Лента новостей
Медведев утвердил новую ТОР в Ивановской области 14:59, Бизнес Лавров заявил о применении «своеобразных пыток» к Бутиной в США 14:57, Политика Возможность острова: как устроен курс выживания на Мальдивах 14:46, Стиль Михалков, Путин и Загитова: кого россияне считают людьми года 14:42, Фотогалерея  Что мешает прорывному развитию «Интернета вещей» в России 14:40, PRO Кремль объяснил необходимость переговоров Путина и Трампа 14:40, Политика Точный прогноз на Ethereum, на XRP — нет: как работают сигналы экспертов 14:38, Крипто Как стереотипы руководителей угрожают промышленной безопасности 14:35, РБК и «Лаборатория Касперского» Церемония вручения Премии РБК 2018. Как это было 14:34, Бизнес  Социологи определили главное событие и человека 2018 года 14:33, Общество Правозащитники заявили о взыскании с МВД 30 тыс. руб. за пытки в полиции 14:23, Общество Зачем художник Олафур Элиассон установил в Лондоне многотонные глыбы льда 14:21, Стиль Дэвид Шварц из Ripple назвал условие для массового внедрения криптовалют 14:15, Крипто Бизнес-сериал: как сплотить команду за два дня 14:13, РБК и Volkswagen МВД решило закупить 800 автозаков на 2,4 млрд руб. 14:13, Общество В США предъявили обвинения бывшему замглавы «Военторга» 14:08, Политика Рубль отыграл часть потерь на фоне решения ЦБ о повышении ставки 14:00, Финансы «Яндекс» объяснил ошибку с появлением даты смерти Порошенко в поиске 13:54, Политика ЦБ повысил ключевую ставку: что будет с ипотекой в 2019 году 13:54, Недвижимость ФСБ задержала вице-премьера Чувашии по делу о злоупотреблении полномочиям 13:48, Общество Куда пойдет цена бензина: экономический тест для бизнесменов 13:41, РБК и Thomson Reuters Cisco назвала дату исчезновения в России кнопочных сотовых телефонов 13:38, Технологии и медиа В Кремле отреагировали на слова Леонтьева о главе Хакасии 13:35, Политика Как повышение ключевой ставки скажется на рубле 13:34, Quote ЦБ вернется к закупке валюты на открытом рынке в январе 13:31, Финансы Полба — новый суперфуд: как менялась мода на продукты в России 13:31, PRO Навык хвалить: почему важно поощрять себя за победы и достижения 13:30, РБК, Jardin и Greenfield ЦБ повысил ключевую ставку второй раз за год 13:30, Финансы
Атлантические скрепы: на сколько НАТО переживет Дональда Трампа
Политика, 12 июл, 16:59
0
Сергей Уткин Атлантические скрепы: на сколько НАТО переживет Дональда Трампа
Декларация саммита Североатлантического альянса в Брюсселе в большей степени определит политику Запада в отношении России, чем возможные импровизации Дональда Трампа на встрече с Владимиром Путиным в Хельсинки

«НАТО уникально. Никогда в истории не было ничего, подобного НАТО. И если мы его разрушим, то уже никогда не сможем воссоздать» — таким мнением на полях саммита НАТО в Брюсселе поделился уходящий на пенсию ветеран альянса Джеми Шеа, запомнившийся многим как пресс-секретарь блока, представлявший его во время операции в Югославии в 1999 году.

Уникальность НАТО означает, что мир за пределами западного блока справляется с обеспечением своей безопасности без такого механизма, и для Европы Трансатлантический союз — относительно удобная, но не единственно возможная гарантия спокойной жизни. Однако, чтобы попробовать какую-то другую архитектуру региональной безопасности, требуется либо фантастическая политическая смелость, либо экстремальные обстоятельства, которых большинство надеется избежать. В отсутствие этих предпосылок верх берет институциональная инерция. Накопления критической массы скептиков, которая развалила бы НАТО, в обозримом будущем ожидать не приходится. Необычный американский президент через несколько лет станет историей, а логика военно-политического союза Европы и Северной Америки сохранится и может стать, как уже случалось, не противоядием от конфликтов, а одной из предпосылок новых международных противоречий.

«Троллинг» союзников

Дональд Трамп видит в НАТО, который на протяжении длительного времени позиционировался как «сообщество ценностей», только очень несовершенный механизм распределения бремени оборонных расходов, который вынуждает Соединенные Штаты платить за других. Сам по себе вопрос об увеличении вклада европейских членов альянса в общее дело совершенно не нов, но настойчивость Трампа, организовавшего настоящий «троллинг» Германии за ее скупость, вывела обсуждение на новый уровень. Европейские союзники убеждают американского президента, что постепенное повышение расходов уже согласовано, он же настаивает на «немедленном» росте, который даже технически было бы сложно обеспечить и сделать осмысленным.

Реальные возможности Трампа в сфере внешней политики и безопасности существенным образом ограничены позицией конгресса, да и подавляющего большинства американской политической элиты. Резкие президентские высказывания не вызывают у них энтузиазма и даже побуждают к тайному или явному саботажу. Увлеченность Трампа стычками с внутриполитическими оппонентами, отсутствие у него навыка и желания детально разбираться в сложных темах, к которым относится деятельность международных организаций, помогают организовывать этот саботаж.

