«Процесс адаптации всегда болезненный»

«При Украине моторынок в Крыму был абсолютно дикий»

Владимир Безруков, совладелец «Клэйсон Моторс»

— Вся моя жизнь связана с мотоциклами. Папа — мотоциклист, ему 79, и до сих пор он ездит по Москве. Я впервые сел на мотоцикл в 12 лет, права получил в 16. Объехал на мотоцикле полмира — был в Южной Америке, Австралии, исколесил всю Европу. Мой первый бизнес — английский лицензионный журнал про мотоциклы.

В 2015 году вместе с партнерами Сергеем Шевченко и Ильдаром Садыковым мы решили организовать прокатный бизнес в Крыму. Там очень длинный сезон, первые клиенты приезжают весной — уже в марте дороги сухие, все начинает цвести. Для внедорожных мотоциклов сезон в Крыму вообще не закрывается. К тому же половина моих корней из Крыма: прадед-краснодеревщик строил Ливадийский дворец, у меня тут много родных.

При Украине моторынок в Крыму был абсолютно дикий: привозили ворованные мотоциклы, на учет, естественно, не ставили и катались на них годами. Сейчас эта вольница закончилась.

Помещение под прокат и сервис мы выбрали в поселке Строгановка, что на объездной дороге Симферополя. Поначалу не тратились на рекламу — хотели отладить все процессы, чтобы не выглядеть некомпетентными перед клиентами. Сделали полноценную сервисную зону, подготовили прокат экипировки и мотоциклов, а также магазин — в расчете на спрос не только на прокат, но и на продажу мотоциклов. Запуск обошелся нам в 13 млн руб.

Полноценно мы начали работать только с весны 2016 года. С привлечением первых клиентов были сложности. Большинство не знали, что в Крыму существует сервис проката мотоциклов класса люкс. Нашим основным ресурсом по продвижению был сайт, социальные сети и местные медиа, но требовалось сделать что-то большее.

Тогда я и принял решение переехать из Москвы в Крым. Мы стали оказывать помощь местным спортивным организациям в проведении мотогонок. Стали единственными в России, кто организует тест-драйв мотоциклов текущего года выпуска. И пошли первые серьезные клиенты.

Прокат мотоциклов стоит от 2,5 тыс. руб. (Husqvarna 511) до 11 тыс. руб. (Harley-Davidson) в сутки — это на 10–20% дешевле, чем в Штатах. В качестве страхового депозита клиенты оставляют 35 тыс. руб., которые мы возвращаем сразу по завершении аренды. Работать иначе невозможно — в Крыму дефицит страховых компаний, заключить с ними страховые договоры (даже на ОСАГО) на наши мотоциклы крайне сложно. К тому же наши машины в основном стоят на московском учете.

Клиенты из Крыма до сих пор удивляются, что на услуги сервиса мы оформляем заказ-наряд — у них и по сей день ремонт осуществляется «в гаражах». Многие впервые увидели официальную продажу мотоцикла — с документами, с постановкой на учет.

Несмотря на дикий рынок, особых проблем с запуском бизнеса не было. Возможно, потому что с самого начала у нас есть штатный юрист, он и решает все вопросы.

В будущем мы планируем построить собственное помещение, уже купили для него землю. С этим вопросом были и есть сложности: в Крыму переходный период, часть нормативных документов на практике работает плохо. Есть ли помощь от властей? Нет, но и палки в колеса никто не вставляет, мы постепенно развиваемся.

«В России работать стало сложнее»

Анна Абрамова, учредитель туристической компании «Гранд Мир»

— Компания «Гранд Мир» работает с 2009 года. Мы отправляем наших клиентов в языковые школы, университеты, а также на отдых за рубеж. Оказываем визовую поддержку и консультируем по вопросам оформления загранпаспортов, авиабилетов, страховок и других вопросов, связанных с путешествиями.

В настоящий момент у большинства крымчан есть и украинские, и российские документы. За рубеж выезжают как по российским, так и по украинским паспортам. Проблем особых нет. Безусловно, сложившаяся в мире политическая обстановка затрудняет нашу работу по получению виз, однако в последнее время напряженность идет на спад, а мы уже научились решать эти вопросы.

