Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
СК завел дело из-за гибели ребенка после нападения стаи собак Общество, 14:41 Что такое VPN и для чего он нужен Индустрия 4.0, 14:40 Подозреваемый во взрыве на ядерном объекте в Натанзе сбежал из страны Политика, 14:14 Курц назвал «большой честью» проведение саммита Путина и Байдена в Вене Политика, 14:13 Как финансируются некоммерческие организации РБК и Фонд Потанина, 13:54 В Туве полицейский ранил девушку во время преследования автомобиля Общество, 13:44 Люди будущего: какие они — дети поколения Z и Альфа Футурология, 13:24 Канада приостановила военную миссию на Украине из-за вспышки коронавируса Политика, 13:23 Революция черного: о физике, искусстве и парадоксах жизни РБК и ASUS, 13:05 Обманул тысячи людей на $65 млрд и сел в тюрьму: история Бернарда Мэдоффа Инвестиции, 13:00 Альфа-банк отказался считать Моргенштерна своим сотрудником Общество, 12:57 Россия впервые в истории выиграла командный ЧМ по фигурному катанию Спорт, 12:45 Число жертв COVID-19 в мире превысило 3 млн человек Общество, 12:40 Чем заняться дома: превратности любви, шоу Долина и концерты из Европы Стиль, 12:32
Мнение ,  
0 
Ричард Хаас

Почему договоренности по Ирану могут не сработать

Договоренности по иранской ядерной программе оказались более масштабными, чем многие ожидали. Но есть как минимум пять обстоятельств, которые могут лишить финальное соглашение смысла или попросту сорвать его

Год на подготовку

«Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь» — если в фарси еще нет такой пословицы, то я думаю, скоро появится.

Почему? Все дело, конечно, в «Основных параметрах всеобъемлющего соглашения по ядерной программе Исламской Республики Иран» — документе, недавно согласованном Ираном и странами «шестерки» (пять постоянных членов Совета безопасности ООН — Китай, Британия, Франция, Россия и США, а также Германия). Соглашение стало важной политической и дипломатической вехой, и оно намного детальнее и масштабнее, чем многие ожидали.

Но при всем этом текст оставляет без ответа не меньше вопросов, чем разрешает. В действительности, как покажут следующие недели, месяцы и годы, ряд крупных вопросов еще предстоит урегулировать. Правильнее будет сказать, что реальная дискуссия по иранским ядерным соглашениям еще только начинается.

Договоренности накладывают значительные ограничения на ядерную программу Ирана, в том числе на число и типы центрифуг, на виды реакторов, на объемы и качество обогащенного урана, который может находиться в стране. Заданы стандарты инспекций, позволяющих убедиться, что Иран выполняет свои обязательства. И оговаривается смягчение экономических санкций после момента, когда Иран достоверно выполнит свои обязательства.

Главное — соглашение обеспечит возможность заранее понять, что Иран решил создавать ядерное оружие (примерно за год до момента, когда эта цель может быть достигнута). В этой оценке мы исходим из того, что мониторинг, к которому призывают договоренности, позволит достаточно рано обнаружить нарушения со стороны Ирана и организовать скоординированный международный ответ, в частности, вновь ввести санкции до того, как Иран получит ядерное оружие.

Зона неопределенности

Но есть как минимум пять причин усомниться в том, что договоренности вступят в силу или окажут желаемый эффект. Первая касается следующих трех месяцев. Пока что объявлено о промежуточных рамочных договоренностях; формальное всеобъемлющее соглашение должно быть достигнуто к концу июня. Но в промежутке настроения легко могут поменяться: те, кто добивался промежуточных договоренностей, вернутся на родину и столкнутся с критикой своих правительств и общественности по поводу условий соглашения. Уже сейчас возникли серьезные различия в том, как представители США и Ирана описывают результаты договоренностей.

Второй повод для беспокойства — конкретные вопросы, которые еще предстоит разрешить. Самым сложным может оказаться момент снятия многочисленных экономических санкций — вопрос важнейший для Ирана. Ведь при этом санкции — главный инструмент контроля за действиями Ирана, а значит, многие политики в США и Европе захотят, чтобы они оставались в силе, пока Иран полностью не выполнит свои ключевые обязательства.

Третий повод для сомнений — одобрят ли разные стороны какой бы то ни было долгосрочный пакт. Неопределенность прежде всего связана с Ираном и США. Консерваторы в Иране, несомненно, будут возражать против соглашения с «Большим Сатаной», которое ограничивает ядерные амбиции их страны. В то же время среди иранцев широко распространено желание избавиться от экономических санкций, и Иран одобрит соглашение, если к нему отнесется благосклонно Высший руководитель аятолла Али Хаменеи, а похоже, так и есть.

В США неопределенности больше. Президенту Бараку Обаме приходится иметь дело с гораздо более сложной политической средой, начать хотя бы с конгресса. Сохранение за Ираном любого ядерного потенциала вызывает распространенное и понятное беспокойство, как и адекватность условий мониторинга и инспекций, как и то, что произойдет через 10, 15 или 25 лет, когда срок действия ограничений закончится. Нет никаких гарантий, что удастся убедить конгресс одобрить финальное соглашение или снять санкции.

Вопрос о политическом одобрении тесно связан с четвертым поводом для беспокойства: как именно будет внедряться в жизнь соглашение. История контроля над вооружениями подсказывает, что возникнут случаи, когда Иран, который уже утаивал важную информацию от инспекторов ООН, заподозрят в несоблюдении буквы договоренностей, не говоря уже об их духе. Необходимо договориться о процедуре, по которой будет оцениваться поведение Ирана и обсуждаться ответная реакция.

Имперские амбиции Ирана

Пятая причина для волнений — не столько в самом соглашении, сколько во внешней и военной политике Ирана в целом. Договоренности касаются только ядерной деятельности Ирана. В них ничего не говорится об иранских ракетных программах, о поддержке террористов и гражданских войн, не говоря уже о действиях Ирана в Сирии, Ираке, Йемене и других странах беспокойного Ближнего Востока и о положении с правами человека внутри страны.

Иран претендует на то, чтобы стать имперской державой, господствующей в регионе. Даже подписанное и исполненное ядерное соглашение не изменит этого стремления и даже может ухудшить ситуацию: в результате репутация Ирана может укрепиться, а возможность создать ядерное оружие в долгосрочной перспективе сохранится.

Обама прав: даже такие договоренности лучше, чем получение Ираном ядерного оружия или чем война за предотвращение такого исхода. Но любое соглашение должно обеспечить достаточную уверенность в США и в регионе, что оно и вправду существенно ограничивает ядерную программу Ирана, что любые попытки обмана будут вовремя замечены и что с ними будут твердо разбираться. Это будет непросто, и не будет преувеличением сказать, что усилий для создания такой уверенности потребуется не меньше, чем для заключения самих договоренностей.

Copyright: Project Syndicate, 2015.
www.project-syndicate.org

Об авторах
Ричард Хаас Ричард Хаас, президент Совета по международным отношениям
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.