Лента новостей
СМИ опубликовали видео с места гибели режиссера Игоря Хомского Общество, 19:19 Патриарх Кирилл заявил о неправильном понимании пацифистами Библии Общество, 18:57 «Роскосмос» назвал местом пожара соседнюю с ЦНИИмашем территорию Общество, 18:47 В Киеве сообщили о снижении вдвое поставок дизельного топлива из России Экономика, 18:37 ЦСКА разгромил «Ахмат» в чемпионате России Спорт, 18:31 Как женщины на самом деле выбирают автомобили РБК и Subaru, 18:28 Три человека погибли в Альпах при падении легкомоторного самолета Общество, 18:22 Трамп пожалел о небольшом повышении пошлин на товары из КНР Политика, 18:19 В Барселоне эвакуировали пляж из-за найденного взрывного устройства Общество, 18:09 Трамп и Абэ договорились о параметрах торговой сделки между США и Японией Экономика, 18:04 Боксер Ярд избежал травмы после нокаута в бою с Ковалевым Спорт, 17:45 Компании из Китая купят большинство акций украинской «Мотор Сич» Бизнес, 17:42 В Королеве на территории завода ЦНИИмаш произошел пожар Общество, 17:28 Глава МИД Ирана прилетел в город проведения саммита G7 Политика, 17:26
Мнение ,  
0 
Олег Шибанов Ольга Щербакова Греция не Кипр: может ли Россия изменить судьбу Европы?
Выйдет или не выйдет Греция из еврозоны, не столь важно: Европе дешевле помогать Греции в любом случае. А вот России стоит ждать падения цен на нефть и слабеющего рубля

Давняя история

Греческая власть не верит данным опросов своих граждан, которые не желают выхода страны из еврозоны и готовы пострадать от сокращения госрасходов. При этом возможности перехода страны на собственную валюту не принимаются всерьез, а заявления правительства о референдуме в большей степени носят «политический» окрас. Ко всему прочему, настроения «подогреваются» введенным ограничением на выдачу денежных средств — не более €60 в день, что для многих жителей страны сопоставимо с ужином в ресторане.

Греческий кризис начался давно — по сути, еще со вступления в еврозону в 2001 году. Фактически страна, как подтвердилось позже, не снижала дефициты бюджета, а маскировала их. Данные действия напоминали Россию в 1997–1998 годах: невозможность увеличить доходы (плохой сбор налогов) привела к необходимости занимать на рынке под все более растущие проценты, а затем и к спекулятивной атаке на рубль. Большие дефициты бюджета — одна из стандартных причин кризисов стран «чуть менее развитых», чем крупнейшие экономики (по удельному показателю ВВП на душу населения).

Проблемы Греции усилились в 2009 году, когда, ко всем прежним грехам, вроде замалчивания дефицитов бюджета, было открыто, что государственная статистика Греции подделана с помощью инвестбанкиров из Голдман Сакс. Греческие органы государственной статистики Греции скрывали большой дефицит бюджета, чтобы страна могла вступить в еврозону, а в качестве инструмента подобных манипуляций использовались производные финансовые инструменты. Когда данная информация подтвердилась, игроки на финансовых и фондовых рынках серьезно задумались, чему вообще можно верить в отношении Греции? Недоверие спровоцировало резкий рост ставки процента по госдолгу.

Естественно, это привело к падению рейтинга гособлигаций Греции ниже инвестиционного уровня и к ухудшению доступа к займам. Если до 2009 года облигации Греции и Германии торговались почти одинаково, то после данного временного отрезка их стоимость сильно разошлась.

Куда ушли деньги?

Может возникнуть резонный вопрос: Грецию уже спасали в 2010 году при помощи «Тройки» — Европейского Центрального банка, Еврокомиссии и Мирового валютного фонда, — давали денег, где они?

Они — в банках крупных экономик еврозоны. Греческие банки накопили долгов банкам Германии, и «помощь» фактически ушла обратно в Европу. В результате удалось предотвратить кризис в банковских системах других экономик, но не в Греции.

Урезание стоимости долга Греции в 2011 крайне отрицательно отразилось на собственном капитале банков Кипра. Именно поэтому в 2012 году Россия помогала Кипру льготным кредитом, и именно поэтому у нас уже есть опыт работы с критически слабыми экономиками. Сможем ли мы помочь Греции? Ведь нужно всего лишь предоставить им временную ликвидность, а не выкупить весь долг. Около €30 млрд для решения данной задачи могло бы быть достаточно.

Помогать Греции было бы ошибкой

Последствия мирового финансового кризиса 2008–2009 годов отразились на Кипре, снизился спрос на финансовые услуги и туризм, в силу чего в 2009 году началась не очень глубокая (–4%) рецессия. Но в значительно большей степени на появление проблемы дефицита бюджета (до 2008 года Кипр имел профициты) повлиял приход к власти в 2008 году нового коммунистического правительства. Увеличение госрасходов и пенсий автоматически привело к дефицитам. В итоге при ВВП около €17 млрд уровень долга по отношению к ВВП составлял примерно 87% в начале 2012 года.

