Лента новостей
Курс доллара поднялся до ₽79 впервые более чем за год 14:16, Инвестиции Экс-глава фанатского движения «Краснодара» заявил о бойкоте Fan ID 14:14, Спорт Суд дал до 18 лет колонии членам московской ячейки «Хизб ут-Тахрир» 14:14, Общество Как перестать терять рекламные бюджеты и научиться таргетировать 14:10, РБК и Intel Давление, уступка, кооперация: как строить долгие отношения с клиентом 14:04, PRO Курс евро превысил ₽89 впервые с июля 2021 года 14:02, Инвестиции Лукашенко обвинил США в подталкивании Белоруссии к войне 14:01, Политика Тренер лыжников сборной Норвегии заразился COVID накануне вылета в Пекин 14:00, Спорт Биткоин подешевел на 6% и обновил минимум с июля 2021 года 13:52, Крипто В Буркина-Фасо военные задержали президента 13:47, Политика Многогранный Монако: шесть удивительных маршрутов для туристов 13:47, РБК и VisitMonaco Фадеев ответил на обвинения Кадырова в адрес члена СПЧ Каляпина 13:42, Политика Как налоговая находит и наказывает компании с серыми зарплатами 13:42, PRO Риелторы назвали самые популярные у покупателей новостройки Старой Москвы 13:38, Недвижимость МИД Австрии объяснил исключение Nord Stream 2 из планов санкций 13:34, Политика Глава МИД Швеции заявила об отсутствии планов у страны вступать в НАТО 13:27, Политика Как перестать быть автовладельцем: автомобиль по подписке 13:24, РБК и Audi Российскому вратарю НХЛ забили головой 13:14, Спорт ЧМ по водным видам спорта в Японии снова перенесли из-за COVID 13:14, Спорт YouTube заблокировал каналы «Русского радио» и группы «Земляне» 13:13, Технологии и медиа Президент Казахстана решил создать новый спецназ 13:10, Политика Акционер Peloton призвал к смене гендиректора и продаже компании 13:08, Инвестиции Суточное число случаев COVID-19 в Москве стало рекордным за всю пандемию 13:06, Общество В России зафиксировали минимум смертей от COVID-19 за полгода 13:02, Общество Девушка и сальто на мосту: как паркур преодолевает преграды в мозгу 13:01, РБК и Audemars Piguet Что дает четвертый укол. Актуальное о COVID на 24 января 12:53, Общество В России выявили 65 тыс. случаев COVID при падении числа госпитализаций 12:52, Общество «ГлавClub» в Москве пригрозили закрыть за нарушение мер по COVID-19 12:48, Бизнес
Газета
Четыре вопроса о нефти и рубле
Газета № 136 (2392) (0108) Экономика,
0

Четыре вопроса о нефти и рубле

Как долго будут дешеветь баррель и российская валюта
Нефтяные котировки упали на 20% от июньских значений, обозначив новый «медвежий» тренд на рынке. После недолгого периода ослабления зависимости рубля от нефтяных цен в июле национальная валюта снова начала следовать за ними, говорят эксперты
Фото: Charlie Riedel/AP
Фото: Charlie Riedel/AP
Преждевременный оптимизм

С начала июня оба мировых нефтяных бенчмарка — нефть марок Brent и WTI — вошли в цикл падения. Цена на Brent снизилась на 19,69% с июньского пика (с $52,51 на закрытии 9 июня до $41,8 в ходе торгов 29 июля), падение WTI с пиковых значений превысило 20% (с $51,23 на закрытии 8 июня до $40,77 в ходе торгов 29 июля). Падение WTI в июле на Нью-Йоркской товарной бирже стало самым серьезным месячным снижением цен в 2016 году.

Еще весной и в начале лета ряд крупнейших энергетических институтов говорили о том, что нефтяной рынок возвращается к балансу спроса и предложения. Нефтяные котировки давали повод для оптимизма, в частности, цена за баррель Brent с минимальных значений в январе ($27,88) в июне достигла $52,51.

В мае и июне Международное энергетическое агентство (МЭА) в своих докладах делало вывод, что баланс должен быть достигнут к концу года. Среди факторов назывались увеличение спроса и сокращение добычи в странах, не входящих в ОПЕК (прежде всего в США). О движении рынка к балансу говорили и генеральный секретарь ОПЕК Мохаммед Баркиндо, и министр энергетики, промышленности и минеральных ресурсов Саудовской Аравии Халид аль-Фалих. К существенному падению цен не привел даже провал апрельских переговоров в Дохе между нефтедобывающими странами о заморозке уровня добычи. В докладе аналитиков Goldman Sachs в середине мая констатировалось, что избыточное производство нефти было преодолено гораздо быстрее, чем предполагалось (это произошло из-за перебоев с поставками из Нигерии и Канады). Банк прогнозировал, что средняя цена нефти во втором полугодии 2016 года составит $50 за баррель.

