ЕСПЧ присудил детям и соратникам Лимонова €10 тыс. за ликвидацию НБП

Эдуард Лимонов (Фото: Денис Синяков / Reuters)

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) частично удовлетворил жалобу писателя Эдуарда Лимонова (Савенко) и четырех его соратников на отказ в регистрации Национал-большевистской партии (НБП, признана экстремистской и запрещена в России), ее ликвидацию и судебный запрет. Двоим детям Лимонова, умершего в 2020 году, и нацболам Александру Аверину, Андрею Дмитриеву, Сергею Фомченкову и Андрею Волынцу совместно присудили компенсацию €10 тыс., которую должны выплатить российские власти, следует из текста решения на сайте ЕСПЧ.

Правительство России настаивало, что ликвидация НБП была «законной мерой, принятой в пределах усмотрения государства», и что она стала результатом «повторяющихся нарушений разумных требований закона». Кроме того, многие члены НБП, включая заявителя Аверина, были осуждены за различные уголовные преступления, включая вандализм и хулиганство, указывал представитель России.

Страсбург признал, что члены и руководители НБП стали жертвами нарушения права на свободу собраний; при этом он сослался на похожие решения, связанные с российскими организациями «Свидетели Иеговы» (признана экстремистской, запрещена) и Фонд борьбы с коррупцией (признан иноагентом, экстремистской организацией и запрещен).

Положения государства по защите своих институтов и граждан от угрожающих объединений «должны использоваться с осторожностью», исключения в отношении всеобщей свободы собраний «должны толковаться строго», «только убедительные и веские причины могут оправдать ограничения этой свободы» и любое вмешательство в нее «должно соответствовать насущной общественной потребности», указал Страсбург. Запрет объединения, согласно позиции суда, является «чрезвычайно суровой мерой», которая может применяться только в «очень суровых обстоятельствах», и ее необходимость государство должно веско доказать.

Лимонов и другие заявители полагали, что Россия нарушила в их отношении статью 11 Европейской конвенции, которая посвящена свободе собраний. По их мнению, запрет НБП «не был необходим в демократическом обществе и был несоразмерен нарушениям закона», которые, предположительно, допускали сторонники объединения; заявители утверждали, что активисты действовали добросовестно и в пределах закона. До запрета и ликвидации по суду в 2007 году НБП несколько раз подавала заявки на регистрацию, которые отклонялись «без уважительных причин», указали заявители.

Российские власти преследовали НБП с 2001 года. Тогда Минюст впервые обратился в суд с иском о ее исключении из реестра юрлиц. Ведомство сослалось на то, что, как выяснилось при проверке, НБП реально не занимала помещение, где была зарегистрирована. Но этот иск был отклонен: суд признал, что НБП функционирует как организация.

НБП долго добивалась официальной регистрации в качестве политической партии. Минюст отказывал, ссылаясь как на пропаганду этнической розни в материалах НБП, так и на формальное несоответствие закрепленным в законе критериям политической партии (так, на учредительном съезде НБП не состоялось кворума, потому что часть проголосовавших за учреждение не были совершеннолетними).

В 2003 году Минюст счел, что использование слова «партия» в названии НБП противоречит новым положениям закона «Об общественных объединениях». Обновленный закон запрещал организациям, которые не являлись политическими партиями, принимать какое-либо участие в политической деятельности — например, выдвигать кандидатов для участия в выборах. НБП подчинилась требованиям, отредактировала устав и заменила в своем названии слово «партия» на слово «порядок» (таким образом, аббревиатура осталась прежней). Но Минюст отказался регистрировать измененные учредительные документы, сославшись на формальности.

В том же году Минюст приостановил деятельность НБП, сославшись на непредоставление годовых отчетов; это решение утвердил суд. В 2005 году первый зампрокурора Московской области через суд добился роспуска НБП, объяснив это «повторяющимися нарушениями»: отсутствием годовых отчетов, использованием слова «партия», намерением участвовать в выборах. Верховный суд согласился с его требованиями.

Через некоторое время заместитель генпрокурора потребовал пересмотреть это решение по новым обстоятельствам. В дополнение к своей прежней позиции, основанной на формальных нарушениях, прокуратура теперь указывала, что «руководство и члены НБП неоднократно совершали преступления и административные правонарушения экстремистского характера, тогда как Савенко официально и публично не осудил эти действия». Суд окончательно исключил НБП из реестра юрлиц.

В 2007 году Мосгорсуд по запросу прокурора Москвы признал НБП экстремистской организацией. Суд сослался на нарушения, связанные с разжиганием ненависти, совершенные сторонниками НБП, призывы к массовым беспорядкам и другие инциденты — например, акцию в 2006 году, когда члены НБП ворвались в заксобрание Санкт-Петербурга с пропагандистскими листовками и антиправительственными лозунгами.

Суд согласился с тем, что исключение НБП из реестра юрлиц по формальным основаниям было «радикальной мерой», несоразмерной серьезности нарушений. Юридические требования не должны препятствовать свободе собраний и не должны служить желанию прекратить деятельность групп, которые не нравятся властям, подчеркнул ЕСПЧ.

«Граждане должны иметь возможность создавать юридические лица, чтобы действовать коллективно в сфере взаимных интересов. Это один из наиболее важных аспектов права на свободу собраний, без которого это право было бы лишено всякого смысла. То, как это право закреплено в национальном законодательстве и как оно практически реализуется властями, отражает состояние демократии в стране. Разумеется, государства имеют право удостовериться в том, что цель и деятельность ассоциации соответствуют закону. Но они должны делать это таким образом, чтобы это соответствовало их обязательствам по конвенции», — сказано в решении Страсбурга.

Суд согласился, что такая причина для отказа в регистрации политической партии, как пропаганда этнической розни, «отвечает законным целям предотвращения беспорядков и защиты прав и свобод других лиц». Вместе с тем российские власти «не указали на какие-либо проявления этнической дискриминации со стороны НБП или риски для мирного демократического сосуществования с этническими общинами, которые она бы создавала». Суммарно Страсбург не счел, что «такая суровая мера, как отказ в регистрации партии», была обоснованной в случае НБП.

При этом ЕСПЧ не согласился с тем, что Россия допустила дискриминацию НБП, нарушив в отношении нее статью 14 Европейской конвенции: никаких признаков, указывающих на это, Страсбург в материалах жалобы не увидел.

РБК направил запрос в Генпрокуратуру, которая представляет Россию в ЕСПЧ.