Свободным курсом
Свободным курсом
Власти больше не заставляют экспортеров продавать валюту
Кризис на валютном рынке завершился: от экспортеров больше не требуется продавать валютную выручку. Они адаптировались к плавающему курсу и продают, сколько им самим нужно.
Экспортеры адаптировались
Как рассказал РБК топ-менеджер одной из крупных компаний-экспортеров, с марта перестало действовать неформальное требование к частным компаниям продавать валютную выручку на рынке. Эту информацию подтвердил источник в правительстве, оговорившись, что сейчас за ликвидностью пристально наблюдает ЦБ.
В пресс-службе ЦБ РБК сообщили, что Банк России продолжает мониторить валютные активы экспортеров. «Ситуация на валютном рынке показывает, что экспортеры во многом адаптировались к режиму плавающего валютного курса, ритмично продавая валютную выручку и снижая тем самым собственные валютные риски», – говорится в подготовленном пресс-службой комментарии. В нем также отмечается, что для решения проблемы обслуживания внешнего долга российского бизнеса ЦБ предоставляет валютную ликвидность на возвратной основе.
«Рекомендации продавать валюту и не совершать резких необдуманных движений на рынке в конце прошлого года получили не только госкомпании, но и крупные частные экспортеры», – знает менеджер одной из компаний-экспортеров: «Но никто особенно не следил, сколько ты купил или продал долларов, правительство полагалось на совесть руководителей и владельцев бизнесов».
Как успокоили рынок
В «черный вторник» 16 декабря доллар обновил исторический максимум, перевалив за 80 руб., а евро – за 100 руб. На бирже началась паника, однако ЦБ не сдерживал курс. «Мы поняли, что если вмешаемся сейчас, то не перейдем к плавающему курсу. Рынок должен был сам найти равновесие», – комментировала действия регулятора глава ЦБ Эльвира Набиуллина.
Помочь рынку найти равновесие пришлось экспортерам. 16 декабря их стал обзванивать лично Путин. «Задал вопрос: зачем же вы придерживаете? Я, кстати, их не заставлял ничего делать… Он мне: нам нужно платить по кредитам скоро, – рассказывал Путин на пресс-конференции два дня спустя. – Ну а если по сусекам поскрести, можно на рынок выйти? Подумал, через секунду отвечает: ну три миллиарда долларов у нас есть в загашнике… Это только у одной компании».
Экспортеры ответили президенту быстро и дисциплинированно: глава «Роснефти» Игорь Сечин заявил, что госкомпания «участвует позитивным образом в стабилизации валютной системы», а слухи о причастности «Роснефти» к обрушению курса рубля являются «провокацией». А вечером того же дня прошло совещание правительства с участием первого вице-премьера Игоря Шувалова, Набиуллиной и министров финансово-экономического блока, по итогам которого экспортеров призвали к «ответственной позиции» на валютном рынке.
А через несколько дней правительство издало директиву, предписывающую компаниям с госучастием привести к 1 марта 2015 года свои чистые валютные позиции к уровню 1 октября 2014 года. В декабре это предписание получили «Газпром», «Роснефть», «Зарубежнефть», АК «АЛРОСА» и ПО «Кристалл».
Активность снизилась
В марте ситуация на валютном рынке существенно поменялась, говорит начальник дилингового центра Металлинвестбанка Сергей Романчук: «Закончилась активная фаза приведения в порядок балансов компаний-экспортеров».
О снижении активности на валютном рынке говорят и другие участники рынка. По оценке трейдера «Открытия» Сергея Фишгойта, объемы торгов в марте по сравнению с февралем упали в два раза. «С одной стороны, снизился спрос на валюту, что говорит о некоей стабилизации рынка, с другой – поступления валюты от экспортеров также снизилось на 50%», – говорит он. По словам Фишгойта, рубль сейчас больше зависит от динамики цен на нефть и общего тренда доллара, который растет к большинству валют развивающихся стран.
По словам главного экономиста по России и СНГ «Ренессанс Капитала» Олега Кузмина, сейчас уже можно говорить о нормализации ситуации на валютном рынке. «Думаю, что рынок начал восстанавливаться уже в феврале», – говорит он. По мнению Кузмина, сейчас рубль остается относительно стабильным и даже с учетом снижения нефтяных котировок национальная валюта недооценена на 10%.