В 2011 году кипрское правительство обратилось к России за помощью в выплате долгов по облигациям в размере €1,2 млрд. На тот момент времени ЗВР России составляли более $500 млрд. И Кипру был представлен займ на льготных условиях в размере €2,5 млрд, что превышало 10% ВВП.

Хватило его ненадолго: дефициты бюджета сохранялись, и через год Кипр обратился к России за новым займом в размере около €5 млрд, который представлен не был. Тогда стране пришлось соглашаться на требования «Тройки» относительно изменения расходов и доходов бюджета ради получения финансирования.

В отличие от Кипра, Греция находится в более сложном положении: при ВВП около €178 млрд государственный долг составляет около 180% от ВВП — в сумме €321,7 млрд. При этом нынешний объем ЗВР России — около $365 млрд.

Была у России и другая попытка оказать помощь: евробонды Украины с купоном 5% были приобретены сразу на $3 млрд. С точки зрения мировых рынков, это казалось слишком маленькой компенсацией за большой риск, что и реализовалось через пару лет.

У нас теперь есть свой МВФ

Заменить «Тройку» в текущих условиях было бы весьма сложно даже с помощью нового аналога МВФ для стран БРИКС. Очевидно, что складывающаяся экономическая ситуация в России не способствует выделению значительных финансовых ресурсов. Тем не менее в качестве возможной альтернативной помощи выступает заключенное на днях между Россией и Грецией соглашение, которое в Греции назвали «инвестицией десятилетия», о строительстве греческого участка газопровода «Турецкий поток».

Использовать средства «Нового банка развития» (активы которого составляют около $100 млрд) Россия как член БРИКС может, но вероятность достаточно низка. Во-первых, прокредитуется заведомо неблагонадежный актив. Во-вторых, «Новый банк развития» будет принимать решения не только по желанию России, но и далеких от европейских проблем Китая, Индии, Бразилии и ЮАР.

Выйдет или не выйдет?

Если Россия все же решает не спасать дружественную Грецию, то два сценария — выход и невыход Греции из еврозоны, — отличаются вероятностно, но не очень отличаются результатами.

Наименее вероятен выход Греции из зоны евро. Сложность в том, что, во-первых, Греция активно продает туризм внешним посетителям, а те испытывают больший комфорт, расплачиваясь в небольшой европейской стране обычными способами — картой или стандартной валютой. С этой точки зрения выгод у Греции от отказа от евро не так много. Да, это может позволить проводить независимую монетарную политику. Но если не перестать тратить 44% ВВП на госрасходы, дефицит бюджета не сократить. Тут вопрос не в ставках процента, а в бюджетной дисциплине.

Во-вторых, «новый евро», который получится после выхода Греции из еврозоны, будет другой валютой, — и что произойдет с большим объемом имеющихся номинальных контрактов, понятно не до конца. Поэтому крупные страны еврозоны могут не желать испытывать юридическое мастерство приходящих к ним клиентов — дешевле помогать Греции.

При введении драхмы в Греции может очень сильно упасть ВВП (по оценкам, до 30%) из-за новых транзакционных издержек торговли и разрыва традиционных торговых связей. Да и занимать придется под огромные проценты.

Если же Греция останется в зоне евро, то дефолт не выглядит столь большой проблемой. Хотя киприоты, только что получившие рост экономики, будут огорчены.

В конце концов, невозможно бесконечно впрыскивать деньги в экономику, попавшую в спираль «снижение спроса — увеличение долга к ВВП — повышение ставок по новому долгу — снижение ликвидности и спроса». Да еще с учетом того, что Греция с самого начала не выполняла Маастрихтские соглашения относительно дефицита бюджета и ее вступление в зону евро оказалось фальстартом. Пусть Греция лучше примет условия «Тройки» и наконец вернется к стандартам еврозоны.

Россия будет затронута в любом случае — потому что и в случае списания долга, и в случае выхода Греции из зоны евро в еврозоне должно будет наблюдаться снижение спроса на товары, а значит, снижение цен на нефть, и значит, падение курса рубля. Одновременно кажется разумным предполагать, что евро должен ослабеть к доллару (что, по какой-то причине, не является консенсус-прогнозом коллег).

Надежда на Илона Маска

Греция прошла точку невозврата. Кроме «Тройки», у нее нет контрагента (или, может быть, Голдман Сакс поможет?), который захотел бы выручать страну с учетом ее прошлых «заслуг». Возможно, собственная валюта позволила бы пережить короткий и сильный экономический кризис, после чего страна вышла бы на положительные темпы роста ВВП, но с этим связано много как политических, так и экономических сложностей.

Остается надеяться, что существенную часть долга Греции купит Уоррен Баффет на пару с Илоном Маском. Это примерно такой же вероятный сценарий, как и тот, что греческое правительство, наконец, будет всерьез работать со структурными проблемами в экономике, снижать дефициты бюджета, при этом дерегулируя рынки в надежде увеличить ВВП. А России стоит ждать волатильного и, скорее всего, слабеющего рубля.

Об авторах
Олег Шибанов профессор финансов РЭШ, директор Центра финансовых инноваций и безналичной экономики «Сколково» Ольга Щербакова Руководитель школы финансов Корпоративного университета Сбербанка
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.