Индекс Баффета указал на крах 2008-го. Что будет теперь, когда он на пике
Один из инструментов, с помощью которого можно определить, насколько фондовый рынок перегрет или, наоборот, недооценен, — так называемый индекс Баффета. Это показатель, который рассчитывается как отношение совокупной рыночной капитализации всех публичных компаний и последнего квартального показателя ВВП. В интервью журналу Fortune в 2001 году американский миллиардер, легенда Уолл-стрит Уоррен Баффет назвал этот индикатор «лучшим и единственным показателем стоимости рынка в любой момент времени».
Индикатор Баффета для рынка США рассчитывается делением значения индекса Wilshire 5000 Total Market на ВВП. Wilshire 5000 Total Market — это взвешенный индекс рыночной стоимости всех компаний, которые торгуются в Соединенных Штатах. По состоянию на 16 августа Wilshire 5000 оценивается примерно в $46,38 трлн, тогда как ВВП США во втором квартале составил $22,72 трлн. Согласно данным американского сервиса для инвесторов GuruFocus, 16 августа индикатор Баффета достиг исторического максимума на отметке в 204,1%.
Если показатель находится ниже 75%, то рынок несправедливо дешев, если в диапазоне 75–115%, то оценки справедливы, а если превышает 115%, то уже можно говорить о его перегретости.
За индикатором внимательно следит немецкий финансовый журналист Хольгер Шепец. В июне индекс Баффета, расcчитанный для мирового рынка, достигал 132,7%, превысив предыдущий рекорд времен пузыря доткомов — 121%. «Индикатор Баффета просто кричит о пузыре», — отмечал Шепец.
Just to put things into perspective: All stocks now worth equal to 133% of global GDP, meaning Buffett indicator screaming BUBBLE! But maybe this time is different in an era w/negative real yields & upcoming exponential earnings growth in the tech sector. pic.twitter.com/wXFsYD8wdK
— Holger Zschaepitz (@Schuldensuehner) June 13, 2021
В последнее время инвесторы начали сомневаться в том, что индекс корректно отражает состояние фондовых рынков. Иначе весь мир погрузился бы в тяжелейшую финансовую катастрофу. Сейчас капитализация публичных компаний более чем в два раза превышает ВВП США, а основные биржевые индексы Америки почти каждый день переписывают максимумы.
При этом сам Баффет говорил о том, что рынок не обязательно должен резко падать или расти, чтобы соответствовать значениям индикатора. Он отмечает, что в долгосрочной перспективе доходность фондового рынка будет иметь тенденцию к выравниванию с индексом. И если сейчас рынок сильно перегрет, то в последующие годы его доходность будет ограничена, чтобы в итоге прийти к нормальному значению.
Директор Финансового центра Сколково-РЭШ Олег Шибанов сказал «РБК Инвестициям», что индикатор Баффета «бесполезен» по трем причинам.
Капитализация фондового рынка зависит не только от уже обращающихся на рынке акций, но и от того, как часто проходят IPO. Новые компании будут неизбежно добавлять рынку массу, а делистинг, то есть уход с биржи, снижать ее. В 2020 году случился настоящий бум первичных размещений — по данным Refinitiv, во всем мире прошло 1755 IPO, а объем привлеченных средств составил $324,14 млрд. В 2021-м тенденция продолжилась — за первое полугодие компании привлекли $222 млрд, что на 215% выше, чем за тот же период прошлого года.
Существенная часть капитализации фондового рынка США приходится на несколько ведущих компаний. Таким образом, доля прибыли публичных компаний становится больше в той прибыли, которая в целом вырабатывается в экономике. Концентрация настолько высока, что топ-10 компаний составляют 27,6% индекса S&P 500 — среди них в основном техногиганты: Apple, Microsoft, Amazon, Facebook, Alphabet (класс A и C), Tesla, Berkshire Hathaway, NVIDIA, JP Morgan.
Падение безрисковых ставок привело к существенному росту будущих денежных потоков по модели дисконтирования. То есть мы начинаем ценить «будущие» деньги выше, соответственно, стоимость любой компании, которая генерирует денежный поток, тоже растет. Радикальное снижение ставок в последнее время может быть временным явлением, тем не менее оно внесло серьезный вклад в увеличение стоимости фондового рынка.
По словам Шибанова, именно эти три фактора привели к тому, что капитализация публичных компаний росла опережающими темпами по сравнению с ВВП. «Утверждать, что есть связь между индикатором и тем, что дальше произойдет, могут только смелые люди, и я им завидую», — подвел итог эксперт.
Индекс Баффета идеально cрабатывал во время трех крупнейших обвалов фондового рынка в XXI веке:
- перед крахом доткомов в 2000 году — 141%;
- перед финансовым кризисом 2008 года — 107%;
- перед пандемией 2020 года — 157%.
Индекс Баффета также хорошо указывал на прекращение нисходящих трендов. На локальных минимумах индекса S&P 500 в 2003 и 2009 годах индикатор имел значения 71% и 52% соответственно, после чего наблюдались длинные «бычьи» циклы роста.
Управляющий директор Газпромбанка по направлению Private Banking Егор Сусин отмечает, что в 2008 году был объективный перегрев экономики: «Теперь у нас совершенно другая история, но она в каком-то смысле более масштабна. Стимулирование намного более интенсивное, чем было перед 2008 годом, когда разгонялась экономика, когда разгонялась ипотека. Сейчас, наверное, мы немного в другой парадигме. Это не значит, что перегрева рынка нет или что индикатор совсем не работает».
По его словам, в текущей ситуации индикатор может быть выше предельного уровня в течение долгого времени. Это отражение того объема вливаний со стороны государств в мировую экономику, которое поддерживает рынок.
«Это красный флажок на долгосрочную перспективу, то есть в моменте это говорит о том, что рынок очень сильно зависит от тех стимулов, которые будут реализовываться в будущем», — говорит Сусин. Если исходить из того, что стимулов и дальше окажется много, монетарная политика будет оставаться мягкой, а ставки — отрицательными, то рынок относительно адекватно оценен. Но как только объем стимулов начнет существенно сокращаться, индикатор сработает «по полной программе».
В начале пандемии ФРС экстренно снизила ставку до 0–0,25% и объявила, что будет неограниченно поддерживать рынки ликвидностью, выкупая активы с рынка «в том объеме, в котором это будет необходимо».
Сусин призвал не возводить индикатор в абсолют, указав, что надо оценивать его с учетом экономического контекста в конкретный момент времени. Например, сейчас индекс Баффета может сработать, но не как индикатор сам по себе, а, скорее, как совпадение двух факторов. Оба приведут к колоссальному оттоку ликвидности с рынка:
- начало сворачивания программы количественного смягчения в США. Сейчас ФРС ежемесячно выкупает активы на сумму $120 млрд: казначейские облигации на $80 млрд и ипотечные облигации на $40 млрд;
- осенью у Министерства финансов США закончится свободный кеш, и оно будет вынуждено начать занимать на рынке. Сейчас «накачка» ликвидностью со стороны ведомства составляет около $200 млрд ежемесячно.
Больше новостей и интересных историй об инвестициях вы найдете в нашем телеграм-канале «Сам ты инвестор!»