«Быки» преждевременно поверили в то, что восстановление равновесия на рынке нефти — решенное дело, заявил агентству Bloomberg главный стратег по сырьевому рынку BNP Paribas Гарри Чилингарян. Он считает, что ребалансировка «займет немного больше, чем ожидалось».

Почему падает нефть?

Нынешнему снижению нефтяных цен есть несколько объяснений. Влияние оказала опубликованная 27 июля статистика Минэнерго США, согласно которой запасы сырой нефти в США вопреки ожиданиям выросли на 1,7 млн барр. (впервые с мая). Кроме того, запасы бензина в США, по данным Американского института нефти (API), достигают рекордного с 1984 года уровня для этого времени года. Кроме того, прекратили действовать факторы, которые влияли на повышение цен весной. Были восстановлены поставки в Канаде, которые в мае сокращались из-за лесных пожаров. Нигерия также наращивает уровень нефтяных поставок, которые в мае упали до минимума за 30 лет из-за серии нападений боевиков в нефтеносных районах страны. Именно перебои с нефтью из Канады и Нигерии заставляли думать, что избыток на рынке преодолен, хотя на самом деле это не так, сказал Bloomberg глава исследований сырьевого рынка Commerzbank Евгений Вайнберг.

Причины снижения нефтяных цен не исчерпываются избытком предложения и восстановлением бесперебойных поставок. Как считают аналитики Goldman Sachs, гораздо большую опасность для нефтяных котировок представляет дальнейшее укрепление доллара и возможное повышение базовой ставки ФРС. Аналитики банка считают, что избыток бензина не является причиной падения цен, поскольку отражает ситуацию с точки зрения предложения, а не спроса. «Неопределенность в темпах восстановления баланса на рынке нефти сделало доллар главным драйвером понижения цен на нефть», — говорится в их докладе.

«Вам не нужна нефть по $120»: западные экономисты о кризисе в России Тимоти Колтон, профессор Гарвардского университета, руководитель отделения государственного управления: 

— Если слушать [Алексея] Кудрина и [Германа] Грефа, то они скажут, что опасностей, с которыми сейчас столкнулась Россия, можно было избежать. Это не так. Сейчас на экономику России влияют факторы, на которые Москва не может повлиять. Коллапс нефтяных цен, например. В начале 2000-х годов рост ВВП был очень высоким. Нефть тогда торговалась в районе $20–30.  Затем началась стагнация, момент был упущен. Сейчас просто воспроизводится прежняя модель. Вам не нужна нефть по $120, чтобы получить рост экономики. Кризис будет стимулировать реформы. Правда, нынешнее правительство у власти уже много лет, и ранее их не проводили. 

Правительство постоянно говорит о реформах, но каких-то реальных действий не предпринимает. Нескольких губернаторов посадили за коррупцию, но фундаментальных изменений с тех пор, как президент Владимир Путин пришел к власти 15 лет назад, не произошло. Правительство должно обеспечить больше безопасности и свобод, без этого перехода к информационной экономике не получится. Я понимаю, что это базовые вещи, но в итоге все сводится именно к ним
Барри Эйхенгрин, профессор Калифорнийского университета в Беркли, старший политический советник МВФ в 1997–1998 годах: 

— Страна в рецессии из-за сложного состояния мировой экономики и низких цен на нефть. В этих условиях российское правительство мало что может сделать. При резком падении курса есть возможность стимулировать экспорт нетрадиционной для России продукции, в том числе машиностроительной. России необходимы меры, которые улучшат правоприменение и утвердят верховенство права. Обо всем этом уже неоднократно говорилось, сейчас настала пора действовать. Если это осуществить, то рост экспорта, экономики и занятости не заставит долго ждать, особенно в условиях слабого рубля.

Чтобы снижать расходы бюджета, сначала нужно понять, почему бюджет построен таким образом, что его нужно сокращать. Для стран с большим государственным долгом и значительным дефицитом сокращение расходов неизбежно. С другой стороны, если дефицит бюджета объясняется временными сложностями — снижением цен на сырье — и вы уверены, что скоро они вырастут, то сильно сокращать траты не нужно.