Во взаимодействии с европейскими союзниками, также убежденными, что Трамп не прав, американский внешнеполитический аппарат вполне успешно минимизирует его реальное воздействие на настоящее и будущее НАТО. Вполне достаточно умело подчеркнуть в итоговых документах саммита твердое намерение наращивать оборонные расходы и бороться с терроризмом, а затем вовремя обратить внимание президента на то, что его приоритеты получили должное отражение. При этом готовность больше тратить на оборону появилась в Европе задолго до Трампа, в контексте украинского кризиса, то есть начиная с 2014 года. В некоторых странах позиция американского лидера становится аргументом в руках противников роста оборонных расходов, которые начинают выступать как борцы с внешним давлением.

Сдерживание и мобильность

Словом-паразитом, проникающим во все западные документы, посвященные вопросам безопасности, остается resilience, что в этом контексте можно перевести как стойкость или стрессоустойчивость. Сейчас его обгоняет по частоте использования только хорошо известный со времен холодной войны термин deterrence (сдерживание), применяемый исключительно в отношении России. Сдерживание понимается как программа действий, призванная убедить Москву в том, что агрессия против НАТО — плохая идея. Аргумент об отсутствии у России подобных намерений отвергается с отсылкой к российской политике в ходе грузинского, украинского и сирийского кризисов. Более того, поскольку военным свойственно смотреть не столько на намерения, сколько на потенциалы, корректировки российской политики или просто длительное отсутствие новых конфликтов с российским участием не изменят центрального характера темы сдерживания России для НАТО.

Брюссельский саммит подтверждает сложившийся тренд. Необходимое взаимодействие с Россией видится главным образом как технические контакты, призванные предотвратить военные инциденты. Более продвинутое сотрудничество блокируется до тех пор, пока Россия не изменит своей политики, в первую очередь в зонах замороженных и тлеющих конфликтов на постсоветском пространстве. Не слишком ожидая подобных изменений, НАТО собирается наращивать военную мобильность — способность быстро перебрасывать войска на «восточный фронт», в случае если он появится.

Некоторой гарантией от чрезмерной активности блока вблизи российских границ остается принятый в мае 1997 года Основополагающий акт Россия — НАТО, в котором альянс обязался «в нынешних и обозримых условиях безопасности» воздержаться от «дополнительного постоянного размещения существенных боевых сил». Пока действия НАТО в странах Балтии и Польше можно считать не выходящими за эти рамки, а ряд стран, в частности Германия, выступает за сохранение действия Основополагающего акта и в будущем. В декларацию саммита тем не менее включено положение, по крайней мере частично отражающее позицию Польши, согласно которой Россия своей политикой уже нарушила акт 1997 года, изменив те самые «условия безопасности», при сохранении которых действовали обязательства НАТО.

На протяжении десятилетий раздражителем в отношениях России и НАТО остается вопрос о расширении альянса. Брюссель настаивает на проведении политики «открытых дверей», предполагающей возможность для любой европейской страны вступить в блок при соблюдении определенных условий. В контексте отношений с Россией это фактически означает, что в идеальном мире идеологов атлантизма вся западная и южная граница России от Мурманска до Дербента однажды стала бы границей альянса и потребовала бы удвоенных усилий по дальнейшему сдерживанию. При этом гипотетическое согласие России на уступки в зонах постсоветских конфликтов только приблизило бы такой сценарий. Связка упорного расширения с наращиванием сдерживания фактически стимулирует российское руководство сохранять сложившуюся внешнеполитическую линию.

Саммит в тени саммита

Сейчас западное политическое сообщество сотрясают слухи об уступках, которые Трамп сделает России во время саммита в Хельсинки — то ли вследствие твердого намерения разрушить западный консенсус, то ли по невежеству, поддавшись на уговоры опытного российского коллеги. Декларация саммита НАТО, а также параллельные действия американского конгресса, всеми силами подтверждающего и укрепляющего антироссийскую политику, были призваны подчеркнуть, что ни о каких уступках не может быть и речи.

На встрече с президентом Путиным Трамп, может, и не вспомнит о саммите альянса, но практическую политику Запада в среднесрочной перспективе определят скорее документы НАТО, а не импровизации эксцентричного президента США. В этом смысле важно, что при общем антироссийском уклоне декларация саммита включает темы, которые могли бы стать предметом российско-американского консенсуса. Это в первую очередь поддержание стратегической стабильности, то есть меры, направленные на предотвращение ядерного конфликта. Альянс поддержал сохранение основополагающих договоров в этой сфере и необходимость укрепления режима нераспространения. И в этой области в адрес России звучат упреки, но при желании обеих сторон существующие противоречия можно урегулировать. Важной остается тема предотвращения военных инцидентов. Взаимодействие России и Запада неоднократно оказывалось полезным в борьбе с терроризмом.

Ситуация, в которой стороны работают на сдерживание друг друга, но при этом сотрудничают в отдельных областях и даже приезжают друг к другу на футбол, не выглядит как оптимальная архитектура региональной безопасности. Но в политике двоемыслие не новость и вряд ли скоро исчезнет. НАТО и России не уйти от сосуществования.
Об авторах
Сергей Уткин заведующий сектором стратегических оценок ИМЭМО РАН
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.