Право на рекламу: зачем на самом деле получают лицензии форекс-брокеры
Рынок форекс на фоне тех задач, которые решает Центробанк как мегарегулятор, выглядит микроскопическим. По объему привлеченных средств (приблизительно $500 млн в 2015 году) он весь сопоставим с относительно небольшим российским банком.
Но проблемы, которые этот рынок генерирует, болезненны с имиджевой точки зрения и подрывают веру в ЦБ как эффективного регулятора. Время от времени появляются истории о том, что очередной горе-инвестор купился на рекламу того или иного брокера, промотал все деньги, влез в долги.
По моему мнению, именно поэтому наш Центральный банк избрал стратегию максимального закручивания гаек. Главная цель подобного подхода — не допустить эксцессов и публичных скандалов, а развитие рынка форекс регулятора не интересует вовсе.
Федеральный закон № 460, который появился в конце 2014 года, чтобы изменить правила игры на этом рынке, сейчас начинает работать. Форекс-компании пытаются получить лицензии, следуя его требованиям. Но развитию бизнеса форекс-брокеров закон абсолютно не помогает, хотя его долгое время лоббировали сами форекс-брокеры.
Зачем он был им нужен? Рынок в таком виде, как он существовал, исчерпал себя. Клиентов с низкой финансовой грамотностью, покупающихся на рекламу в метро, стало совсем мало. Да и денег у них немного. А клиенты, у которых деньги есть, были в ужасе от того уровня риска, с которым им приходилось сталкиваться на этом нерегулируемом рынке.
Форекс-конторы надеялись, что пролоббируют закон, который создаст привлекательную российскую юрисдикцию и гарантии для клиентов, что позволит развивать бизнес в новом сегменте. Но Центробанк решил по-другому.
Чтобы понять логику регулятора, надо посмотреть, как работают другие рынки. На фондовом рынке клиент-новичок получает время, чтобы набраться опыта. Он осваивает простые инструменты, работает с небольшим уровнем заемных средств. В конце пути ему присваивают статус квалифицированного инвестора и тогда он получает доступ к полному набору услуг и большим объемам заемных средств.
А у форекс-дилеров все наоборот. Клиент с минимальной финансовой грамотностью сразу получает возможность принимать максимальные риски, работает с огромным кредитным плечом. Подавляющее число таких клиентов разоряется, оставляя деньги в кармане форекс-брокера. Если трейдер начинает зарабатывать, то брокер ограничивает кредитные плечи. Цетробанк предлагал форекс-брокерам ввести институт квалифицированных инвесторов, но те отказались: это «ломало их бизнес по привлечению клиентов с улицы».
В результате ЦБ закрутил гайки. Российская юрисдикция для операторов этого рынка абсолютно неконкурентоспособна. Это хорошо видно, если посмотреть на действия крупных банков. Сбербанк инвестировал в европейскую компанию eToro и занимается развитием собственного проекта, по сути форекс, не в российской юрисдикции. Единицы брокеров существуют в российской юрисдикции. Например, ВТБ.
Мне кажется, что ЦБ, выдавая лицензии брокерам, понимает, что все равно они в рамках российской юрисдикции вести бизнес не будут, это неудобно, не выгодно. Лицензия брокерам фактически нужна только для того, чтобы иметь возможность размещать рекламу. Без массированной рекламы бизнес-модель форекс-брокеров не работает, по крайней мере, на нынешнем этапе. Если брокер получает лицензию, значит, он может рекламировать свои услуги и развивать бизнес. И это самое главное. Тогда и только тогда он сможет привлечь новичков вместо потерявших деньги, разочарованных и покинувших рынок прежних клиентов.
Центробанк по сути выдает лицензию как знак одобрения, разрешение вести дела на российском рынке. Получил лицензию — значит, благонадежен, не получил — не сможешь рекламировать свои услуги и твой бизнес будет угасать.
Мне кажется, что регулятор неявно дает понять — он не хочет способствовать бизнесу форекс-контор, которые не связаны с серьезными финансовыми группами, и лояльно настроен к брокерам, которые связаны с банками. Это достаточно разумно — их проще контролировать, через банки и их владельцев. Это может привести к тому, что брокеры, принадлежащие банкам, будут наращивать свою долю на рынке — в принципе мы этот процесс уже наблюдаем.
