Потребность в консалтинге говорит о зрелости бизнеса

— Екатерина, так для чего же бизнесу нужен консалтинг?

— Консалтинг бизнесу нужен для того, чтобы эффективно решать управленческие задачи. У консалтинга есть своя важнейшая миссия для развития бизнеса, которая не всегда правильно воспринимаемая этим же самым бизнесом. И надо сказать, что у российского консалтинга сложилась достаточно отрицательная коннотация, и понятно, возможно, почему. Потому что если мы обратимся вообще в принципе к управленческим практикам, то в целом можем их разделить на три направления. В восточной традиции принято не допускать проблем. В американской традиции принято быстро их разрешать. А у нас, в общем, всегда так — решать эту проблему и тушить пожары. И шутливо она получила такую в бизнес-среде аббревиатуру АНКА: «авось, небось, как-нибудь, аврал». И в целом это отражает во многом отношение к российскому консалтингу.

— Получается, в такой зрелой управленческой традиции, я так понимаю, что консультант — это такой хороший архитектор, скажем так?

— Консалтинг должен резко и качественно отличаться от того, что компания обычно может себе позволить в виде штатных сотрудников. Соответственно, эти специалисты годами формируют свои компетенции, они находятся в высококонкурентной интеллектуальной среде. И уходит не один десяток лет для того, чтобы взрастить качественного специалиста в области консалтинга. Когда возникает потребность в консалтинге, это некое свидетельство зрелости бизнеса, то есть это такой «паспорт», который выдается при наступлении определенной дееспособности, потому что консалтинг, конечно, нужен не на всех этапах развития. К консалтингу, как правило, приходит уже средний, крупный бизнес, потому что количество информационных потоков строго усложняется, уровень задач растет, и, как правило, они уже не решаются своими силами. В определенных случаях, в том числе предусмотренных законом, например при оценке бизнеса или при аудиторских проверках, они обращаются в специализированные организации.

— Можете поделиться из своего опыта какими-то цифрами, как вообще растет востребованность этих услуг?

— По нашим наблюдениям, если в 2020 году у нас было 60% услуг, которые мы называли бы превентивными, то есть до наступления проблемы. Мы обслуживали штатные ситуации в рабочем режиме где-то в 15% случаев и где-то 25% экстренные — это наступление негативных последствий в виде налоговой проверки, судебные инциденты и так далее. К 2025 году у нас меняется статистика: 20% примерно мы обслуживаем превентивно, 40% — это какие-то штатные, понятные ситуации и уже 40% — это экстренные, когда проблема наступила и мы обязаны приложить все усилия. И надо сказать, что у нас очень изменился портфель клиентов, и если в 2020 году у нас было примерно 20% российского бизнеса, российского менеджмента, а 80% — иностранных международных компаний, то на сегодняшний момент, конечно, по понятным причинам, эта статистика перевернулась: примерно 20% иностранных и 80% российских.

— Интересная мысль по поводу превентивного подхода, который в принципе в любой, наверное, сфере жизни всегда более продуктивен и интересен. Вы можете на каком-то практическом примере показать, почему превентивная тактика почти всегда выигрывает? Ну, давайте возьмем такую банальную вещь, как несвоевременная уплата налогов.

— Несвоевременная уплата налога, как правило, бьет по всем абсолютно направлениям деятельности компании. Ну, прежде всего, это ликвидность, она моментально падает, останавливаются платежи и прочее. Договорная дисциплина, срывы поставок, штрафы, цепочки претензий. Ну и, конечно, такой репутационный риск — он всегда очень неприятен, нарушается доверие, сотрудники очень негативно воспринимают эту ситуацию, нервничают. И, в общем, надо сказать, что необходимо следить за достоверностью налогового учета, своевременностью уплаты налогов. К сожалению, как показывает практика, зачастую специалисты могут ошибаться, бухгалтеры и собственные финансисты, поэтому, собственно говоря, еще в XVI веке был изобретен институт аудирования, и именно для этого на протяжении всей богатой предпринимательской жизни компания обращается за независимым мнением, задача которого — подтвердить достоверность отчетности.