Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Что происходит на Евро. День 11-й Спорт, 01:17 Минобороны опубликовало документы о начале Великой отечественной войны Общество, 01:13 Черчесов после вылета сборной с Евро передал болельщикам привет Спорт, 01:07 Черчесов назвал игру против Дании лучшей для России на Евро Спорт, 00:55 Профи или безбашенный: какой вы таксист. Тест Autonews и Яндекс.Такси, 00:48 Эстония разрешила въезд привитым от COVID-19 российским туристам Общество, 00:47 Онопко выразил готовность сменить Черчесова в роли тренера сборной России Спорт, 00:44 Дворкович не увидел слаженной игры в исполнении сборной России Спорт, 00:42 Соболев назвал причины поражения сборной России в матче против Дании Спорт, 00:40 Как Россия провалила ключевой матч Евро. Фоторепортаж Спорт, 00:38 СК начал проверку по факту смерти заключенного в ярославской ИК-1 Общество, 00:33 Дзюба обратился к ненавистникам словом «наслаждайтесь» Спорт, 00:31 Москалькова назвала нечестной игрой принуждение сотрудников к вакцинации Общество, 00:30 Дзюба отреагировал на поражение сборной на Евро-2020 словом «обкакались» Спорт, 00:25
Выборы президента России ,  
0 
Денис Волков

Контрольный процент: как Кремль обеспечил нужные итоги выборов

Основную роль в повышении явки сыграло не сплочение избирателей против «внешнего врага», а массированная информационная кампания ЦИК и возвращение Путина на экраны телевизоров в начале марта

Вопрос об уровне явки был одним из центральных в прошедшей избирательной кампании. Интригу создала сама власть, когда задолго до начала предвыборной гонки в прессу утекли якобы установленные в президентской администрации целевые 70% явки. И если опросы общественного мнения стабильно показывали, что Владимир Путин должен получить больше 70% голосов избирателей, то к возможности достичь целевого процента пришедших на участки многие эксперты относились скептически.

«Скучная» кампания

Дело в том, что такой высокой явки не было еще ни на одних президентских выборах. Последний раз вплотную к этому показателю мы приближались в 2008 году, когда явка составляла 69,8%. Но тогда по всем показателям, характеризующим настроения избирателей, — уровню поддержки основных государственных институтов, уверенности в будущем и удовлетворенности собственным положением — российская политическая система находилась в лучшем положении, чем сегодня. И если десять лет назад люди голосовали за сохранение путинской стабильности (пусть формально и без самого Путина), то сейчас основной кандидат оставался прежним, а результат выборов был настолько очевиден, что часть сторонников Путина собиралась 18 марта заняться своими делами, ведь их фаворит побеждал без их помощи. Никакого судьбоносного выбора делать было не нужно.

По сути, власти сами позаботилось о том, чтобы сделать прошедшие выборы максимально скучными и предсказуемыми. Устранение от участия в предвыборной гонке Алексея Навального работало на снижение интереса к происходящему — не потому, что Навальный очень уж популярный политик и без него никак нельзя; в России без доступа на федеральные каналы популярным у широких слоев населения стать невозможно. Но он уже не раз показывал, что не играет по заданным правилам и умеет работать с аудиторией. Напротив, в отношении допущенных кандидатов время от времени казалось, что они соблюдают неписаные договоренности, поэтому ведут свои кампании вполсилы. И было скучно.

Исчезновение Владимира Путина с экранов в начале года (возможно, по причине плохого самочувствия) еще больше заставило усомниться, что целевые показатели 70/70 будут выполнены. Оказалось, что вести успешную избирательную кампанию при полном отсутствии главного кандидата невозможно, даже если этот кандидат — Владимир Путин. Именно в это время рейтинг одобрения президента снизился на несколько процентов (с 80% в январе до 76% в феврале), но после возвращения президента на телеэкраны его рейтинг восстановился. Опросы также показывали, что интерес к выборам, который до этого рос на протяжении трех месяцев, также снизился на время отсутствия Путина в медиапространстве. Так, число упоминаний разного рода событий предвыборной кампании среди наиболее запомнившихся событий последних недель росло с 4% в октябре 2017 года до 15% в январе 2018 года, однако в феврале этот рост остановился и количество упоминаний даже несколько снизилось — до 13–14%. Снова вырос интерес к выборам к началу марта — вслед за возвращением Путина на телеэкраны: соответствующий показатель достиг 18%. Вместе с вниманием к выборам должно было расти намерение прийти и проголосовать.