Время интеграции Крыма в правовую и административную системы России было непростым. Общее увеличение цен на все товары и услуги сказалось на покупательной способности. Люди резко сократили свои расходы на путешествия. Чтобы выжить, нам пришлось на 70% сократить штат и объединиться с другой туристической компанией. Мы делили расходы и немногочисленных клиентов.

С 2015 года ситуация снова стала стабильной. Люди начали ездить, а мы — предлагать новые услуги. Например, начали активно продвигать внутренний туризм. Крымчане больше стали ездить по России, россияне стали чаще приезжать в Крым.

По сравнению с Украиной в России работать стало сложнее. Это связано прежде всего с иной системой налогообложения, необходимостью большего количества «бумажек», бюрократическими препонами. Например, при Украине не было налога на транспорт, на имущество. Увеличилось количество отчетности. Вместо одного документа теперь требуется три. В России более высокие штрафы, поэтому предприниматели стремятся работать по правилам.

Иное законодательное поле потребовало значительного времени для изучения. Больше систем налогообложения, другие правила сдачи отчетности, новые нюансы договорных отношений с контрагентами. Процесс адаптации всегда болезненный. Но нет худа без добра. В связи с появлением новых правил ведения бизнеса мы начали заниматься обучением наших предпринимателей и организацией деловых мероприятий для представителей бизнеса.

С окончанием строительства моста через Керченский пролив жизнь крымчан станет легче, а жизнь крымского предпринимателя усложнится. К нам придет «материковый» бизнес, который может задушить местный. Зато появилась грантовая поддержка от государства в размере до 500 тыс. руб. на открытие нового бизнеса. Я знакома с людьми, которые получили эти деньги.

В целом все зависит от конкретного человека. Кто хочет — ищет возможности, кто не хочет — ищет причины.

«Главным подарком от России для меня стала патентная система налогообложения»

Леонид Медведик, производство украшений ручной работы

— Я родился и вырос в Крыму, в Симферополе. Там же поступил в художественное училище — планировал зарабатывать живописью, но быстро в ней разочаровался.

Мне нравилось мастерить что-то своими руками, и я начал вытачивать украшения из дерева и камня, добавил металл. Вещицы расходились по знакомым, и вскоре хобби начало приносить небольшие деньги. К 2014 году у меня уже была база постоянных покупателей из местных, летом удавалось неплохо зарабатывать на туристах. Когда стало ясно, что Крым войдет в состав России, я решился зарегистрировать компанию. Не скажу, что референдум стал для меня решающим моментом, просто так сошлись звезды. Я понимал, что занимаюсь баловством, которое уже пора превращать в полноценный бизнес.

Я начал на эмоциональном подъеме — новая власть, новые правила. Но скоро стало понятно, что условия особо не изменились. Да, в Крым хлынул поток туристов из России, но по моим ощущениям большинство из них — бюджетники, которым предоставили места в санаториях. Это не моя аудитория. К тому же после обмена санкциями с Западом резко подорожали расходники — формовочная резина, щетки и другие инструменты. Есть вездесущие китайские аналоги, но я с ними работать просто не могу. Приходится тратиться.

Главным подарком от России для меня стала патентная система налогообложения, которой не было на Украине. Я всегда с ужасом представлял, как буду заполнять все эти бумажки, сдавать ежеквартальные отчеты, подсчитывать проценты. Мой гуманитарный мозг просто не выдержал бы такой пытки. Сейчас я просто оплачиваю раз в год стоимость патента — 10 тыс. руб.

У меня очень сезонный бизнес. С мая по октябрь продается 350–400 украшений из бронзы, дерева и камня, в остальное время — 100–200. Продажи еще и сильно привязаны к погоде: прошлым летом два месяца лил дождь, а в августе ударила адская жара, туристов не было. Обычно на лето я арендую небольшой магазинчик на побережье, в остальное время работаю через интернет. В этом сезоне надеюсь расширить производство и увеличить продажи в полтора-два раза.

С производством мне помогает жена Анна — это маленькое семейное дело, которое не приносит сверхприбыли. Но для меня это не работа, которой я посвящаю по восемь часов в день, это вся моя жизнь.

«Проблемы начались после присоединения Крыма к России»

Наталья Новицкая, владелец компании «Русские грибы»

— Я коллекционирую антиквариат — книги, фарфор, мелкую пластику. Как-то раз купила антикварную книгу XIX века, где рассказывалось о 60 видах трюфелей, что растут в России, а тогда Крым уже был территорией России. Я подумала, что вряд ли грибы куда-то делись, и решила вывести на российский рынок деликатесный крымский трюфель.

