Путин «переборщил» с Федоровым

Фото: ИТАР-ТАСС

Перед совещанием по уборке урожая, где Владимира Путина удивили суммой ущерба села от засухи (6,2 млрд руб. — вдвое больше, чем от потопа на Дальнем Востоке), президент посмотрел, как убирают кукурузу на Кубани, и поел борщ с комбайнерами. Героем дня стал министр сельского хозяйства Николай Федоров: за обеденным столом он рассказывал, что возбуждает село, а на совещании предлагал молиться.

Перед совещанием президент побывал на кукурузном поле, которое вовсю косила импортная техника. У кромки накрывали походный стол: сало, яйца и соленья. Из напитков — компот. «Это квас?» — поинтересовался Владимир Путин, взявшись за графин. «Это изварка», — не добавил ясности комбайнер.

«В советское время на комбайнеров смотреть жалко было, — глянул на соседей по столу губернатор Александр Ткачев. — Работали потные, как шахтеры. Сейчас на «мерседесах» могут хоть ночью работать». «Отечественную технику используете?» — поинтересовался президент. «Нет», — дружно ответили комбайнеры. «А потому что предпочитают импортное», — без тени сожаления констатировал Николай Федоров. «Почему даже конкурентоспособная наша техника не продается?» — не отпускал тему президент. «Механизмы поддержки изменились: раньше крестьян субсидировали, теперь машиностроителей», — напомнил о нормах ВТО Федоров. «Субсидии доходят?» — обратился к крестьянам Владимир Путин. «А куда ж?» — не удержался губернатор. «А туда же, — отреагировал президент. — 74% субсидий всего доведено». «У нас все 100% — на местах, на счету — ноль», — сделал характерный жест рукой Ткачев.

Порадовались на местах и новой «погектарной» схеме поддержки (900 руб. на гектар в Краснодарском крае). «Мы посчитали: на ГСМ и удобрения раньше было то на то: 3 млрд руб. на край, — признался Ткачев. — Но погектарная поддержка понятнее и прозрачнее». И попросил еще 700 млн на субсидии по инвесткредитам. Ставка в Сбербанке близка к 10%, фермеры без субсидий не тянут, аргументировал губернатор.

«Госпрограмма по поддержке сильно возбудила село», — вставил свое слово Федоров. «Хорошо сказал», — рассмеялся президент. «Мотивировала», — поправил губернатор. «Выстроилась очередь за поддержкой», — не моргнув глазом продолжал Федоров.

На этом поднесли борщ. «Отечественный рынок полностью удовлетворен белым сахаром», — не унимался министр. «Пока вы нас снимаете, как борщ есть?» — посмотрел на журналистов Владимир Путин и продолжил обед уже без прессы.

На совещании президент напомнил, что прогноз по сбору зерновых в этом году снижен с 95 до 90 млн т. Сказались засуха в десяти регионах и потоп на Дальнем Востоке. «Погода редко балует крестьян — не одно, так другое», — философски заметил глава Минсельхоза. И озвучил суммы ущерба от непогоды: 3,1 млрд руб. — от потопа на Дальнем Востоке (с учетом упущенной выгоды — 7,9 млрд), 6,2 млрд — от засухи в десяти регионах России (с учетом упущенной выгоды — 11,4 млрд).

«Ущерб от засухи вдвое больше, чем от наводнения?» — недоверчиво переспросил Владимир Путин. «Нужно молиться Всевышнему, чтобы дождей была масса», — нашелся Федоров. «Молиться нужно, — не возражал Путин. — Но нужно и работать. Просчитайте все». И, взяв ручку, все же уточнил: 3,1 млрд — это помощь дальневосточному селу, включая строительство дамб? Федоров кивал, но замглавы Минфина Андрей Иванов возразил: «Дамбы отдельно через бюджетные кредиты».

Вернулся президент и к падающим продажам отечественной сельхозтехники на внутреннем рынке — на 20% с начала года. «Понимаю, есть западная техника и наша, — пожал плечами он. — Но даже продажи нашей конкурентоспособной снизились». Среди конкурентоспособных всего несколько комбайнов «Ростсельмаша», уточнили участники совещания, а с тракторами вообще беда.

Г-н Федоров и тут не остался в стороне, кивнув на ростовского губернатора Василия Голубева, который не хочет покупать комбайны своего же, местного Константина Бабкина (совладелец «Ростсельмаша»). Голубев явно растерялся и даже покраснел. «Наверное, и производители не все сделали, и государство, — заступился за Голубева с Бабкиным президент. — Надо и их заставить вкладываться, рисковать денежками, и самим поддерживать, чтобы солидарная была ответственность. Может, всю линейку не надо производить, а только ту, что пойдет? Технологии перетаскивать. Поработаем с Минпромторгом».