Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Как Эстония стала лидером цифровизированных стран на планете РБК и СберПро, 15:32
Актер Борис Щербаков попал в больницу второй раз за три месяца Общество, 15:29
«Муз-ТВ» решили привлечь за гей-пропаганду Технологии и медиа, 15:23
Как устроена служба заботы и кого нельзя нанимать в этот отдел Pro, 15:23
Винер-Усманова сравнила судейство на ЧМ со скандалом на Олимпиаде Спорт, 15:22
Более четверти прошедших перепись населения приняли в ней участие онлайн Общество, 15:17
«Барселона» выбрала главного тренера вместо уволенного Кумана Спорт, 15:15
Сенаторы сочли провокацией критику посла Украины реакции ФРГ на Bayraktar Политика, 15:12
Как город художников Палех перешел на бизнес-рельсы РБК и Ивановская область, 15:09
Путевка в жизнь. Рой Джонс-младший выбрал лучших молодых бойцов России Спорт, 15:02
Аверина упустила 17-е золото на ЧМ по художественной гимнастике Спорт, 14:57
Зачем «Индустрии 4.0» в России необходимы выделенные беспроводные сети Партнерский материал, 14:49
Власти проверят госпиталь, где внук три дня ухаживал за своей бабушкой Общество, 14:48
Инвестиции в стартап: риски, лайфхаки и одна очень личная история РБК и СберПервый, 14:46
Общество ,  
0 

Почему от повышения налогов не выиграет никто

Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС

При подготовке бюджета нужна новая психология – не бухгалтерский подход, а установка на развитие, не попытки обложить налогами производство, а стремление его стимулировать, в том числе и налоговыми методами.

Активно обсуждаемая сейчас инициатива введения налога с продаж (НСП) заставляет начать большую дискуссию о целях, которые должна преследовать налоговая система страны. Нам необходим коренной пересмотр подходов к принятию решений в налоговой сфере.

НДС – налог сложно администрируемый, существенно повышающий расходы на бухгалтерию, да и попросту коррупционный. Скандалы, связанные со схемами уклонения от уплаты НДС, гремят на всю страну. Убытки бюджета исчисляются сотнями миллиардов рублей. И при этом НДС не выполнил той функции, для которой он вводился, – стимулирования экспорта. Фактически льготами по НДС пользуются преимущественно сырьевые компании, то есть те, чьи товары и так продавались бы за рубеж, а нарастить объемы промышленного экспорта по-прежнему не удается.

По сравнению с НДС налог с продаж – более простой, понятный и легко администрируемый. Поэтому бизнес-сообщество всегда выступало за переход от НДС к налогу с продаж. Мы и сейчас не против появления налога с продаж, но исключительно при снижении НДС на ставку НСП.

Есть и другой вариант – переход к прямому НДС по японской модели, где он считается не по схеме «вход-выход», а начисляется на добавленную стоимость компании. Это значительно упростит администрирование НДС, позволит ликвидировать мошеннические схемы незаконного его возврата, освободит суды примерно от 80% налоговых дел. Это выгодно и государству: собираемость налога резко возрастет. При этом если мы снизим ставку, то это будет серьезно стимулировать развитие компаний.

Однако НСП в предложенной сейчас конфигурации – как довесок к НДС – вызовет исключительно негативные последствия для экономики. И первое из них – рост цен. Даже по официальным прогнозам Минфина и Центробанка, введение НСП способно разогнать инфляцию на 1–1,5%. Для потребителей, то есть для всех граждан России, на ставку НСП вырастут цены. Следствием станет сокращение спроса и покупательной способности, а затем и снижение экономического роста.

Доход бюджета не только не увеличится, но и станет в среднесрочной перспективе меньше. Нелегальная экономика, и без того занимающая излишне большой объем, вырастет вместе с нечестной конкуренцией. А принявший на себя удар честный бизнес, напротив, сократится, местами просто закроется. Таким образом, ужмется налоговая база, снизится сбор налогов, уменьшатся доходы бюджета. И все это приведет к сокращению социальных и инфраструктурных расходов, ради поддержания которых все это затевалось.

Характерно, что в сопроводительной записке к закону о введении налога с продаж не было ни строчки об этих рисках. Они просто не просчитывались.

Наша принципиальная позиция – налоговое бремя для законопослушных предпринимателей не должно расти. Мы вышли на предел фискальной нагрузки. История с индивидуальными предпринимателями (увеличение ставок социальных страховых выплат для ИП) показала, как на ее рост реагирует бизнес: закрывается или уходит в тень.

Нужно бить по тем, кто работает «в кэше». До 51% отечественной экономики, по некоторым оценкам, находится в тени, крупный бизнес во многом – в офшорах, и их эти новшества вообще не затронут. Считаю более правильным для привлечения дополнительных средств в бюджет навести порядок в этих областях, а не вводить дополнительные обременения для честных налого­плательщиков. Тем более что прозрачный бизнес не меньше государства страдает от недобросовестной конкуренции теневых компаний.

Нам как воздух нужно нормальное моделирование расчетов по изменениям в налогообложении, с учетом конкретных отраслей, на примерах конкретных предприятий, а не только макроэкономические расчеты. Нужны новые подходы к формированию налоговой системы. Она должна стимулировать рост экономики.

Понятно, что после реально успешной налоговой реформы начала 2000-х решиться на новую реформу непросто даже психологически. Но с того времени сильно изменились задачи, стоящие перед страной. Тогда было остро необходимо наведение финансового, бюджетного, налогового порядка. Оно и произошло. Сейчас другая задача – не стабилизация, а рост. Нужна и налоговая, и в целом экономическая программа, которая стимулировала бы развитие частного конкурентного, прежде всего производственного бизнеса, развитие частной инициативы, технологическую модернизацию.

Это требует принципиально новой психологии, избавления от бухгалтерских подходов к верстке бюджета. Деньги страны должны работать на развитие, а налоговая нагрузка должна быть перенесена с процесса производства на процесс потребления. Мы предлагаем не просто снижение налогов, а введение налоговых стимулов для тех, кто развивается, создает высокопроизводительные рабочие места. Такая программа создает минимальные риски для бюджета. Если она и снижает налоговые доходы, то только будущих периодов, для не существующих сегодня производств, чье появление само по себе плюс для бюджета.