Взгляните на Чили. Страна зависит от экспорта меди точно так же, как Россия — от нефти. Присмотритесь к их опыту: они создали независимую экспертную комиссию, которая прогнозирует цены на медь, и рекомендуют принимать бюджет исходя из ее оценок. Возможно, российское правительство могло бы последовать этому примеру
Кристалина Георгиева, вице-председатель Еврокомиссии по бюджету и человеческим ресурсам: 

— Для бюджета год будет сложным: ресурсов становится меньше. Но это не обязательно плохо. Самое главное, чтобы любые действия с бюджетом сопровождались проведением структурных реформ: пенсионной и реформой социального страхования.

Люди здесь говорят о пенсионной реформе. Я приезжала в Россию еще в 2004 году, и тогда все тоже говорили о пенсионной реформе. А она необходима безотлагательно. Нужна и административная реформа. Например, расширить действие электронного правительства. Это повысит прозрачность и даст толчок малому и среднему бизнесу. Импортозамещение — это интересно, но необходима свободная конкуренция.

Перед Россией стоит задача снижения зависимости от экспорта энергоресурсов. Диверсификация получит мощный толчок во время кризиса. Мир очень быстро меняется — преимущество получат более гибкие экономики, то есть те, кто быстрее всех адаптируется к переменам. В России только немногим более 1% ВВП тратится на науку и новые разработки, это мало. В ЕС поставлена задача довести эту цифру до 3%, сейчас она около 2,5%
Ян Валлизер, вице-президент Всемирного банка по вопросам справедливого экономического роста, финансов и институциональной среды: 

– России необходимо улучшить эффективность государственных расходов. Правительство должно уметь выбирать приоритеты и следить за тем, чтобы выделенные средства тратились с максимальной пользой. Во-вторых, необходима поддержка реальных секторов экономики, которые сейчас получили преимущество за счет дешевого рубля. В-третьих, очень важно, чтобы люди, которые в последние три-четыре года из бедности смогли переместиться в средний класс, не вернулись обратно.

Сейчас основной вызов для российской экономики — это продолжающееся падение цен на нефть. Нужно адаптироваться под более низкие нефтяные цены и поддержать сектора, которые могут быть источниками роста. Необходима диверсификация — страна должна производить что-то помимо нефти и газа
Еще 1 фото
Фотогалерея

Что будет с ценами на нефть?

Неделю назад число буровых установок, по данным американской нефтегазовой компании Baker Hughes, увеличилось на 14, до 371, продемонстрировав рост четвертую неделю подряд. Если количество работающих буровых установок продолжит расти, сокращение нефтедобычи в США остановится, а давление на цены сохранится, отмечает Financial Times (FT).

«В США добыча продолжает медленно уменьшаться, и мы ожидаем дальнейшего снижения в третьем квартале. Но нефтяники постепенно снова вводят в эксплуатацию буровые установки, поэтому добыча должна стабилизироваться к концу года», — говорил генеральный директор BP Боб Дадли 26 июля. По прогнозам Управления энергетической информации США (EIA), в сентябре добыча составит 8,1 млн барр./сутки, но в ноябре и декабре вырастет до 8,3 млн.

Economist Intelligence Unit прогнозирует падение цен нефти марки Brent до $40,34 за баррель, отмечает Reuters. Экономист в области ТЭКа Филип Верледжер предсказывает снижение до $40 за баррель к середине или концу сентября в случае падения цен на бензин. «При отсутствии перебоев с поставками не удивляйтесь, если баррель Brent подешевеет до $40 или даже $37 к середине — концу сентября», — сказал он FT.

Запасы бензина в мире выросли до 500 млн барр. Цены на топливо в США достигли минимума с лета 2004 года. Как отмечает FT, на рынке США, куда попадает почти каждый девятый баррель нефти в мире, огромный избыток топлива: резервы превышают показатель 2015 года на 12%. А летний сезон завершается. По словам Верледжера, потребление бензина в США в 2016 году выросло относительно 2015-го лишь на 1,1%.

EIA недавно ухудшило прогноз роста спроса на бензин на остаток года на 1,5%, с 220 тыс. до 130 тыс. барр./сутки.

Аналитики нескольких мировых инвестиционных банков, в том числе Citigroup Inc. и Societe Generale SA, напротив, ожидают, что, несмотря на текущий «медвежий» цикл, рынки восстановятся к концу года. «Предложение резко корректируется, и мы видим, что оно сокращается гораздо быстрее спроса с четвертого квартала прошлого года», — цитирует Bloomberg аналитика Barclays Мисуина Махеша.

