Будущее российского сельского хозяйства

Фото: Из личного архива

Несмотря на все заявления властей, в ближайшее время продовольственная инфляция будет расти относительно высокими темпами. Мониторинг Росстата за 11–17 августа уже показывает ускорение темпов недельного роста розничных цен — на несколько десятых процентного пункта — на мясо и рыбу. Пошли вверх цены даже на некоторые виды сезонной продукции, вроде яблок, хотя до прошлой недели они уверенно дешевели.

Российских потребителей бенецифиарами запрета на импорт продовольствия назвать никак нельзя — они будут оплачивать его из своих кошельков. Кто же может выиграть от эмбарго? Это, естественно, поставщики продовольствия из стран, не попавших под запрет, — и, как надеются многие, российское сельское хозяйство.

Оправданы ли эти ожидания? Одного лишь введения запрета, скорее всего, будет совсем недостаточно. Действительно, на фоне роста цен сельское хозяйство, точнее его отдельные сектора, сможет заметно увеличить свою маржинальность. Однако рассчитывать на серьезные новые инвестиции в индустрию сложно.

Во-первых, сельское хозяйство — инерционная отрасль, моментально запустить сельскохозяйственный проект невозможно. Например, строительство нового комплекса в животноводстве — это как минимум несколько лет. В то же время санкции пока введены на год и, судя по тональности последних заявлений властей, могут быть отменены и ранее. 

Во-вторых, на фоне противостояния с Западом растет стоимость финансирования — санкции добавили к ставке по инвестиционным кредитам несколько процентных пунктов.

В-третьих, уже произошедшая (и, вероятно, будущая) девальвация российской валюты автоматически повышает рублевую стоимость новых проектов. Мы серьезно зависим от импорта не только по самому продовольствию, но и по материально-техническим ресурсам, необходимым для его производства: оборудование, машины, родительское стадо, семена и сельскохозяйственная химия.

В-четверых, и рост внутреннего рынка будет постепенно замедляться. По многим видам продовольствия уже достигнут относительно высокий уровень подушевого потребления, а доходы потребителей в последнее время стагнируют и, видимо, будут стагнировать дальше.

В этих условиях качественный скачок в развитии сельского хозяйства возможен только при существенном увеличении государственных расходов на отрасль.

Читатель может недовольно отмахнуться: мы и так вбухиваем в эту «черную дыру» огромные суммы. Однако это не совсем так. Во-первых, почти во всех заметных экономиках мира сельское хозяйство поддерживается государством в той или иной степени. Во-вторых, в России эта поддержка очень и очень невелика. Не будем фокусироваться на набившем оскомину сравнении погектарных субсидий в России и ЕС (они действительно различаются на порядок) или, скажем, на доле сельского хозяйства в расходной части бюджета по сравнению с советским временем — это слишком поверхностный анализ.

Детальной же оценкой поддержки сельского хозяйства занимается ОЭСР. По оценке организации, в 2012 году общая поддержка сельского хозяйства (TSE, Total support estimate) в России оценивалась в 0,81% от ВВП. Вроде бы неплохо по сравнению, скажем, с ЕС (0,73%) и несколько хуже по сравнению с США (1%). Однако если мы примем во внимание, что доля сельского хозяйства в России в ВВП превышает европейский показатель более чем в два раза, а американский — в четыре, картина становится совершенно удручающей. Выходит, что российское сельское хозяйство с учетом его значения для экономики поддерживается в разы скромнее, чем в ЕС и США, хотя по степени своего развития оно заметно отстает от этих стран.

Хорошо, а что с ВТО? Позволят ли принятые нами обязательства в теории увеличить уровень поддержки сельского хозяйства? Позволят. В ВТО у России остается огромное пространство для маневра, в том числе и за счет мер «зеленой корзины» — допустимых субсидий национальным производителям, не ограничиваемых организацией.

А если разворуют? Какую-то часть обязательно разворуют. Но рассуждать, что любые усилия государства по стимулированию сельского хозяйства обречены на провал, несерьезно. У российского государства и бизнеса уже есть серьезная история успеха в свиноводстве и птицеводстве. Напомню, что с середины 2000-х годов производство птицы у нас увеличилось примерно в три раза, а свинины — в два. На этом фоне бурно росло внутреннее потребление, в последние годы вплотную приблизившееся к потреблению в ЕС и превысившее советский уровень.

Хорошо, последний вопрос: где же взять деньги в условиях стагнирующей экономики? Однозначного ответа на этот вопрос у меня нет. Однако осмелюсь предположить, что современное развитое сельское хозяйство и качественное продовольствие — не менее важная для страны вещь, чем проведение масштабных спортивных мероприятий или развитие Крыма. И добиться этого без адекватной поддержки государства не удастся.