В 2013 году я продала свою машину и вложила в старт 2 млн руб.: зарегистрировала компанию «Русские грибы», установила ареалы произрастания крымских трюфелей — эти деликатесные грибы растут по всему черноморскому побережью. От книги до первой сумки грибов из Крыма — их я собрала сама — прошло полгода. Потом наняла местных сборщиков.

Мой бизнес выглядел весьма колоритно: в Европе работает система выдачи патентов и лицензий на добычу трюфелей, а крымские сборщики трюфелей работают нелегально. Но цены были хорошие — я продавала трюфели за 5–20 тыс. руб. за 1 кг. Для сравнения: итальянский трюфель, качество которого несравнимо с российским (крымский трюфель хоть и хорош, но в сравнении с европейским неконкурентоспособен), стоит €3–4 тыс. за 1 кг.

В числе клиентов появились не только физические лица, но и известные рестораны, например «Ла Маре», компания «Чайная высота» покупала грибы для производства трюфельного мороженого. Мне удалось создать единственную компанию в России, где трюфель можно купить с сертификатами.

Проблемы начались после присоединения Крыма к России. Как известно, тогда в Крыму выросли цены на продукты питания, связь, снизился уровень жизни. Местные сборщики заломили закупочные цены: если раньше я продавала трюфели по 5–20 тыс. руб. за 1 кг, то теперь цены поднялись в четыре раза, до 100 тыс. руб. Из-за выросших цен я стала терять клиентов.

Начались проблемы и с самой добычей. Если поначалу мне удавалось убеждать сборщиков правильно искать, добывать и хранить трюфели, то потом они потеряли к этому всякий интерес. Отказались ухаживать за плантациями, начали подчистую выгребать грибницы, да еще и в природоохранной зоне.

Я пыталась объяснить властям Крыма, что можно, как в Европе, сделать трюфельный лес, водить экскурсии и зарабатывать на этом. Я изъездила все трюфельные хозяйства в Европе, поэтому знаю, о чем говорю. Рассчитывала, что мы запустим трюфельную историю в Крыму, как когда-то виноградники. Без поддержки властей сделать это невозможно — большая часть плантаций находится в заповедниках. Но понимания с властями не нашла.

Местным властям сейчас не до трюфелей, у них гигантское количество более насущных проблем — водоснабжение, банковская система. В Крыму катастрофическая ситуация с оформлением земли: никто не понимает, будут ли действительны уже оформленные документы, неясно, стоит ли на это тратить время. Словом, если прийти с идеей организации заповедника, засмеют. А без поддержки властей и понимания с местными сборщиками бизнес не выжил.

Если до присоединения Крыма к России на мою компанию работали порядка 35 сборщиков из Крыма, Донецкой области, с Западной Украины, то сейчас осталось не больше пяти человек. В итоге я практически заморозила свой проект, время от времени продаю трюфели на заказ — от 1 кг.

«Это все делается на российские деньги»

Вячеслав Воронович, гендиректор автодилера «Бел-Крым»

— С начала 2000-х годов мы занимаемся продажей белорусского грузового автотранспорта и спецтехники. Раньше в регионе денег было мало. В убыток, конечно, не работали, но торговля шла вяло. А после кризиса 2008 года покупателей вообще почти не стало. Все стояло.

Когда Крым вступил в РФ, сразу же пошли продажи. Началось бурное вливание денег — развитие региона, улучшение инфраструктуры. Например, при Украине было семь промышленных карьеров, сейчас — 14. Пошли деньги на строительство дорог, началась добыча щебня, замена парков городского транспорта. Это все делается на российские деньги.

Наш бизнес тоже расширился. К продажам строительной техники добавились автомобили для сельского хозяйства, складское оборудование. Очень много предпринимателей сейчас работают на военных — они активно покупают технику. Продажи выросли в 10–15 раз (по данным СПАРК, выручка ООО «Бел-Крым» за 2015 год составила 41,8 млн руб. — РБК).

Раньше вся техника шла через Украину, а после вступления в РФ логистика изменилась: Россия и Белоруссия находятся в Таможенном союзе, здесь сборы меньше.

