Четверть - в офшорах

Фото: Екатерина Кузьмина/РБК

Объем частных состояний в России за 2013–2014 годы вырос на 24,7%, до $2 трлн, говорится в обзоре Boston Consulting Group. Почти четверть сумм находилась в офшорах, и к 2019‑му эта доля мало изменится, пишут аналитики.

Отток продолжится

Согласно новому антиофшорному законодательству 15 июня истек срок подачи россиянами уведомлений о владении долями в контролируемых иностранных компаниях (КИК). В Федеральной налоговой службе РБК сообщили, что ведомство начинает работу по агрегированию этих данных.

Несмотря на попытки властей «перевернуть офшорную страницу» до 2019 года, объем российских капиталов, находящихся в офшорах, будет расти примерно на 10,2% ежегодно, прогнозируют аналитики Boston Consulting Group (BCG) в отчете «Мировое благосостояние 2015: как обеспечить рост».

На начало 2015 года объем частных состояний в России вырос на 24,7% к уровню двухгодичной давности и составил $2 трлн, говорится в обзоре BCG. Почти четверть этой суммы — 24% — пришлась на офшоры, причем за прошлый год доля выросла примерно в 1,5 раза по сравнению со средним уровнем 2009–2013 годов.

По прогнозу аналитиков, эта «офшорная доля» в российских капиталах к 2019 году изменится незначительно и составит 22%. Эксперты BCG полагают, что для России доля частных капиталов в офшоре не будет снижаться из‑за политической и экономической нестабильности, напряженной ситуации на Украине, а также исторической тенденции хранения активов в офшорных юрисдикциях.

В целом объем российского частного капитала будет увеличиваться со среднегодовым темпом 11,8% и достигнет отметки $3,5 трлн к 2019 году, считают в BCG.

Границы открыты

Достоверной статистики по офшорам нет, международные эксперты оценивают активы, контролируемые из офшоров, в $20 трлн, говорит РБК заместитель министра финансов Сергей Шаталов. «Какая часть приходится на активы, имеющие российское происхождение, точно не известно. Но несомненно, что их доля велика», — рассуждает он.

«Бегство капиталов имело место, и сейчас российские власти пытаются вернуть их обратно, используя как стимулирующие, так и карательные меры, но не думаю, что это действительно приведет к возврату значительной части этих состояний, — поясняет партнер UFG Wealth Management Дмитрий Кленов. — В России политические и экономические риски высоки при относительно невысокой доходности».

«Резкий перелом в динамике офшоров и оншоров в 2014 году понятен: люди уходили из‑под санкций, боялись ограничений в перетоке капитала, снижали риски. Ожидаемое продолжение динамики — скорее следствие отсутствия реформ и сохранения геополитических рисков», — объясняет руководитель направления «Акции» управляющей компании «Третий Рим» Алексей Дебелов.

Оценить стоимость активов, которые вернутся в Россию, трудно, говорит Шаталов. В Минфине считают, что российское законодательство о КИК получилось не самым жестким по сравнению с другими странами.

«Мы не стремимся закрыть границы или ограничить российскую экспансию на зарубежные рынки. Те, кто захочет покинуть Россию, конечно же, будут учитывать эти факторы, сравнивая российские нормы о КИК с теми, которые действуют в предполагаемой стране пребывания. Будут учитываться и другие обстоятельства, в том числе то, что доходы от источников в России у ее резидентов облагаются по ставке 13%, а у иностранных — по ставке 30%», — поясняет Шаталов.

Россия — драйвер роста

Эксперты BCG пришли к выводу, что на Россию приходится более двух третей совокупных частных состояний в Восточной Европе и рост объема частного капитала в регионе во многом объясняется именно ростом в стране. Быстрее всего в 2013–2014 годах в России росли состояния в размере от $20 до $100 млн — этот сегмент в прошлом году удвоился. В течение пяти лет этот сегмент будет расти на 20,4% в год; к 2019‑му он составит уже 14% всех частных состояний против текущих 9%.

К 2019 году структура активов, среди которых распределяются частные состояния России, изменится, прогнозируют аналитики BCG. Так, 39% всего объема капиталов вместо 30% в 2014‑м придется на акции: эта доля будет расти самыми высокими темпами — по 17,4% ежегодно. Доля наличных и вкладов снизится с 62 до 54%. Если на облигации в 2014‑м приходилось 7% от всего портфеля, к 2019‑му это показатель будет равен 8%.

«Думаю, BCG ожидает постепенного сдвига к западной модели, где доли акций и облигаций в портфелях пенсионных и паевых фондов составляют примерно 45 и 35% соответственно», — полагает Дебелов.

Кленов считает, что рост доли вложений в акции характерен скорее для денег в офшорах: они подвержены общемировому тренду — акции предпочтительнее облигаций. Что касается капиталов не в офшорах, они существуют вне этого тренда и привязаны к российской действительности, добавляет он: «В российский рынок акций никто вкладываться не готов, это не идея инвестирования». Преобладающим инструментом для этих денег являются депозиты, и в ближайшей перспективе это не изменится, заключает эксперт.