Создатель бренда: что означает для Uber уход Трэвиса Каланика
Есть компании, где мы очень хорошо знаем бренд, но не сильно знакомы с лидерами. Есть те, где лидеры стали синонимами самого бренда. Разница между ними как раз в том, насколько сильный бренд построен и может ли он существовать в том же виде при смене лидера. Трэвис Каланик — это синоним Uber.
Восстание инвесторов
«Я люблю Uber больше всего на свете, и в этот сложный момент в моей жизни я принял просьбу инвесторов уйти с поста, чтобы Uber вернулся к развитию, а не погряз в очередной грызне», — сказал Каланик The New York Times. Он ушел после нескольких месяцев, которые со стороны выглядели кошмаром для его детища и личной жизни. Все началось в феврале 2017-го, когда бывший инженер компании Сьюзан Флауэр обвинила одного из менеджеров Uber в домогательствах, что послужило поводом для множества аналогичных обвинений и стало основанием для серьезного внутреннего расследования. Ко всему прочему Uber получила иск от компании-разработчика беспилотников Waymo. Следом — претензии Минюста США из-за использования программы Greyball, которая помогает компании обходить закон и работать на рынках, где ее деятельность запрещена. А личной трагедией Каланика стала автокатастрофа, в которой погибла его мать и серьезно пострадал отец.
Официальная позиция компании по поводу ухода Каланика: топ-менеджер взял паузу, чтобы прийти в себя после этих событий и «дать компании возможность начать новую главу в своем развитии». Но некоторые источники в компании говорят, что это было самое настоящее восстание инвесторов, которое возглавил один из крупнейших акционеров Uber — венчурный фонд Benchmark. В письме с заголовком Moving Uber Forward, которое Каланик получил во время рабочей поездки в Чикаго, инвесторы потребовали от него немедленной отставки.
Агрессия и неуступчивость
Идею «уберизации» придумал не Каланик, и он даже не первый CEO в истории компании, но нет сомнений, что именно во главе с ним Uber прошла путь от идеи до компании стоимостью $70 млрд. Чтобы построить один из самых дорогих технологических стартапов мира, Каланику и его команде приходилось ввязываться в битвы со всеми, кто стоял на пути — с конкурентами, городскими властями, а иногда и с правительствами стран, которые пытались заблокировать бизнес агрегатора. В России, например, Uber долго пыталась найти свою нишу, пробуя работать сначала исключительно с частными водителями, потом только с такси из Московской области, и только затем влилась в борьбу за официальный рынок такси.
«Эго» — именно это слово повторяют люди, встречавшиеся с Калаником. Его агрессия, неуступчивость и преданность идее помогли создать Uber. Но одновременно складывалось четкое ощущение, что эти же факторы могут компанию и уничтожить. Желание навязывать на любом рынке свои правила игры и полное игнорирование существующих в конце концов создали неприемлемые для бизнеса риски. Многие связывали почти все неприятности Uber c личностью Каланика, предполагая по принципу «рыба такая, какая у нее голова», что единственное решение проблемы — это его уход.
Уже не раз доказывал свою верность подход — создавать бизнес, который будет работать вне зависимости от того, кто им сейчас руководит и какие у него жизненные принципы. Но уход Каланика, безусловно, скажется на всей большой команде Uber. Некоторые уйдут, потому что они приходили работать именно в «Uber Каланика», многие передумают устраиваться туда на работу. И абсолютно точно, что сейчас в компании начнется переходный период. Все затаятся в ожидании того, что будет происходить дальше и придется ли менять уже привычный агрессивный стиль работы. Безусловно, придет новый СЕО, и компания будет заново учиться, принимая подход своего лидера. Как показывает практика, такая перестройка может произойти достаточно быстро. Хотя успех во многом будет зависеть от того, кто займет главный пост в компании и как сильно его видение будет отличаться от видения Каланика.
