«Мы, быть может, недостаточно эффективно хозяйствуем в Арктике, но зачем передавать ее под чужой контроль?»

Фото: PhotoXpress

Известный полярный путешественник и писатель, председатель Полярной комиссии, член Русского географического общества и географического общества США ВИКТОР БОЯРСКИЙ в интервью корреспонденту РБК ЕВГЕНИЮ МЕДВЕДЕВУ рассказал, что нужно делать с «пиратами» от «Гринписа», почему не прав профессор Сергей Медведев и зачем России Арктика с Антарктикой.

— Сейчас все мировые СМИ бурно обсуждают акцию «Гринписа». Как вы оцениваете акцию экологов?

— Я не покажусь вам оригинальным: считаю, что методы, использованные активистами, — то ли набег, то ли налет — не соответствуют заявленным целям. Все понимают, что экология Арктики — это не пустые слова, а серьезная проблема. Самое страшное, что может случиться, — разлив нефти, пятно при тех условиях и температуре останется надолго.

Да, к проблеме экологии надо привлекать внимание. Если «Гринпис» владеет информацией о нарушениях на платформе, тогда стоит кричать об этом, добиваться, чтобы ее закрыли. Это было бы более действенно.

Мне же кажется, что акция была политически подсвечена. Почему такого резонанса не было в Мексиканском заливе? Не связано ли это с тем, что в Арктике работают «Роснефть» и Exxon, а у берегов США — ВР?

Конечно, обвинения в пиратст­ве — это чушь собачья. Они оказались в экономической зоне России, они были в районе Севморпути. У нас в России установлены свои правила, и мы можем требовать их выполнения. Капитан корабля никого не поставил в известность о своих планах, а потому пароход нужно было арестовать и лишить капитана лицензии. Оставлять такие акции совершенно безнаказанными нельзя, чтобы в будущем не было рецидива.

— Стоит ли России экономически осваивать Арктику?

— Да, при соблюдении технических условий и требований. Поймите: без риска сегодня невозможно ничего сделать, нет 100-процентной гарантии, но, используя многолетний опыт, подходя к делу бережно, можно предотвратить, предвосхитить последствия. У меня была возможность оценить, как все это происходит. И поверьте: как работали в СССР и сейчас — это день и ночь. Никто тогда не смотрел, есть разлив нефти или нет. А бочки, которые наводнили Арктику?

Теперь же в Арктике присутствуют иностранные компании, есть контроль со стороны экологических организаций. До того как начать разработки, проводится анализ рисков, принимаются все меры предосторожности, и происходит это не на словах, а на деле. Мы понимаем, что не должны быть врагами самим себе, на безопасности экономить нельзя.

— Профессор ВШЭ Сергей Медведев выдвинул инициативу передать Арктику под международный контроль, за что президент Путин назвал его придурком. Как вы относитесь к подобному предложению?

— Я считаю это недопустимым. Кому отдавать прикажете? Да, мы, быть может, недостаточно эффективно хозяйствуем в Арктике, но зачем передавать ее под чужой контроль? За что боролись, сложили головы столько наших поколений? Неужели на Западе все такие зеленые и пушистые?

— А зачем России присутствие в Антарктиде?

— Как вы знаете, в Антарктиду мы пришли не самыми первыми, но и не самыми последними, пускай и открыли ее. Мы постоянно в Антарктиде с 1955 года и, к счастью, не уходили. Правительству хватило прозорливости понять, что геополитические интересы России в Антарктиде должны быть, в итоге здесь сохранилось более 50% нашего присутствия, остались пять станций из восьми.

Говорить о том, что Антарктида — источник несметных богатств, пока рано, но остаться без этого пирога было бы неправильно.

Согласно заключенному в 1959 году международному соглашению, Антарктида объявляется континентом мира и сотрудничества. Этот материк очень важен: здесь можно наблюдать определенные изменения климата в чистом виде, оценить космическое влияние, антропогенные изменения. Наше присутствие также позволяет разместить там системы космического слежения, ведь прежних мощных судов нет, а ГЛОНАСС работать должен. В итоге три станции используются для коррекции орбиты спутников. Наконец, мы на передовых позициях в изучении озера Восток, этого уникального климато-исторического объекта. Мы поддерживаем свой научный статус, и это очень важно.

Полную версию интервью читайте в рубрике «Прямая речь» на top.rbc.ru/viewpoint