Лента новостей
Во время стрельбы на параде в Торонто оказался премьер-министр Канады Общество, 00:21 Росимущество ответило на претензии аудиторов по аренде земли в Москве Экономика, 00:15 В УЕФА заявили о переговорах с «Газпромом» о спонсорстве вопреки санкциям Спорт, 00:00 Во время чемпионского парада «Торонто Рэпторс» открыли стрельбу Общество, 17 июн, 23:55 Два немецких НПЗ начали получать чистую нефть по «Дружбе» Бизнес, 17 июн, 23:47 Суд на Кипре вновь заблокировал часть акций BelkaCar Бизнес, 17 июн, 23:37 «Медуза» сообщила о допросе сотрудников издания по делу Голунова Общество, 17 июн, 23:15 Власти предложили сделать исключение для Калининграда при изоляции Рунета Технологии и медиа, 17 июн, 22:57 У лидера группы Megadeth диагностировали рак Общество, 17 июн, 22:54 Бастрыкин поручил разобраться в нарушениях c лекарствами для льготников Общество, 17 июн, 22:50 На проверку получивших ноль баллов на ЕГЭ работ отвели два дня Общество, 17 июн, 22:40 Зеленский сравнил Крым и Донбасс с бикфордовым шнуром Общество, 17 июн, 22:23 Постпред России в Вене назвал фейком слова США о ядерных испытаниях Политика, 17 июн, 22:22 «Братья-мусульмане» назвали смерть экс-президента Египта убийством Политика, 17 июн, 22:16
Мнение ,  
0 
Владимир Иванов Душевные муки: как религиозность в обществе препятствует инновациям
Оказалось, что религиозные люди чаще верят, что технологии меняют мир слишком быстро, и негативно настроены к изменениям. Получается, система мышления, в которой важную роль играет религия, может препятствовать инновациям

Против прогресса

Вопрос о значении религии для развития общества обсуждается уже более века. Экономисты долгое время самоустранялись из этой дискуссии, однако за последние двадцать лет, благодаря накоплению статистики, появился ряд важных эмпирических результатов.

Например, обнаружилось, что сила религиозных убеждений положительно связана с экономическим ростом (в отличие от частоты посещения церкви), с распространенностью норм честности и бережливости и с удовлетворенностью жизнью. Другими словами, распространенность нравственных норм, проповедуемых почти всеми религиями, накладывает внутренние ограничения на непродуктивные с общественной точки зрения действия — непродуманные растраты, обман, мошенничество. При этом обратной стороной монеты становится отвлечение времени и усилий, которые можно было бы использовать в производстве, на религиозные обряды.

Другая недавняя работа, опубликованная Национальным бюро экономических исследований, выявила, что все показатели религиозности сильно и отрицательно связаны с уровнем инноваций, который можно оценить количеством патентных заявок на душу населения (по данным World Intellectual Policy Organization).

Для измерения степени религиозности населения использовались вопросы «Независимо от посещения церковных служб, считаете ли вы себя религиозным человеком?», «Насколько религия важна в вашей жизни?» и просто «Верите ли вы в бога?». Причем на межстрановой выборке отрицательная взаимосвязь не зависит от конфессиональной структуры общества. Этот факт лишний раз свидетельствует о том, что с точки зрения экономических последствий очень затруднительно определить «производительные» и «непроизводительные» вероисповедания.

В другой работе ученые выявили взаимосвязь между религиозными убеждениями людей и их «открытостью к инновациям». Для оценки последней использовались ответы на вопросы, связанные с отношением к науке и технологиям, новым идеям и принятию риска (например, степень согласия с утверждением «Мир становится лучше благодаря науке и технологиям»).

Оказалось, что более религиозные люди чаще убеждены, что «наука и технологии меняют мир слишком быстро», негативно настроены к изменениям, реже считают важным воспитывать в детях воображение, независимость и настойчивость. Например, в Германии, где доля религиозного населения в полтора раза ниже, чем в России, 74% респондентов считают важным развивать в детях независимость (в России — 38%), 30% — воображение (в России — 16%).

Получается, система мышления, в которой важную роль играет религия, может препятствовать инновационному процессу просто на уровне ценностей и убеждений. Но на деле религиозная картина мира может сдерживать развитие науки и инноваций не столько на уровне индивидуальных талантов (известно, что многие ученые — верующие люди), сколько на уровне формирования политических сил — т.е. предпочтений медианного избирателя. Общество может просто не пользоваться доступными плодами науки и просвещения.

Не без помощи государства

Конфликт между религией и наукой может по-разному решаться арбитром-государством. Распоряжаясь общественными доходами и регулируя распространение технологий, правительство может отдавать приоритет научному прогрессу — и тогда церковь постепенно обновляет догматы таким образом, чтобы гармонизировать их с научными представлениями об окружающем мире.

В течение последнего столетия подобный процесс можно наблюдать в странах Западной Европы. Так, например, еще в 1950 году папа Пий XII допустил верность эволюционной гипотезы происхождения человеческого тела (но не души). А в прошлом году папа Франциск открыто заявил, что теория Большого взрыва не противоречит учению церкви. Особый интерес в этой связи представляют последствия изменения религиозной структуры общества за счет мигрантов из клерикальных стран.

История и современность знают случаи, когда правительство, напротив, сдерживало распространение знаний и технологий и за счет общественных доходов поддерживало религиозные организации. Мусульманские страны в течение нескольких веков сопротивлялись распространению книгопечатания — книжный рынок в арабском мире до сих пор очень сильно отстает от христианских стран.

Существуют и исключения. Например, США сочетают довольно высокую религиозность населения и активную инновационную активность. При этом важную роль в устойчивости подобной конструкции играет общественное неравенство. Оно может подтолкнуть не очень образованного и небогатого среднего избирателя в политическую коалицию с консервативными богатыми слоями — такая коалиция может блокировать распространение знаний, конфликтующих с религиозными убеждениями.

В качестве яркого примера можно привести президентское вето Джорджа Буша-мл. на исследования стволовых клеток, которое было потом снято президентом Обамой, а также изменения в школьных образовательных программах некоторых штатов, на которые так жалуются американские биологи. То есть компромисс между влиятельностью религии и науки является результатом непрерывного и активного политического процесса.

В России церковь все больше претендует на роль представителя главной объединяющей идеологии. С религиозных позиций постепенно привыкают оценивать репертуар театров, вопросы градостроительства, финансы и школьное образование. Правда, судя по результатам недавнего опроса ВЦИОМ, в обществе неоднозначно воспринимается подобное усиление религиозных сил.

Как и во многих других странах, в России идет конфликтный и даже болезненный процесс поиска места и роли религии в жизни общества. Согласно преданиям, князь Владимир, которого так часто вспоминают в последнее время, довольно рационально подошел к выбору подходящего вероисповедания, тщательно взвешивая выгоды и издержки. Было бы здорово, если бы современное общество взяло пример с легендарной рассудительности князя.

Достичь одновременно инновационного прогресса и увеличения роли религии в обществе, судя по всему, практически невозможно. Надо выбирать.

Об авторах
Владимир Иванов старший преподаватель экономического факультета МГУ
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.