Мораторий на банкротство: кого он спасёт, а кого — погубит

В России с 1 апреля до 1 ноября не будут возбуждать дела о банкротстве физических и юридических лиц по заявлениям от кредиторов. О вступлении в силу соответствующего моратория сообщил глава правительства России Михаил Мишустин. Эта мера даст возможность должникам «справиться с текущими трудностями» в течение этого периода, пояснил Мишустин.

Опрошенные РБК Петербург юристы напоминают, что со стороны кредиторов угроза инициирования банкротства — эффективный инструмент давления на должников, и его заморозка несет в себе и плюсы, и минусы. Они рассказали, как введение моратория отразится на кредиторах и какие компании могут пострадать больше всего.

Андрей Бежан, советник практики «Разрешение споров» петербургского офиса юридической фирмы «Борениус»:

«Если «ковидный» мораторий имел ограничения (он распространялся на наиболее пострадавшие отрасли), то мораторий, который принят сейчас, носит тотальный характер. То есть, не существует ограничений для юридических лиц, в отношении которых он не применяется, за исключением участников долевого строительства. При этом у граждан и компаний остаётся право самим инициировать банкротство, когда они понимают, что более не могут выполнять свои обязательства.

Мораторий больше ударит по компаниям, которые постоянно нуждаются в притоке денежных средств для того, чтобы осуществлять оборот. К таким относятся производственные промышленные предприятия, для которых простой в два месяца — уже катастрофа, а четыре месяца — означает, что пора консервировать предприятие. С одной стороны, у таких компаний есть защита, так как в отношении них тоже не может быть инициирована процедура банкротства. С другой стороны, невозможность использовать механизм давления в виде процедуры банкротства приведёт компании к тому, что они не получат денежные средства от своих контрагентов, которые пошли бы на закупку оборудования и сырья для продолжения деятельности.

В целом полгода — это не так много, чтобы кредиторы утратили веру в возвращение задолженностей. Тем более, я думаю, что мы увидим массовые банкротства как раз через это время. И они будут обусловлены не снятием моратория, а тем, что финансовая ситуация у компаний дойдёт до предела. Полгода, как говорится в пояснительной записке к законопроекту, даётся компаниям для того, чтобы сориентироваться на рынке. Понять, сможет ли компания выжить в принципе, найти замену выбывшим звеньям из производственного цикла, заново выстроить логистические цепочки. Тех, кто потенциально может выстоять, мораторий спасёт.

Сомневаюсь, что эта мера по истечению полугода может быть продлена. Банкротство — в принципе крайний инструмент взыскания задолженности. Его исключение из инструментариев кредиторов возвращает нас в лихие 90-е с паяльниками и утюгами. Все это понимают и, я думаю, правительство не хочет создавать такие условия».

Евгений Гурченко, советник, руководитель судебно-арбитражной практики АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» в Санкт-Петербурге:

«Возбуждение дел о банкротстве юридических лиц по заявлению кредиторов — это традиционно основной способ инициирования банкротств в России. По статистике, на их долю приходится 90% всех дел о банкротстве. Для банкротства физических лиц пропорция обратная — в основном граждане сами подают заявление о собственном банкротстве.

Право на инициирование банкротства появляется у кредитора в случае неисполнения обязательств должником. Для обычных кредиторов такое право возникает после вступления в законную силу решения суда о взыскании долга с должника, для банков — с момента появления признаков банкротства (просрочка более 3 месяцев, решения суда не требуется).

Если брать опыт прошлых лет, то снижение корпоративных банкротств в период моратория составило около 20%, а личных — более чем в два раза. Если провести аналогию, то количество отложенных дел о банкротстве юридических лиц может составить около 20 тыс. дел, а физических лиц — вполне может достигнуть 40-60 тыс. С учетом того, что сейчас введен мораторий для всех юридических и физических лиц, а не только для их отдельных категорий, то количество отложенных банкротств может быть выше, чем после отмены первого моратория. Но все подобные расчеты условны.

Разумеется, мораторий может негативно сказаться на кредиторах. Во-первых, угроза инициирования процедуры банкротства традиционно является крайне эффективным механизмом понуждения должника к исполнению обязательств. В отсутствии такого механизма стимулы исполнения обязательств могут снижаться. Во-вторых, кредиторы лишаются права на получение денежных средств в исполнительном производстве, ограничиваются в возможности обращения взыскания на предмет залога. В большей степени мораторий скажется на кредиторах, которые не имеют какой-либо «подушки безопасности» и критически зависят от получения платежей от одних контрагентов для расчетов с другими.

Однако не стоит забывать и про плюсы моратория. Предоставление должнику дополнительного времени для поиска выхода из сложной ситуации может спасти бизнес и в конечном итоге обеспечить возврат денег кредиторам. В свою очередь, это будет явно лучше банкротства, где вернуть деньги практически невозможно.

В любом случае, введение моратория вряд ли приведет к серьезным проблемам у кредиторов. Срок моратория для этого не столь большой. Даже в случае пролонгации моратория проблемы во многих случаях возникнут только с действительно недобросовестными должниками, которые и без того планировали затягивать процедуры. Как показывает практика, с основной частью должников кредиторы вполне успешно договариваются о реструктуризации задолженности».

Мнения спикеров могут не совпадать с позицией редакции

Подготовила: Виктория Саитова