Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
РЭЦ запустил горячую линию для экспортеров Пресс-релиз, 14:08 Только 10% новых пациентов с COVID-19 в Москве приехали из-за границы Общество, 13:59 Мосгорсуд утвердил ограничение прав родителей живущей в больнице девочки Общество, 13:59 В Белорусии от коронавируса умер первый человек Общество, 13:54 За сутки в Китае от COVID-19 умер один человек Общество, 13:51 Юмор на грани: зачем давать компании вирусное название Pro, 13:51 Волейбольное «Динамо» договорилось о переходе олимпийской чемпионки Спорт, 13:43 Как переживают карантин за границей Стиль, 13:43 Как работают тесты на коронавирус и кто их сейчас создает Экономика инноваций, 13:41  СМИ сообщили о расторжении «Аяксом» контракта с вышедшим из комы игроком Спорт, 13:40 Госпиталь для зараженных COVID-19 в экспоцентре Лондона. Фоторепортаж Общество, 13:36  Минтруд предложил устанавливать инвалидность дистанционно из-за COVID-19 Общество, 13:30 AliExpress и «Почта России» купили в Китае маски для сотрудников почты Бизнес, 13:28 Созвонимся: семейный телефонный квест РБК и Билайн, 13:28
Политика ,  
0 

Счетная палата назвала главные проблемы российской науки

Увеличение финансирования в 13 раз не помогло догнать США и Китай
Расходы бюджета на российскую науку растут, но по многим показателям она остается неэффективной, говорится в отчете Счетной палаты. Только по числу патентных заявок Россия отстает от США почти в 16 раз, а от Китая — в 38
Фото: Михаил Почуев / ТАСС

Какие проблемы обнаружены у отечественной науки

Хотя общие затраты на российскую науку с 2000 года увеличились в 13 раз, с 76,7 млрд до 1028,2 млрд руб., эта сфера остается недостаточно продуктивной и не реагирует на большие вызовы, стоящие перед обществом и государством. Об этом говорится в отчете Счетной палаты «Определение основных причин, сдерживающих научное развитие в Российской Федерации» (есть у РБК).

Причина в том, что финансирование в этой области по-прежнему отстает от уровня развитых стран, отмечают аудиторы. По объему относительных затрат на науку (1,1% ВВП) Россия находится на 34-м месте, по индикатору внутренних затрат на исследования и разработки в расчете на одного исследователя позиция еще хуже — 47-е место ($93 тыс.). По числу патентных заявок Россия отстает от США почти в 16 раз, а от Китая — вообще в 38.

Государственные аудиторы указали и на другие причины низкой продуктивности отечественной науки.

  • В законодательстве не закреплена система господдержки науки.
  • Не применяется закрепленный за Российской академией наук механизм экспертизы научных и научно-технических результатов.
  • Отсутствует комплексная система мониторинга результативности исследовательской деятельности, который должен учитываться при распределении бюджетных средств на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы.
  • Отсутствует спрос на результаты научной деятельности со стороны бизнеса.
  • Недостаточный уровень научных публикаций: только 5% российских статей в базе данных Scopus за 2018 год было опубликовано в журналах, входящих в топ-10 по уровню цитируемости (в США эта доля составляет 22%, в Германии — 19%, в Китае — 17%).
  • Слабое привлечение молодых научных кадров и ведущих ученых, в том числе зарубежных, из-за институциональных барьеров и низкого развития рынка труда. Мероприятия по привлечению кадров недостаточно эффективны. Снижение численности ученых наблюдается с 2001 года (за исключением 2014–2015 годов), а относительно 1993 года (1,315 млн человек) этот показатель сократился почти в два раза.
  • Снижение с 2001 года динамики численности исследователей в возрасте до 29 лет.

Основным источником финансирования науки в России по-прежнему является бюджет: в среднем 60–70% общих расходов на исследования составляют госсредства. Счетная палата допускает, что уровень частных инвестиций, который, согласно Стратегии научно-технологического развития России, должен к 2035 году быть не ниже уровня господдержки, окажется ниже.

