Цена дешевой нефти
Цена дешевой нефти
Во сколько может обойтись бюджету баррель по $30
Минэнерго разработало стресс-сценарий при ценах на нефть $30–50 за баррель как минимум до 2022 года. В случае его реализации налоговые выплаты нефтяных компаний в бюджет снизятся до 65%, предупреждает ведомство
Новые прогнозы
Минэнерго доработало Энергостратегию до 2035 года, добавив в документ стрессовый сценарий, предполагающий среднегодовые цены на нефть $31 за баррель в 2016 году и $53 за баррель в 2022 году, следует из материалов ведомства (копия есть у РБК). Представитель Минэнерго подтвердил РБК, что сценарий разработан и включен в энергостратегию. В среду нефть марки Brent торговалась на уровне $34,5 за баррель.
Ранее энергостратегия предполагала только целевой и консервативный сценарии, составленные на основе данных прогноза социально-экономического развития России на долгосрочный период (подготовлен в июне 2015 года). Они предполагали, что цены на нефть в 2025 году будут составлять $70–80.
«Сценарий с низкими ценами на нефть включен в материалы Минэнерго, в связи с тем что именно этот вопрос — что будет при долговременно низких ценах на нефть — чаще всего задавался при обсуждении проекта энергостратегии в различных аудиториях», — сказал РБК представитель Минэнерго. Реализация стресс-сценария, по его словам, зависит от вероятности наращивания и долговременного сохранения дисбаланса спроса и предложения на мировом рынке нефти на фоне отсутствия регулирующего воздействия на рынок со стороны основных игроков.
Компании готовы к $30
К прошедшему 27 января совещанию Минэнерго его глава Александр Новак попросил руководителей нефтегазовых компаний подготовить несколько стресс-сценариев, в том числе при цене на нефть от $30 за баррель. Компании справились с этой задачей. В частности, «Газпром» предупредил аналитиков на Дне инвестора в Лондоне в начале февраля, что просчитал стресс-сценарий при цене на нефть даже $20. Глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов в интервью РБК в январе в Давосе говорил, что компания готовит сокращение инвестпрограммы где-то на $1,2–1,5 млрд при цене $30 за баррель. Во вторник Алекперов сообщил, что в бюджет компании на 2016 год заложена цена как раз $30 за баррель.
Стресс-сценарий Минэнерго учитывает ряд факторов: замедление темпов роста экономики Китая и других стран Азии, рост поставок дешевой ближневосточной нефти и сланцевой нефти и газа из США, следует из материалов Минэнерго. Среди других внешних условий указаны также снижение издержек за счет девальвации валют нефтедобывающих стран и рост добычи нефти и газа. Ситуация усугубляется невозможностью привлечения новых кредитов российскими нефтегазовыми компаниями при своевременном обслуживании уже имеющихся долгов из-за санкций ЕС и США.
Бюджет пострадает, добыча упадет
Если эти условия останутся неизменными, капитальные вложения в нефтегазовом комплексе снизятся как минимум на 10–15%, говорит представитель Минэнерго. В результате «после 2020 года становится очевиден острый кризис недоинвестирования развития мировой нефтяной и газовой отраслей», говорится в материалах Минэнерго. На его фоне и начнется плавный рост цен на нефть и газ, и к 2033–2035 годам цены вернутся на уровень $100–102 за баррель, предполагают в министерстве.
Сохранение низких цен на нефть негативно отразится на наполнении госбюджета: налоговые выплаты нефтяной отрасли до 2022 года снизятся на 60–65% по сравнению с консервативным сценарием, предупреждает Минэнерго. Уже в 2016 году при стресс-сценарии бюджетные доходы сократятся примерно на 2,5 трлн руб. (по сравнению с параметрами бюджета, рассчитанного при цене нефти марки Urals $50 за баррель), подсчитал главный экономист VYGON Consulting Сергей Ежов.
Добыча нефти при негативном сценарии может снизиться с 534 млн т в 2015 году до 460 млн т в год в 2020–2025 годах, добавляет представитель Минэнерго. При этом своевременное обслуживание взятых нефтяными компаниями кредитов при невозможности привлечения новых будет реальным только при условии двукратного сокращения в 2016–2022 годах объемов геологоразведки и перехода на налогообложение финансового результата, добавляет представитель ведомства.
Старший аналитик UBS Максим Мошков называет стресс-сценарий энергостратегии слишком пессимистичным. По прогнозу UBS, цена на нефть марки Brent в 2016 году составит $42,5, поэтапно повышаясь с 2017 по 2020 год с 55 до $75 за баррель на фоне снижения добычи странами — производителями нефти из-за недофинансирования сектора.
Максим Мошков добавляет, что сценарий не учитывает инициативы Минфина по увеличению налоговой нагрузки на нефтегазовые компании, прежде всего НДПИ. «Если среднегодовая цена на нефть марки Brent в 2016 году составит $31 за баррель, то на фоне предлагаемого Минфином роста налоговой нагрузки добыча нефти может упасть на 3%, или на 16 млн т», — говорит он.
Сценарий для газовиков
В газовой отрасли Минэнерго в рамках стресс-сценария ожидает снижения капвложений компаний в 2018–2025 годах на 7–10%, а налоговых выплат до 2025 года — на 20–25%. Цены на газ будут расти плавно с $155 за 1 тыс. куб. м в 2015 году до $175 за 1 тыс. куб. м в 2020-м и $183 за 1 тыс. куб. м в 2025 году. В 2016 году стоимость российского газа на европейских рынках краткосрочно опустится до $143 за 1 тыс. куб. м.
Что делать
В материалах министерства перечисляется ряд мер по улучшению ситуации в нефтяной отрасли. В частности, речь идет об апробации налога на финансовый результат (НФР) на пилотных месторождениях для стимулирования роста добычи. При переходе на НФР облагать налогом планируется не нефть в момент ее добычи (как в случае с действующим сейчас НДПИ), а накопленную за время разработки месторождения прибыль — разницу между доходами от продажи нефти и расходами на ее добычу и доставку до покупателя за весь срок освоения участка.
Также ведомство выступает за сохранение разницы ставок акцизов на разные классы моторного топлива, стимулирование разработки малых месторождений и малодебитных скважин, а также либерализацию доступа российских компаний к освоению шельфа.
Выход из сложившейся ситуации один — не повышать налоги на нефтегазовый сектор, чтобы избежать коллапса, говорит Максим Мошков. В конце января президент «Башнефти» Александр Корсик говорил, что об этом же просили руководители нефтегазовых компаний на встрече с министром энергетики Александром Новаком.
