Лента новостей
С видом на Москву-реку: жилой комплекс с приватными двориками 27 мая, 12:11, РБК и Primavera Хакеры, взломы и DDos: критические моменты для бизнеса 27 мая, 11:46, РБК и МегаФон Не смотря по сторонам: самый высокий риск использования смартфона 27 мая, 11:21, Партнерский проект Счет на секунды: как помочь человеку, если остановилось сердце 27 мая, 10:59, Партнерский проект 15 млрд устройств: почему интернет вещей сложно увидеть 27 мая, 10:33, РБК и МегаФон Как бороться с невнимательностью за рулем 27 мая, 10:09, Партнерский проект Зачем устанавливать контакт со своим телом и что это вообще значит 27 мая, 09:43, РБК и ГАЛС Без права на зарплату: на что живут россияне, ухаживающие за инвалидами 27 мая, 09:18, Партнерский проект Целевые взломы: как защитить свои онлайн-ресурсы. Советы экспертов 27 мая, 08:58, РБК и МегаФон Иран будет поставлять России турбины и запчасти в обмен на сталь 27 мая, 08:35, Экономика Угроза жизни за 500 руб.: как эффективно бороться с нарушениями ПДД 27 мая, 08:33, Партнерский проект Шайба Свечникова помогла «Каролине» в третий раз победить клуб Панарина 27 мая, 08:31, Спорт Российские грузовые авиакомпании получили рекордную прибыль 27 мая, 08:30, Бизнес Пророссийские власти Запорожья предложили передать Москве базы ВСУ 27 мая, 08:16, Политика Нейрокепка и искусственный интеллект: как сконцентрироваться на дороге 27 мая, 08:11, Партнерский проект Суд признал систему «Правосудие» несовместимой с российским софтом 27 мая, 08:00, Технологии и медиа Больше 80% российских учителей заявили о выгорании в конце учебного года 27 мая, 08:00, Общество Военная операция на Украине. Онлайн 27 мая, 07:47, Политика Глава ДНР Пушилин заявил о планах приехать на ПМЭФ 27 мая, 07:46, Экономика Обломки разрушенного при обстреле самолета «Мрия» увезли на утилизацию 27 мая, 07:30, Политика Воробьев рассказал о «точечной» замене ингредиентов блюд «Макдоналдса» 27 мая, 07:10, Бизнес Белгородский губернатор сообщил о гибели женщины после обстрела села 27 мая, 07:03, Политика Андрей Воробьев — РБК: «Я не верю, что дойдет до национализации» 27 мая, 07:00, Интервью Bloomberg узнал о планах США и Тайваня расширить экономические связи 27 мая, 06:30, Экономика У России появился способ избежать дефолта и без лицензии США 27 мая, 06:00, Экономика Кабмин выделит почти 1 млрд руб. на закупку госсимволов в школы 27 мая, 05:55, Общество Corriere della Sera узнала о предложении Джонсона создать альтернативу ЕС 27 мая, 05:13, Политика AP сообщило о возможности российских бизнесменов «откупиться» от санкций 27 мая, 04:48, Политика
Газета
Как Россия и США оказались у опасной черты в Сирии
Газета № 027 (2751) (1402) Политика,
0
Максим Сучков

Как Россия и США оказались у опасной черты в Сирии

Бой в сирийском Дейр-эз-Зоре сдвинул «болевой порог» столкновения России и США еще на один пункт вниз. При этом и Москва, и Вашингтон по-прежнему стремятся уклониться от такого столкновения

В ходе телефонных переговоров 12 февраля президенты России и США официально обсуждали палестино-израильское урегулирование и «денуклеаризацию Северной Кореи». Сирия среди тем не заявлялась, однако именно она сейчас стала, пожалуй, самым острым вопросом двусторонних отношений. Особенно после 7 февраля, когда возглавляемая США коалиция нанесла удары по позициям проасадовских сил в провинции Дейр-эз-Зор. По некоторым данным, среди погибших были российские граждане.

Новые фронты

События в Дейр-эз-Зоре стоит оценивать в контексте развития сирийского конфликта в первые недели февраля, когда противостояние региональных и глобальных держав в Сирии пополнилось новыми сюжетами.

Турецкая операция в Африне против курдских «Отрядов народной самообороны» (YPG), изначально заявляемая как скоротечная, предсказуемо превратилась в затяжную, что вынуждает Анкару наращивать дополнительные военные мощности и все больше портить отношения с США, которые стараются играть роль покровителя курдов.

Другой значимый игрок — Израиль — в ответ на вторжение в свое воздушное пространство предположительно иранского беспилотника нанес серию ударов по военным объектам на территории Сирии, принадлежащих, по данным израильских спецслужб, Ирану. Массовый залп сирийских ПВО сбил один израильский истребитель F16 — впервые с начала 1970-х годов, — после чего израильские ВВС атаковали сирийскую территорию повторно.

Прямое столкновение

Наконец, 7 февраля, по версии Пентагона, «около 500 сторонников Асада при поддержке артиллерии, танков и минометов атаковали в Дейр-эз-Зоре штаб «Сирийских демократических сил» (СДС)» — курдско-арабского альянса, который поддерживает США. По версии сирийской стороны, которую поддерживает и российское Минобороны, лояльные Асаду силы проводили в тот день в этом районе мероприятия по ликвидации «спящей» ячейки ИГ (запрещенная в России террористическая организация). Еще одна версия заключается в том, что проправительственные силы пытались овладеть нефтеперерабатывающим заводом на территории, подконтрольной союзникам США из СДС.

