Голос тренера услышу при любом шуме трибун

Фото: EPA

Чемпионат мира по трековым гонкам в Колумбии стал для российских велогонщиков самым успешным за последние 20 лет. Наша сборная заняла третье место по общему числу медалей, а главным «забойщиком» выступил москвич Иван Ковалев, завоевавший «золото» в гонке с иноземным названием скрэтч. О том, как услышать голос своего тренера в гуле болельщиков и прожить два месяца без семьи, ИВАН КОВАЛЕВ рассказал корреспонденту РБК daily АНДРЕЮ ДЕМИШЕВУ.

— Иван, скрэтч — одна из самых простых трековых гонок с точки зрения правил: кто пересек финишную линию первым из большой группы, тот и победил. Однако с тактической точки зрения тут все не так просто…

— Это правда. Но в Колумбии гонка складывалась по моему сценарию. Вообще в скрэтче, как правило, два сценария развития событий: можно опередить соперников на круг или же спуртовать на финиш из основной группы. Мой финиш не настолько резок, как у некоторых соперников, так что мне больше подходил отрыв. До середины гонки шли атаки, но все они были безуспешными — пелотон легко догонял беглецов. И в начале второй половины дистанции я понял — пора действовать. И атаковал. В итоге мы с гонщиками из Гонконга и Ирландии догнали группу на круг.

— Однако последний круг прошел так, что вместо подиума едва не очутились в больнице.

— На финишной прямой меня сбил колумбиец, видимо, почувствовал себя хозяином трассы, так что я чудом не упал. Меня обошли несколько соперников — и я не видел, есть ли среди них гонконговец и ирландец, которые были со мной в отрыве. Так что пока судья не объявил мою фамилию, не был уверен, что победил.

— Кто первым поздравил?

— Тренер Алексей Марков, который был со мной на полотне трека, давал подсказки.

— Как удается следить за своим тренером, ведь у каждого спортсмена тренер свой, а поскольку много гонщиков из бывшего СССР, то и кричат многие по-русски?

— Голос Маркова я услышу при любом шуме трибун. Вообще тренер говорит, если ты едешь в отрыв, сколько за тобой соперников, как далеко пелотон, чтобы ты лишний раз головой не вертел. А вообще мы с Алексеем еще на Олимпиаде в Лондоне выступали вместе — теперь он тренер, для него это первый чемпионат мира в новом качестве. И результаты нашей совместной работы — золотая медаль чемпионата мира — говорят сами за себя.

— За плечами у Маркова пять Олимпиад. Пойдете по его стопам?

— Ох, не знаю. Много будет зависеть от Олимпиады в Рио. Если после нее не будет желания продолжать карьеру, то никакие коврижки не помогут. Но пока о завершении карьеры я, разумеется, не думаю.

— Однако скрэтч, в котором вы стали чемпионом, в программу Олимпиады не входит. Признайтесь, жаль?

— Знаете, будь моя воля, включил бы в олимпийскую программу все виды, которые были на чемпионате мира. Это было бы интересно и для зрителей, и медалей для России можно было бы больше заработать.

— К слову, о медалях — в командной гонке преследования, как и на Олимпиаде в Лондоне, сборная России снова осталась четвертой. В чем причина, что «деревянные» медали не удалось сменить хотя бы на «бронзу»?

— Решающей стала квалификация, где от австралийцев, попавших в финал, нас отделила 0,1 секунды. Какие были ошибки? Если ты проигрываешь секунду — тут можно что-то разбирать и анализировать. А если 0,1 — то это просто судьба.

— Теперь вы чемпион мира. Наверняка это позволит подписать более солидный профессиональный контракт с шоссейной командой?

— Трудно сказать. У мужчин последнее «золото» на соревнованиях такого уровня было в 2004 году на Олимпийских играх. Так что перед глазами просто нет более современного примера, что обычно в России происходит с чемпионами.

— Россия впервые в постсоветское время — третья по сумме медалей трекового чемпионата мира. За счет чего прогрессируете?

— Если существует система, то она работает. В последнее время коренным образом изменилось финансирование, появился Общероссийский проект развития велоспорта. Мы можем проводить полноценные сборы, участвовать в шоссейных гонках в качестве подготовки к трековым соревнованиям. А когда-то перед Олимпиадой в Пекине я выступил всего в трех гонках за год.

— За подготовкой к чемпионату мира удалось ли посмотреть Олимпиаду в Сочи?

— Только то, что показывали в Южной Америке, — хоккей и фигурное катание. Самый драматичный момент — выступление Евгения Плющенко в командных соревнованиях. После того как он откатался, я встал и начал аплодировать. Наверное, было довольно глупо — ведь я был один в комнате. Думаю, многие, кто стал говорить о нем плохо, просто хотят разделить его славу с помощью этой критики.