По мнению аналитиков Barclays и Commerzbank, цена на нефть восстановится до отметки $50 за баррель к концу года. Но в то же время, отмечает Вайнберг, настроения рынка усугубились настолько, что в дальнейшем неизбежно падение цен до $40. «Избыток предложения уменьшится, — говорит он. — Но сейчас рынок глух на одно ухо. В начале года царил избыточный пессимизм, в июне трейдеры впали в чрезмерный оптимизм, а сейчас вновь возобладали пессимистичные настроения».

Опрошенные Reuters аналитики считают, что в этом году цены на нефть вырастут благодаря росту спроса, который должен помочь компенсировать «медвежий» цикл. По их оценкам, в 2016 году баррель будет стоить в среднем $45,51, на $0,31 выше июньского прогноза. Как отмечает агентство, это пятый пересмотр прогноза в сторону существенного повышения цен на нефть Brent. «В 2016 году мы ожидаем серьезный рост мирового спроса на нефть — 1,4 млн барр./сутки и умеренный рост в 2017-м, прежде всего в Китае, Индии и Африке», — приводит Reuters слова аналитика финансовой компании Raymond James Луаны Зигфрид.

Предложение по-прежнему превышает спрос, но производственные сбои, случающиеся в том числе из-за геополитической нестабильности, тормозят его увеличение, отмечает нефтяной аналитик Георгос Белерис. Как считают участники опроса Reuters, на фоне улучшения динамики спроса и предложения фьючерсы на нефть марки Brent в четвертом квартале будут стоить около $51,15 за баррель, в 2017-м — $58,63, а в 2018 году — $66,28 за баррель.

«Тут не надо быть оракулом»: каких цен на нефть ждут бизнесмены-нефтяники Роберт Дадли, гендиректор BP и член совета директоров «Роснефти»

Мы по-прежнему верим, что нефтяной рынок достигнет баланса спроса и предложения во второй половине этого года. Я не ожидаю серьезных изменений цены на нефть, я думаю, что в конце года она будет стоить около $50 за баррель.

ОПЕК играла важную роль в прошлом, сейчас ее не выполняет. Вся индустрия пересматривает структуру расходов, принимает оздоровляющие изменения.

У российского нефтегазового сектора есть уникальные сильные стороны: феноменально большая ресурсная база, большая жизнеспособность энергетического сектора. Добыча нефти растет уже семь лет подряд. На 1,2% она выросла в прошлом году.

Я думаю, что большинство людей забывают, что от колебания курса рубля структура затрат отрасли также меняется, а доход исчисляется по-прежнему в долларах, поэтому это очень здоровая отрасль [в России]. И этой отрасли приходится работать в условиях санкций.

Но здесь есть уникальная комбинация: очень хорошо развита инфраструктура, которая позволяет быстро поставлять нефть на рынки, производственные затраты в России — сейчас $2,1 за баррель — это лучше, чем где-либо в мире. Я считаю, что все это хорошо сработает в то время, когда отрасль проходит через очередной этап товарного цикла. Такое уже случалось, и каждый раз мы думаем, что этот этап будет продолжительным.
Игорь Сечин, главный исполнительный директор «Роснефти»

На рынке отмечается беспрецедентно высокая волатильность. Сегодня цены почти вышли на уровень, на котором они были год назад. Хотя в январе—феврале этого года они падали до $27 за баррель, а ряд крупных инвестиционных банков тестировал уровни в $20 и ниже, предсказывая риски и рост кризисных явлений в мировой экономике, вплоть до жесткой посадки экономики Китая, остановки роста экономики в США и других регионах.

Сейчас нефтяной рынок начал движение к достижению среднесрочного баланса. Наши ожидания в этой связи в большей степени связаны с 2017 годом, чем со второй половиной текущего года.

События последних лет показали, что на рынке нефти, по существу, произошла смена парадигмы. Долгое время считалось, что регулятором является картель ряда стран-производителей ОПЕК, затем, благодаря прорывным технологиям, возник новый регулятор, которым стала сланцевая добыча в США. Однако новая реальность заключается в том, что движение рынков все больше определяется комплексом факторов: доступностью и качеством ресурсов, впечатляющим прогрессом в развитии и применении самых современных технологий физического рынка, плюс развитие финансовых инструментов и финансовых технологий.
Вагит Алекперов, президент и совладелец ЛУКОЙЛа

Мы ожидали цену [нефти] в районе $50 [за баррель], и сегодня видим ряд факторов, которые позволят нашей промышленности все-таки получить справедливую цену за наш товар. Мы считаем, что она находится в пределах $60. Но самое главное — наши поставщики и подрядчики начали снижать цены на свои услуги и товары. То есть психологический перелом прошел, сегодня все реально смотрят на вещи, и мы вместе балансируем на той рентабельности, которая позволит нам достаточно успешно работать и при $40, и $50, и $60.