«Перелом случился в 2014 году»

Александр Колусенко, совладелец event-агентства «Крылья»

— В Крыму я с 2008 года — родился и вырос на Западной Украине, долго жил в Киеве и Польше. В Симферополь переехал вслед за женой Аленой, коренной крымчанкой. Тогда же возникла идея создать свой бизнес. Нам захотелось устроить свадьбу мечты, мы искали профессиональных организаторов, но быстро поняли, что эта сфера в Крыму не развита. И решили этот пробел заполнить.

Мы с Аленой тогда работали в крупных компаниях — я был директором по развитию немецкого производителя грузоподъемного оборудования в странах СНГ, Алена трудилась в Киево-Могилянской бизнес-школе. Вместе с подругами она начала организовывать первые праздники, я помогал в перерывах между командировками.

Рынок был очень сырым — люди не понимали, зачем им организатор праздника и что такое концепция. Чтобы сломать лед, мы устраивали акции прямо на улицах — «женили» деревья возле офиса, эту свадьбу даже показали по центральному каналу на 14 февраля. Постепенно пошли первые заказы — свадьбы, детские праздники, дни рождения. Нашей фишкой стали индивидуальные подарки — например, мы выпускали журнал в стиле Forbes или Cosmopolitan, полностью посвященный имениннику.

К 2012 году к нам стали приходить небольшие крымские и украинские компании, которым нужно было организовать конференцию или тимбилдинг на побережье. За два года процент таких мероприятий достиг трети от всего объема заказов.

Перелом случился в 2014 году, после присоединения Крыма к России. В воздухе витало воодушевление — все ждали чего-то нового, всем хотелось жить и праздновать, поток клиентов вырос. К крымским заказчикам прибавились российские — в основном корпоративный сектор. Теперь к нам шли не только маленькие фирмы с десятком сотрудников, но и крупный бизнес. Россияне подняли планку — крымские компании посмотрели на коллег и поняли, что можно не только дарить тюльпаны сотрудницам на 8 Марта, а устраивать что-то более масштабное.

Это подняло и нашу планку — проекты стали дороже, мы начали чаще привозить звезд. Теперь с каждым годом количество заказов у нас уменьшается, зато бюджеты растут. Если в 2014 году мы провели 65 мероприятий со средним бюджетом 350 тыс. руб., то в 2016-м было всего 42 проекта, зато максимальный бюджет достигал 6 млн руб. Сейчас мы ориентируемся на корпоративные мероприятия — они занимают уже 70% в структуре заказов.

«Местный бизнес столкнулся с необходимостью качественно расти»

Александр Иванов, совладелец квестов «Атмосфера», сооснователь WakeUpTours

— Я родом из Ульяновска, четыре года прожил в Москве, работал в крупных digital-компаниях. В 2014-м уволился из HSMedia и вместе с супругой Дарьей Карзановой мы перебрались в Крым просто пожить.

В 2015 году открыли в Севастополе первые квест-комнаты «Атмосфера» — это был наш первый опыт бизнеса. Сейчас направлений деятельности уже несколько. В начале 2017-го я с партнерами начал новый проект WakeUpTours — это туры выходного дня на внедорожниках по самым красивым и уединенным местам Крыма. Проект рассчитан на московских клиентов — это качественная альтернатива выходным в Европе или пятничному походу в бар или клуб.

После присоединения Крыма местный бизнес столкнулся с необходимостью качественно расти — в организации бизнеса, сервисе, маркетинге. Интернет-развитие здесь отстает года на четыре от средней провинции, и это еще позитивная оценка, некоторые люди говорят о десятке лет.

В 2014–2015 годах в Крым рвануло огромное количество людей с целью запуска бизнеса. В основном это Москва, Питер, Донецк. Кто-то закрепился, кто-то уже уехал — все оказалось не так просто. Но в целом влияние этих людей огромно. Каждый внес что-то от себя в общий рост местного рынка. И все эти люди принесли новые инструменты и знания, которые не использовали местные бизнесмены. Поэтому им пришлось срочно подтягиваться.

Ко всему прочему напряжение вызывала необходимость работать по новому законодательству. Из-за этого, кстати, многие бизнесы стали нерентабельными. Кто-то приспособился, кто-то закрылся. Сейчас здесь довольно интересно. Люди везут проекты со всей России, кто-то здесь начинает новую жизнь в новых проектах.