Почему олимпийское движение переживает кризис

Бразильская Олимпиада заставляет вспомнить недавнюю историю. Зимние XXII Олимпийские игры в Сочи существенным образом подняли рейтинг одобрения деятельности президента России: он много месяцев держался на плато 60+, а в феврале 2014-го (месяц проведения Олимпиады) поднялся до 69% (данные Левада-центра). В марте того же года он достиг 80%, но это, как мы понимаем, уже немного другая история…

Игры нужны были Владимиру Путину для улучшения имиджа — и внутреннего, и внешнего. Как и Леониду Брежневу, хозяину летней Олимпиады-1980. С той лишь разницей, что Леонид Ильич устроил сам себе скандал до Олимпийских игр, приняв решение войти в Афганистан в декабре 1979-го, а Владимир Владимирович «вошел» в Крым уже после глобального праздника спорта. Но пошел еще дальше Ильича — допинговый скандал «быстрее, выше, сильнее» ухудшил и без того скверный имидж России за ее рубежами. Зато ничего не изменил внутри: согласно опросу ВЦИОМ, 55% россиян назвали недопуск российских спортсменов политическим заказом (интересно, чьим?). Дальнейшая консолидация вокруг первого лица — как и в истории с западными санкциями — произошла совершенно предсказуемым образом.

Помпа сломалась

Россия, конечно, главная отрицательная героиня XXXI Олимпиады. Но Бразилия тоже отличилась. Более 60% жителей самого Рио-де-Жанейро до сих пор высказываются против Олимпиады, поскольку в декорациях экономических проблем она кажется чрезмерно затратной. Кстати, ровно в этой логике четыре десятка лет тому назад усомнился в экономической целесообразности проведения Олимпийских игр в Москве Брежнев: «Кроме колоссальных расходов <…> могут быть разного рода скандалы, которые могут очернить Советский Союз» (и то и другое оказалось правдой). Как пишет работающая в Бразилии журналист Елизавета Никитина, «в аэропорту Рио туристов встречают бастующие полицейские с транспарантами «Welcome to Hell» (им задерживают зарплаты). О жутких условиях проживания спортсменов, торжественно рухнувшей в море велодорожке, рушащихся экономических индикаторах, а также импичменте не только Дилмы Руссефф, но и, возможно, и.о. президента Мишела Темера, и говорить нечего…

На открытие Игр едут всего лишь 28 лидеров государств-участников. Американцы присылают Джона Керри, да и ему толком, как сказал бы наш лидер, поговорить не с кем. Если учесть, с какой помпой — не спортивной, а околоспортивной — и на какие дикие деньги были проведены Олимпиады в Пекине, Лондоне, Сочи, можно констатировать кризис олимпийского движения. И только сверхусилия какого-нибудь выдающегося спортсмена вроде Джесси Оуэнса могут вернуть живой интерес к этим спортивным состязаниям.

Разочарованию в Играх сопутствует закат главной иллюзии последних лет — БРИКС. Бразилия и Россия оскандалились олимпийским способом. Плюс их экономики находятся в кризисе. Китай разочаровывает и политической непривлекательностью, и неустойчивыми темпами роста. Индия остается бедной страной с циклопическим сектором неформальной экономики. А экономика ЮАР, по скорректированному прогнозу МВФ, вырастет в этом году на 0,1%, и ей остается уповать лишь на мыс Доброй Надежды, который, впрочем, смотрит на Антарктиду.

Трезвее, честнее, экономнее

На глазах рассыпаются сразу две мировые иллюзии. Причем обе связаны с завышенными — и ошеломляюще неточными — ожиданиями развития. Честное и чистое омрачается нечестным и подложным, уверенно растущее оказывается обвально падающим, высокозатратное оборачивается крайне низкой отдачей. Опозоренные экономисты-прогнозисты, кризис мирового политического лидерства, неэффективные модели развития — что еще нужно, чтобы встретиться лицом к лицу с реалиями нового мира и пересмотреть свое отношение к жизни. Стать более трезвыми, честными, экономными, вспомнить об истоках и подлинных смыслах. «Быстрее» — это не быстрее убежать с деньгами. «Выше» — это не получить любой ценой высокую должность и снимать с нее ренту и откаты. «Сильнее» — это не сильнее отжать конкурентов с помощью бандитов и силовых органов.

Славы не прибавляется, проблем море, репутация разбита, как зеркало, говорящее правду в ответ на вопрос: «Я ль на свете всех милее?..»

А хочется простых человеческих радостей без допингов, вторжений на сопредельные территории до или после Игр, импичментов и «триумфов воли» диктаторов. Хочется четырех золотых медалей на манер Джесси Оуэнса, которому не подал руку Гитлер, а Джесси потом сказал, что и сам не собирался ее ему пожимать. Невероятного, как полет на Луну, пас Ивана Едешко и бросок Александра Белова в корзину сборной США, как на Олимпиаде-1972. «Прыжка в XXI век» Боба Бимона на Играх-1968. Четырех побед подряд на зимних Олимпиадах нашей сборной по хоккею, но и «чуда на льду», как на Играх в 1980-м в Лейк-Плэсиде — шокирующей победы молодой сборной США над «красной машиной» Виктора Тихонова.

Хочется спорта. Без политических амбиций и подмен проб ради имиджа политических деятелей. Про которых потом сочиняются анекдоты, как про Брежнева, пытавшегося зачитывать речь об Олимпиаде по числу колец: «О, о, о, о».

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.​