Лента новостей
МИД увидел серьезную подготовку НАТО к потенциальному конфликту с Россией 12:06, Статья The Times назвала Тухеля кандидатом на пост главного тренера МЮ 12:01, Статья Tesla подала в суд на Tesla Power 11:49, Статья Конгрессмена США обвинили во взятках из Азербайджана и Мексики 11:44, Статья Совет Госдумы обсудит подготовку к утверждению вице-премьеров и министров 11:39, Новость В клубе РПЛ впервые в истории главным тренером назначили иностранца 11:38, Статья Курское село Коровяковка попало под обстрел 11:26, Новость Латвийский вратарь побил рекорд и вывел клуб НХЛ в 1/4 финала плей-офф 11:11, Статья Какое падение объема выданной ипотеки прогнозируют эксперты 11:03, Статья Шойгу вручил медали отличившимся участникам военной операции 11:01, Новость В «Зените» ответили на вопрос о возможном переходе Неймара 10:53, Статья Дроны-камикадзе атаковали два населенных пункта в Белгородской области 10:52, Новость У военкомата на западе Украины произошла стрельба 10:42, Статья Тренера клуба Леброна Джеймса уволили после провального сезона в НБА 10:35, Статья В Аргентине отвергли обвинения в употреблении веществ президентом 10:33, Новость В Харькове раздался взрыв 10:21, Статья Бой Бивола и Бетербиева за звание абсолютного чемпиона мира перенесли 10:18, Статья Комиссия завершила расследование крушения Superjet в Шереметьево 10:15, Статья
Газета
Почему российским стартапам не надо в Силиконовую долину
Газета № 125 (2142) (1707) Общество,
0

Почему российским стартапам не надо в Силиконовую долину

Фото: ТАСС
Фото: ТАСС

Американские проекты сильно недооценивают и не понимают рынки за пределами США. Между тем многомиллионное население Африки и Южной Америки вовсю приобщается к новым технологиям.

Магия исчезла

Скромный домик в Professorville Пало Альто стоит $2,1 млн. Однокомнатная квартира в Сан-Франциско в аренду — $4000 в месяц. Цены на недвижимость — самый наглядный признак раздувшегося пузыря на рынке высоких технологий Северной Калифорнии. Сами предприниматели долины не считают ситуацию критической. Надо ли российским стартапам ехать туда за бизнес-счастьем или пришло время других техноцентров?

В Кремниевой долине позволить себе содержать программистов могут только толстосумы вроде Google или Facebook либо тяжело фондированные стартапы-единороги. Находясь как-то среди основателей стартапов поменьше, я провел опрос о разработчиках. Оказалось, что у проектов программисты в основном сидят в Минске и Тель-Авиве, Бангалоре и Новосибирске, Дублине и Днепропетровске. Даже супербогатые корпорации из долины открывают центры разработки по всему миру и скупают программистов друг у друга. Разработчик среднего уровня в Facebook или Google в долине получает около 1 млн руб. после выплаты всех налогов, что в 7–10 раз больше зарплаты российского специалиста.

Поскольку именно разработчики создают высокотехнологичный продукт, долина больше не центр создания инноваций. Да, права на продукт принадлежат американской компании, так же как и центр развития бизнеса может находиться в долине. Но магия и химия создания продукта оказываются за ее пределами. А это куда более важный для стартапов процесс.

В чем сейчас сила Кремниевой долины?

Приведу пример двух компаний — Gett и Uber. Трэвис Каланик до Uber основал peer-to-peer шеринговую компанию Red Swoosh, которая подняла только один раунд, более пяти лет существовала фактически без денег на одном энтузиазме основателя и в конце концов чудом была поглощена Akamai, лидером рынка CDN, за $19 млн. Послужной список Шахара Вайсера, основателя Gett, выглядит гораздо солиднее, да и Шахар кажется более сильным менеджером. А результат? $4 млрд инвестиций в американскую компанию Uber не дает практически никакого шанса израильской Gett, которая подняла «всего лишь» сотни миллионов долларов. И сегодня Uber имеет возможность выставлять крайне низкие ставки для клиентов и одновременно, судя по всему, доплачивать водителям такси в Москве, видимо, из инвесторских денег. С таким подходом, мягко скажем, непросто конкурировать.