Интересно, что детальное описание случившегося появилось 11 февраля в Telegram-канале элитного проправительственного спецподразделения «Охотники за ИГИЛ» (ISIS Hunters). Это подразделение, как уверяет проасадовское сирийское издание, «создавалось, финансировалось и подготавливалось» при участии российских военных для борьбы с ИГ. О возможном присутствии россиян в атакованной американцами группе проасадовских сил осторожно заговорили и российские и американские эксперты и журналисты. Расследование группы Conflict Intelligence Team указывает на присутствие среди погибших как минимум четырех бойцов ЧВК Вагнера.

Американские военные уверяют, что США предварительно уведомили Россию «о своих озабоченностях из-за передвижения сирийских войск в этом районе» по действующему каналу коммуникации между российской авиабазой в Хмеймиме и Центром объединенной зоны воздушных операций США в катарском аль-Удейде. В Москве же настаивают на том, что соответствующее сообщение от американской стороны поступило уже после ударов коалиции, но признают, что проасадовская группа «не согласовала свои действия с [российским] командованием оперативной группы». Именно фактор «неподконтрольности некоторых элементов в проправительственной группе российскому командованию», а не сбои в работе горячей линии видится американской стороне причиной случившегося.

Дефицит достоверной информации порождает большое количество самых смелых версий. Однако это именно та ситуация, когда «те, кто знают — молчат, а те, кто говорят — не знают». Сложно сказать, что в итоге послужило «спусковым механизмом» самого инцидента, стороны предпочитают не выносить на публичное обсуждение его детали. Но любая попытка разобраться невозможна без понимания текущих противоречий между США и Россией.

Конфликт целей

Сейчас перед Соединенными Штатами стоят как минимум три крупных задачи: обосновать и закрепить свое военное присутствие в Сирии; предотвратить распространение влияния Ирана в регионе; обеспечить невозможность «полной победы» Асада и максимально сократить источники доходов, гарантирующие его жизнеспособность и выживаемость.

Достижение этих целей позволит США сохранять решающее влияние как на мирных переговорах, так и в послевоенном устройстве Сирии, и создаст благоприятные условия для сдерживания Ирана. Ни одна из этих целей не направлена против России напрямую, но будет почти наверняка входить в конфликт с теми региональными интересами и задачами в Сирии, которые ставит перед собой Москва.

Администрация Трампа проводит «двухполосную политическую линию»: с одной стороны, она не перестает говорить о тождестве интересов двух стран в стабилизации Сирии и одинаковом понимании природы стоящих перед Москвой и Вашингтоном вызовов безопасности, с другой — прощупывает возможности для реализации собственного курса по заявленным направлениям. Действительно, военное присутствие США в Сирии не обладает международной и даже внутренней легитимностью — многие конгрессмены считают, что Трампу для операции таких масштабов следовало заручиться санкцией законодателей, которой сейчас нет. Но количество международных рисков по этому вопросу для США минимально, а «изгнать силой» американский контингент напрямую вряд ли кто-то осмелится.

Стратегия сдерживания Ирана — проект долгосрочный, и действующая администрация будет им заниматься не один год. Однако и здесь Вашингтон не оставляет надежды донести до Москвы — в том числе через региональных союзников — две идеи. Первая — иранское влияние в регионе «токсично» для региональной безопасности, за укрепление которой выступает Москва. Вторая — усиление Ирана даже в среднесрочной перспективе несет угрозу собственно российским интересам на Ближнем Востоке. Пока эта дискуссия идет в основном в формате экспертных диспутов.

Самый же горячий вопрос — установление контроля над критической инфраструктурой, от которой зависит сирийская экономика — напрямую или через союзные курдско-арабские формирования СДС. Именно здесь есть реальный потенциал военного конфликта, вспомним, что одной из версий причин столкновения в Дейр-эз-Зоре была борьба за контроль над НПЗ.

Болевой порог

Инцидент 7 февраля — случай частный, но показательный. Американские военные, по всей видимости, были убеждены, что обозначают свою «красную линию» без каких-либо серьезных для себя военных или политических последствий, поскольку «это не затрагивает Россию напрямую». Таких последствий по понятным причинам и не будет. Однако произошедшее сдвинуло «болевой порог» столкновения великих держав еще на один пункт вниз. И Москва, и Вашингтон хотели бы уклониться от такого столкновения. Возможно, именно поэтому подобные инциденты довольно быстро выносятся в публичную сферу — как ни парадоксально это звучит — с тем, чтобы по возможности исключить повторение подобных инцидентов и снизить для себя уровень опасности «непубличной активности» оппонента впредь. И, возможно, именно поэтому участились «опасные маневры» российских самолетов вблизи американских, как и обоюдная обвинительная риторика о том, что «стороны мешают друг другу в борьбе с ИГИЛ».

Действенных рычагов влияния друг на друга у России и США не так много — стороны и так подошли к опасной черте, за которой только «самые крайние меры». Сейчас, когда ИГ разгромлена на земле, обнажаются разобщенность интересов крупных держав. И Россия, и Соединенные Штаты стоят сегодня перед выбором: продолжать инвестировать успех своих стратегий и закручивать спираль эскалации до «летальной черты» или начать искать совместные решения. При этом одних российско-американских договоренностей недостаточно — другим вовлеченным странам нужно сделать свою часть работы. Однако отсутствие движения в отношениях Москвы и Вашингтона совершенно точно не позволит прекратить войну.

Об авторах
Максим Сучков старший научный сотрудник МГИМО
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.