно просчитать. Однако, по нашей статистике, четверть компаний в принципе не работают над риск-менеджментом. Зачастую в компаниях отделы, связанные с корпоративным управлением, не принимают участие в совещаниях совета директоров, в анализе рисков, что прямо ведет к снижению устойчивости нашего бизнеса», — говорит Галеев. По его словам, «те компании, у которых есть адаптированные к новым угрозам стратегии, которые гибкие, которые просчитывают риски, будут лидерами на рынках». «Скорость компании определяется скоростью принятия решения от менеджера до генерального директора. Мы видим примеры динамично растущих компаний даже на падающих рынках», — рассуждает представитель Deloitte.

Что касается принципа «быть гибким», то бизнесмены выделяют две существующие на рынке стратегии: одни компании снижают себестоимость и качество продукции, чтобы сохранить низкие цены, другие стремятся найти ниши, в которых качество имеет значение. «Если вам удается сохранять последовательность, в том числе в качестве товара или услуги, вы становитесь успешными. Однако бизнесмены обычно циничны. Они говорят себе: «Вот сейчас время суррогатов и я перехожу на них, а когда условия изменятся, то снова буду делать хорошо». И начинают, скажем, выпускать молочные продукты на пальмовом масле. Такая же ситуация с бетоном и с асфальтом. Встречал лично руководителей больших АБЗ, которые покупали бетон у конкурентов, а когда я высказывал удивление по этому поводу, говорили: «Так я же для себя». «Ну скажите своим, чтобы вам отдельную партию сделали, получше», — предлагал я. «Не будем нарушать процесс, руку собьют», — отвечали», — шутит Александр Бобков.

Одни компании снижают себестоимость и качество продукции, чтобы сохранить низкие цены, другие стремятся найти ниши, в которых качество имеет значение.

Один из возможных ответов на сегодняшние вызовы — поиск ниш, считает Олег Дю. В пример он приводит запущенный «Галактикой» проект по цифровой маркировке молочной продукции «Проверь». Его цель — защитить потребителей от фальсификата. «Если Сбербанк говорит: «Я не банк, я просто сопровождаю человека финансовыми услугами», то мы теперь говорим, что мы больше не продаем молоко, а даем покупателям элемент доверия, что они могут своему ребенку купить что-то проверенное и не переживать, что он выпил не молоко, а какой-то фальсификат. Вот эта нишевая история может сработать», — полагает Дю.

Еще одно действенное решение на стагнирующем рынке — прогрессивные технологии. «Наша отрасль, как и прочие в XXI веке, стремительно меняется с точки зрения технологических решений, которые позволяют получить оптимальную величину и структуру операционной себестоимости кв. м теплицы, которая в растениеводстве и предопределяет уровень маржинальности», — приводит пример Павел Петров. По его словам, уже через несколько лет в теплицах появятся роботы-сборщики, которые заменят ручной труд по сбору овощей. «Это существенно снизит себестоимость продукции, так как затраты на персонал достигают 40% в структуре затрат. Разработка таких роботов ведется не только в Европе, но и в наших российских университетах, с некоторыми из которых мы сотрудничаем», — говорит он.