Второй фактор — все-таки последняя сессия ОПЕК показала, что страны-поставщики нефти могут договариваться. Мы ждали ее в очень большом напряжении, потому что в течение двух лет ОПЕК практически утратила свою функцию как регулятор. В течение 15 лет не могли договориться об избрании председателя, секретаря ОПЕК. На этой сессии избран новый секретарь (2 июня им стал представитель Нигерии Мохаммед Баркиндо. — РБК), начался диалог. Его результаты, надеюсь, мы почувствуем на осенней сессии, когда удастся, может быть, договориться о квотах на поставку нефти на мировой рынок. Плюс все-таки промышленность и Китая, и Индии, и Европы демонстрирует хороший рост и потребление нашего продукта. Все это дает возможность нам к концу года увидеть нефть по цене выше $50 за баррель.

В 2017 году эта тенденция сохранится. Не будет резкого роста добычи, но и не будет резкого падения. Поэтому мы надеемся, что рынок сырой нефти будет балансировать на уровне $60.
Александр Корсик, президент «Башнефти»

Я не занимаюсь гаданием на кофейной гуще. А те, кто этим занимаются, должны вспомнить начало 2014 года, когда все факторы были известны. Были известны спрос, предложение, было известно все, что происходит со сланцевой нефтью. И вдруг, как снег на голову, цены обрушились. Никто ничего не понимал.

Другое дело, что компании должны быть готовы к разным совершенно вариантам. И должны планировать свою жизнь не только в условиях, которые существуют на сегодняшний день, но и в предположении, что цена может быть выше или ниже, может быть очень низкой, может быть катастрофически низкой. Надо понимать, что в каждой конкретной ситуации делать. У нас эти сценарии есть. Нефть будет терять цену, повышаться в цене. Но пока вроде бы абсолютного эквивалента ей не нашли, значит, на протяжении обозримой перспективы нефть будет нужна.

Мы планируем [бюджет] в рублях, поэтому нас интересует цена [нефти] в рублях. При цене 3200–3300 руб. за баррель, как мы сейчас смотрим на цену, некоторые геолого-технические мероприятия окупаются в течение года. Конечно, их надо делать сейчас, немедленно. При цене $25 [за баррель] они не окупались.
Еще 2 фото
Фотогалерея

Что будет с рублем?

После недолгого периода ослабления зависимости рубля от нефтяных цен в июле национальная валюта снова начала следовать за ними, говорит главный экономист ПФ «Капитал» Евгений Надоршин. «В июле, пока цена нефти находилась в районе $50 за баррель, рубль был достаточно крепким благодаря притоку капитала в Россию на фоне новостей о Brexit и Турции. Но волна притока, видимо, ослабла, нефть у $40 за баррель, и иллюзии по снижению корреляции нефти и рубля развеялись», — отмечает Надоршин.

По базовому сценарию Газпромбанка, при ценах нефти $45–50 за баррель во втором полугодии 2016 года курс национальной валюты постепенно должен вернуться к значениям 70–75 руб. за доллар. Укрепление рубля возможно только в случае роста нефтяных цен или притока портфельных инвестиций, положительная динамика которых может привести к укреплению национальной валюты до 50–55 руб. за доллар, что, впрочем, маловероятно, отмечает в своем обзоре аналитик Газпромбанка Дмитрий Долгин.

Рынок засомневался в перспективах глобального спроса на нефть, считает Надоршин, и сейчас виден рост активности бурений на сланцевых месторождениях США. Не исключено, что цена нефти может пробить и отметку $40, прогнозирует экономист. По его словам, при таких значениях доллар будет стоить более 70 руб. При этом Надоршин отмечает, что многое также зависит от счета текущих операций. «Если не будет сохраняться приток хотя бы спекулятивного капитала, то 70 руб. за доллар возможно уже в ближайшие дни и без дальнейшей просадки цен на нефть», — предостерегает он.

Главный экономист Евразийского банка развития Ярослав Лисоволик считает, что особенное давление на рубль придется на четвертый квартал этого года, когда в стране происходят существенные выплаты по внешнему долгу. Тем не менее нефть все равно останется одним из ключевых факторов, влияющих на значения курса рубля, утверждает экономист. По его прогнозам, среднее значение по курсу национальной валюты во втором полугодии этого года составит 67 руб. за доллар, а средняя цена нефти будет равняться $45 за баррель.