Долг важнее ракет

Некоторые эксперты и политики объясняют итоговую высокую явку и высокий процент голосов, поданных за Владимира Путина, необходимостью сплотиться вокруг национального лидера в момент «беспрецедентного давления» на нашу страну извне. Об этом же вроде бы говорило послание президента Федеральному собранию. Но вряд ли здесь стоит говорить о серьезной мобилизации против внешнего врага. Само выступление Владимира Путина, которое большинство населения если и смотрело, то в нарезке, в целом было воспринято электоратом довольно спокойно: оратор слишком мало говорил о пенсиях, слишком много — о ракетах, но в целом все сказал правильно. Гораздо важнее был сам факт возвращения Путина на телеэкраны ближе к дате голосования — в новостях, интервью, выступлениях, фильмах.

Скорее всего, основную роль в повышении явки сыграла массированная информационная кампания ЦИК. Чем ближе к выборам, тем больше напоминаний о необходимости прийти и проголосовать сыпалось на избирателей через сообщения СМИ, СМС от ЦИК, письма по электронной почте, листовки в почтовых ящиках, плакаты на улицах и агитацию волонтеров в общественных местах, разговоры с руководством на работе. У некоторых оппозиционно настроенных граждан все это должно было вызывать отторжение и гнев: они могли усмотреть в этом избыточное вмешательство в личную жизнь и скрытую агитацию за главного кандидата. То, что в этом не было нарушения закона, должно было злить еще больше. Но у большинства населения такие напоминания вряд ли вызывали сильные отрицательные эмоции. Им просто напомнили об их гражданском долге, а именно этот мотив участия в выборах является определяющим для почти половины населения страны.

Апелляция к гражданскому долгу оказалась успешной еще и потому, что общий фон общественных настроений в этот раз был гораздо более благоприятным для власти по сравнению с выборами 2012 года. Сегодня в обществе нет того напряжения и недовольства, которое было шесть лет назад и выражением которого тогда стали массовые общероссийские протесты. И если тогда возвращения Путина на пост президента во что бы то ни стало хотела лишь пятая часть населения (а большинство было не против увидеть на этом посту нового человека), то после присоединения Крыма это соотношение перевернулось. Сегодня сторонников Путина в российском обществе больше, чем на прошлых выборах, и им только нужно было напомнить, что их ждут на избирательных участках. Им хорошенько напомнили — они пришли. Целевые показатели по явке почти удалось выполнить.

Призрачная легитимность

Однако не до конца очевидно, какая практическая польза была в титанических усилиях и высоких бюджетных расходах на обеспечение высокой явки. Огромный разрыв между первым и вторым кандидатами, который практически не сократился за время агитационной кампании, указывал на то, что второго тура на этих выборах быть не может, а значит, легкое переизбрание действующему президенту было гарантировано. Зачем же так стараться и тратиться? Нам могут ответить, что высокая явка означает высокую легитимность Путина на следующий срок. Но вряд ли кто-то, кроме экспертов, придает серьезное значение уровню явки. Большинство населения точно этого не делает. Гораздо важнее то, что люди думают о власти здесь и сейчас.

Ни явка, ни процент, показанные сейчас, не создают дополнительного запаса прочности на будущее. Сегодня Владимир Путин пользуется поддержкой большинства, но это мнение может меняться. Если эта поддержка будет падать, ссылки на «беспрецедентное количество проголосовавших» за кандидата и высокую явку в один из мартовских дней 2018 года не помогут. Об этом просто никто не вспомнит.

Об авторе
Денис Волков Денис Волков социолог Левада-центра
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.