Недавно на обложке приложения к одному крупному ежедневному английскому изданию, цель которого — стимулировать инвестиции в Россию, был изображен президент Путин на мотодельтаплане в роли вожака стаи журавлей во время миграции, а разгромная статья пестрела пугающими словами «коррупция», «мышцы и Harley Davidson», «Pussy Riot», «авторитаризм». После такого только психически нездоровый человек захочет вкладывать средства в российскую экономику.
Но хотя по сравнению с двумя предыдущими годами, когда экономический рост России достигал 4,5%, ожидаемые 3,6% в 2012 году — это некоторый спад, такому результату сегодня могут позавидовать все страны ОЭСР. Уровень безработицы в Испании превышает 26%, Греция задыхается под бременем долгов на фоне социальной катастрофы, Италия и Ирландия признали состояние рецессии, показатели экономического роста Великобритании и Франции близки к отрицательным.
В августе уровень безработицы в России снизился до рекордных 5,2%. Инфляция стабилизировалась на отметке 6,5%, а показатели производительности, несмотря на сильный спад в 2009 году, уже в 2010 году снова достигли вполне приемлемых значений, особенно в перерабатывающей промышленности и строительной отрасли. Благодаря грамотной политике Центробанка кредиты стали более доступными. Налогообложение прибыли компаний по-прежнему не выходит за рамки разумного (ставка в среднем составляет 30%), а подоходный налог никак нельзя назвать грабительским (фиксированная ставка 13% независимо от объема доходов). Таким образом, Россия сохраняет прочные позиции в мировом сообществе, особенно благодаря периодической девальвации рубля (чего члены еврозоны себе позволить не могут).
Опасность же для России, помимо коррупции и все более жесткой внутренней политики, представляет и другая ее вечная проблема — зависимость от углеводородов. В период с 2000 по 2008 год за счет 388-процентного роста цен на нефть госбюджет России существенно увеличился, однако начиная с 2015 года вполне может возникнуть дефицит. Если в 2007 году цена нефти в 37 долл. за баррель позволяла России достичь сбалансированности бюджета, то сегодня для этого потребуется уже 117 долл. за баррель. На фоне спада мировой экономики, а также быстрого возвращения уровня добычи нефти в Ираке и Ливии к довоенным показателям цена на этот энергоноситель может серьезно «просесть». Еще, пожалуй, большая опасность кроется в росте интереса к сланцевому газу, который грозит поставить под вопрос весь российский энергетический сектор, а также его тарифы, применяемые к европейским потребителям. «Газпром» индексирует свои цены по котировкам нефти — т.е. около 14 долл. за баррель, в то время как его норвежский конкурент Statoil недавно подписал десятилетнее соглашение о поставке газа в Германию по спотовым ценам: около 3,5 долл. за баррель. А важность экономической и геополитической роли российского газового гиганта и его влияние (в особенности в Центральной Европе) хорошо известны.
Волны антироссийских настроений в западных СМИ и сюрреалистические заявления о Владимире Путине после принятия Жераром Депардье российского гражданства, а также приостановка строительства православного храма в Париже вновь избранным французским президентом — вот лишь некоторые причины (помимо чисто экономических соображений), по которым держава на перепутье Европы и Азии может сейчас обратить свой взгляд на Восток (вероятно, к несчастью для стран еврозоны). Объем российско-китайской торговли (70 млрд долл.) уже превзошел объем торговли России с ее давним партнером — Германией (60 млрд долл.). Япония, которая недавно приняла решение об отказе от использования ядерной энергии, крайне нуждается в российском топливе, и эта зависимость позволит России поддерживать здесь более высокие цены на энергоносители, чем на Западе. Энергетические аппетиты Кореи и Китая также предвещают выгодное сотрудничество. Запуск нового газопровода Восточная Сибирь — Тихий океан позволит подавать 12 млрд куб. м газа в год на юг Корейского полуострова (в настоящее время туда поставляется лишь 1,5 млн российского СПГ). К тому же запланированное развитие наземной транспортной инфраструктуры (железных и автомобильных дорог) сократит транспортное сообщение Запада с Востоком до всего десяти дней, в то время как сейчас транспортировка грузов морем занимает шесть недель.
Пока Евросоюз занимается самобичеванием, на Востоке восходит солнце. В данном регионе изменение мирового порядка уже приняло весьма конкретную форму. Исторический опыт показывает, что радикальные перемены всегда требуют определенного «разгона», однако в прошлом люди были склонны недооценивать скорость, с которой они в итоге происходят. Постараемся же подготовиться к ним в этот раз.