Как сказал мне один выпускник MBA Стэнфорда в долине, если ты строишь инфраструктурный стартап, в твою компанию могут инвестировать любые деньги, миллиарды долларов. И какая разница тогда, сколько стоят разработчики или чего добились конкуренты: гигантские деньги прощают многие недочеты. А за пределами США сопоставимые инвестиции в стартап привлечь почти нереально, за редким исключением.

Согласно недавней статистике от CBinsights, в США уже 117 стартапов стали единорогами, то есть в результате инвестиций были оценены более чем в $1 млрд, причем 68 единорогов доросли до этого статуса только за последние 12 месяцев. Значит, в США около 70 стартапов привлекают сотни миллионов долларов каждый год.

Марк Андрессен, знаменитый венчурный инвестор, сказал в недавнем интервью, что Юрий Мильнер изменил во многом подход к инвестициям в долине, применив восточноевропейский подход к оценке будущих финансовых потоков и инвестировав в Facebook по заоблачной, казалось тогда, оценке $10 млрд. Очевидно, что сейчас невозможно бороться со стратегией заливания деньгами компаний из долины. И играть по правилам самого знаменитого техноцентра за его пределами не получится. Такой концентрации финансовых ресурсов, направленных в хай-тек индустрию, нет и не будет больше ни в одной стране в мире.

Что делать неамериканскому стартапу?

Можно переехать в Кремниевую долину, но период адаптации и обрастания связями занимает не менее 10 лет, и лучше уж тогда переезжать до окончания школы. Статистика абсолютно большей части иностранцев-миллиардеров новой волны это доказывает.

Есть неформальная статистика, собранная моими знакомыми абитуриентами престижного вуза. Они рассылали просьбы об интервью ведущим американским предпринимателям. Так вот, студенту с американской фамилией ответили около 70% адресатов, с русской — 40%. Подозреваю, что не очень хорошая статистика была бы у студентов и с другими иностранными фамилиями — китайскими или индийскими. А если ты еще и не окончил престижный вуз, не сделал пару успешных проектов в США, то добиться ответа от венчурного фонда или крупных предпринимателей будет на порядки сложнее, не говоря уже о том, чтобы привлечь крупные инвестиции.

Другая возможная стратегия неамериканского стартапа — это ломать стереотипы и использовать слабости американских компаний. Ведь излишнее фондирование дает не только силу, но и порождает слабости. Американские проекты сильно недооценивают и не понимают рынки за пределами США, не спешат там с монетизацией. Между тем китайская экономика очень скоро займет свое былое место в мире, утерянное целых три века назад. Совокупно европейский рынок не меньше американского, стремительно развивается несколько интересных рынков в Азии, многомиллионное население Африки и Южной Америки приобщается к новым технологиям — есть где развернуться за пределами США.

Главное — по большинству модных сегодня направлений есть гандикап в три—пять лет. За это время вполне можно создать плацдарм, который даст возможность обороняться от американской экспансии долгие годы. Как это удается «​Яндексу» и «ВКонтакте», да и тот же Gett еще повоюет за российский и пару европейских рынков.

В России по-прежнему есть разработчики мирового уровня. Чего нам действительно не хватает, так это опыта создания продуктов, востребованных во многих странах. Мы не можем себе позволить первые три-четыре года вариться на собственном рынке, как американцы: он у нас обычно не превышает 1–2% от мирового. Например, решение одной нашей портфельной компании Remoto для рынка Сonnected Сars конкурирует с несколькими американскими стартапами. Remoto уже присутствует на борту у японских и корейских производителей, активно развивает бизнес в Китае. Через пять лет 75% автомобилей будет производиться в этом регионе.

До прихода американских единорогов можно построить мирового лидера, не заходя в США. Такие возможности есть у многих российских стартапов, надо только начать решительно действовать на международном рынке.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.