Вице-президент РАН Алексей Хохлов, комментируя выводы Счетной палаты, заявил РБК, что российской науке есть над чем работать, а ее организационные формы не оптимальны. «С другой стороны, национальный проект «Наука» как раз и направлен на совершенствование этих форм, — напомнил он. — Пока это не очень удается, многое продолжает развиваться в русле старых подходов, а идейно новые аспекты пока не получили должной поддержки».

По его мнению, пока не разработаны меры, направленные на то, чтобы предприятия реального сектора экономики заинтересовались инновационными разработками, которые они могут внедрить. «Научные центры станут эффективно заниматься прикладными исследованиями тогда, когда не государство, а предприятия захотят в них вкладывать, причем не из-под палки, — считает Хохлов. — Важно, чтобы у самих предприятий была соответствующая мотивация».

«В российской науке доминирует государство, а бизнес мало инвестирует в исследования», — констатировал заместитель директора Института статистических исследований и экономики знаний ВШЭ Михаил Гершман.

Ранее эксперты компании FinExpertiza, изучив данные Росстата, обнаружили, что хотя финансирование российской науки с 2010 по 2018 год увеличилось вдвое, она теряет кадры — за этот же период число ученых в стране уменьшилось, прежде всего в естественных и технических науках. По их подсчетам, за девять лет оно сократилось на 21 тыс. человек.

Гершман напомнил о майском указе президента, в котором была поставлена цель увеличить зарплаты научных работников в два раза по отношению к средней по региону. «Насколько я могу судить, цель была достигнута не во всех субъектах, и очевидно, проблема конкурентоспособности оплаты труда в российской науке остается нерешенной, — указал он. — Базовый уровень зарплат точно нужно повышать, чтобы привлечь молодежь в науку». По мнению эксперта, более сложной темой является переход на так называемый эффективный контракт, при котором более продуктивные сотрудники получают больше денег, чем менее продуктивные, — он бы позволил создать привлекательные условия для карьерного роста в науке.

Что предлагает Счетная палата

Чтобы переломить негативные тенденции, нужно изменить правила повышения заработной платы и сократить отставание от передовых стран, считают в ведомстве Алексея Кудрина. «Например, уровень заработной платы профессорско-преподавательского состава, занятого НИОКР, в 2018 году в Германии и Чехии превышает соответствующий российский показатель в 3,3 и 1,4 раза соответственно», — сказано в отчете аудиторов.

Счетная палата сделала следующие рекомендации (они направлены в правительство):

  • привести правовые акты, связанные с наукой, в соответствие с законодательством;
  • распределить бюджетные средства, выделенные на НИОКР, с учетом результативности научной деятельности каждого отдельного института;
  • создать систему мониторинга результативности исследовательской деятельности, в том числе учета коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности;
  • увеличить господдержку развития научной инфраструктуры и кадрового потенциала, в том числе за счет повышения зарплаты исследователей;
  • утвердить федеральную научно-техническую программу развития синхротронных и нейтронных исследований и исследовательской инфраструктуры на 2019–2027 годы;
  • повысить эффективность центров коллективного пользования научным оборудованием и уникальных научных установок.

Вице-президент РАН Алексей Хохлов не согласился с выводом Счетной палаты о необходимости ввести мониторинг результативности исследовательской деятельности. «Мониторинга у нас хватает», — заявил он.

По словам академика, в некоторых регионах решена и задача повышения зарплат научных сотрудников, например в Москве. Однако возникла другая проблема — региональные диспропорции в размерах зарплат. «В Москве средняя заработная плата научных сотрудников относительно высокая, а на Северном Кавказе даже двойная зарплата научных сотрудников не помогает, потому что там в принципе очень низкая средняя зарплата по региону», — пояснил Хохлов.

В течение последних двух лет в России продолжается разработка закона «О научной, научно-технической и инновационной деятельности», который должен решить, в частности, проблемы, связанные с механизмами господдержки науки. «Но важно также повышать прозрачность реализации мер научной политики и проводить оценку их эффективности, повышать открытость результатов оценки, как это происходит за рубежом», — утверждает Гершман.