Суд назначил сроки наказаний еще одной группе обвиняемых по делу о массовых беспорядках на Болотной площади 6 мая 2012 года: Алексей Гаскаров и Александр Марголин получили по 3,5 года колонии, Илья Гущин — 2,5 года, Елена Кохтарева приговорена к трем годам и трем месяцам условно, при этом Гущин уже имеет право подавать на условно-досрочное освобождение. Приговор призван удовлетворить все стороны — не слишком жесткий и не слишком мягкий, считает политолог.
Группа поддержки «узников «Болотного дела», многочисленная в начале процесса два года назад, в понедельник насчитывала лишь несколько десятков активистов. Почти все они стояли в холле суда, в котором велась видеотрансляция заседания. В зал же судебные приставы пустили только родственников обвиняемых и нескольких журналистов.
Оглашение приговора заняло несколько часов. Выйдя в зал, судья Наталья Сусина сразу же заявила, что вина четырех подсудимых нашла подтверждение во время судебного следствия. Она еще раз повторила фабулу обвинения, отметив, что действия фигурантов дела хоть и не были запланированы ими заранее, носили большую общественную опасность. Судья посчитала доказанным, что все четверо обвиняемых приняли самое активное участие в столкновениях с полицией. С сотрудниками правопорядка они вступали в рукопашную, бросали в них камни и бутылки, подтвердил суд правоту доводов следствия.
Решением судьи антифашист Алексей Гаскаров и бизнесмен Александр Марголин проведут в колонии 3,5 года, национал-демократ Илья Гущин — 2,5 года. Пенсионерка Елена Кохтарева приговорена к трем годам и трем месяцам условно, объявил суд. Гущину суд назначил наказание ниже низшего предела, так как он частично признал вину и «способствовал раскрытию преступления». «Назначая наказание, суд учитывает состояние здоровья подсудимых и учитывает влияние наказание на возможность исправления подсудимых», — сказала Сусина.
В ходе процесса Гаскаров категорически отрицал вину — он настаивал, что дело в отношении его связано с его активной общественной деятельностью. Гаскаров является одним из признанных лидеров антифашистского движения. В 2010–2011 годах он обвинялся по делу о погроме администрации подмосковных Химок анархистами, выступившими в поддержку Химкинского леса, — по этому делу он был оправдан. В октябре 2012 года Гаскаров был избран в Координационный совет оппозиции. Марголин и Гущин настаивали также, что беспорядки на площади спровоцировали сотрудники полиции. Только Кохтарева заявляла, что полностью признает вину и раскаивается. Более того, она заявила об изменении своих политических взглядов: теперь Кохтарева поддерживает действующую власть, а не оппозицию.
Все трое подсудимых уже провели под стражей по полтора года. Гущин уже сейчас может просить об условно-досрочном освобождении, так как он провел более половины срока наказания в заключении. На свободу он должен выйти в июле 2015 года.
Марголин сможет просить об УДО уже в ноябре этого года, но срок наказания истечет только в июле 2016 года. Дольше всех под стражей может оказаться Гаскаров, так как он был задержан позже всех — в апреле 2013 года. Прошение о досрочном освобождении он сможет подать только в январе следующего года, а срок наказания истечет в октябре 2016 года.
Ранее свою вину по делу полностью признал бизнесмен Максим Лузянин, пошедший на сделку со следствием. Как оказалось, он получил самое суровое наказание — 4,5 года колонии, так как его дело рассматривалось первым в конце 2012 года. Левый активист Константин Лебедев, также признавший свою вину и давший показания на своих соратников, лидеров «Левого фронта» Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева, в апреле 2013 года был приговорен к 2,5 года лишения свободы. Он вышел из СИЗО условно-досрочно во вторую годовщину столкновений на Болотной площади, 6 мая 2014 года. Удальцов и Развозжаев, которых обвиняли в организации беспорядков, в свою очередь, 24 июля 2014 года получили 4,5 года колонии.
Вынесенный приговор призван продемонстрировать воспитательный, дидактический характер процесса для общества — потенциальные участники акций протеста увидели решимость государства наказывать за малейшие намеки на неповиновение сотрудникам правоохранительных органов, считает политолог Константин Калачев. Полученные сроки таковы, чтобы удовлетворить все стороны: излишняя строгость способствовала бы росту протеста, а чрезмерная мягкость трактовалась бы как слабость власти, считает он. В то же время строгость (или в зависимости от стороны мягкость) приговора — месседж, являющийся производной от ситуации в стране, когда особенного запроса на имиджевую корректировку в сторону гуманизма государства нет, напротив, есть запрос на заморозку ситуации в стране, говорит политолог.
В настоящий момент из обвиняемых по «Болотному делу» в следственном изоляторе находится только Дмитрий Ишевский. Он был задержан в конце мая 2014 года, ему предъявлены обвинения в участии в массовых беспорядках и применении насилия в отношении сотрудников власти (ст. 212 и 318 УК). Ранее Замоскворецкий суд Москвы приговорил восемь арестованных по «Болотному делу» активистов к срокам от 2,5 до 4 лет колонии.