Сырье из хомячков: зачем фармгиганты вкладывают миллионы в биосимиляры
Сырье из хомячков: зачем фармгиганты вкладывают миллионы в биосимиляры
Почти за пять лет завод GR выпустил около 30 партий сырья для биосимиляров по 300–500 л. Пока субстанции идут на клинические испытания, первые лекарства компания планирует выпустить на рынок к 2021 году
«В этом помещении начинается дорога маленьких клеточек», — поясняет Балаж Кишш, директор расположенного в Дебрецене биотехнологического завода венгерской компании Gedeon Richter (GR). С Кишшем мы идем по «чистому» коридору завода, открывшегося в 2012 году: через его окна видно помещение, где производят терапевтические белки для лечения онкологических и иммунологических заболеваний. Из белков делают субстанции будущих лекарств — биосимиляров. Биосимиляр — аналог созданного ранее оригинального биопрепарата: он отличается от обычного тем, что производится не химическим синтезом, а на основе клеток живых организмов. Первые производители биопрепаратов появились в 1980-х, к началу XXI века их патенты на эти лекарства стали заканчиваться, поэтому у других фармкомпаний появилась возможность выпускать аналоги.
Сырьем для биосимиляров служат клетки млекопитающих, чаще всего — из яичников китайских хомячков. Такие материалы производят специализированные компании: очаг клонирования клеток был запущен в 1980-е годы, с тех пор колония этих клеток подстраивается под конкретные нужды, объясняет Кишш. По его словам, полученные от поставщиков клетки первым делом помещают в специальные резервуары емкостью 2 л и «кормят» питательной жидкостью, которая содержит «все гормоны, составляющие, которые нужны, чтобы существовал организм млекопитающего».
За счет питательной среды клетки размножаются, и их с помощью насоса перемещают в большой «болтающийся ферментор», который соединен с резервуаром поменьше силиконовой трубкой. Так растущая колония путешествует из одной емкости в другую — сначала объемом 200 л, затем в биореактор на 1–1,5 тыс. л. Через две-три недели биомасса попадает в сепаратор — центрифугу, где нужные белки отделяются от самих клеток, очищаются и упаковываются в ампулы по 10 мл. Это и есть сырье.
Почти за пять лет завод GR выпустил около 30 партий сырья по 300–500 л, стоимость производства каждой — несколько миллионов евро. Пока субстанции идут на клинические испытания, первые лекарства компания планирует выпустить на рынок в ближайшие пять лет: к этому моменту рынок биоаналогов вырастет почти в шесть раз. В 2018‑м из-под патентной защиты выпадут сразу несколько популярных биолекарств, общий объем продаж которых в 2013 году Research and Markets оценивал в $9 млрд. К 2022-му потерять «эксклюзивность» должны еще 11 лекарств, на которые суммарно приходится почти половина продаж всех биопрепаратов, или около $72 млрд, указано в отчете Deloitte. Все это — потенциальный рынок для производителей «биологических дженериков». К 2020 году он вырастет до $28 млрд с нынешних $5 млрд, следует из сентябрьского исследования Research and Markets.
Биосимиляры разрабатываются быстрее оригинальных лекарств. Кроме того, стоимость биоаналогов на 10–30% ниже, указывают аналитики TechNavio.
GR вложила в венгерское производство около €60 млн. Это ниже среднего «чека» для отрасли: например, исландская Alvotech в 2013-м объявила об инвестициях в размере $250 млн в новое производство, Sandoz открыла новый завод за €150 млн в Австрии в 2015-м. Samsung, который семь лет назад объявил биофармацевтику новым стратегическим направлением бизнеса, в 2011-м вложил $300 млн вместе с Biogen в разработку биоаналогов.
Впрочем, места на рынке хватит многим: «Компании стремятся занять нишу, поскольку конкуренция в ней пока не так высока, как, например, в сегменте воспроизведенных препаратов (дженериков), а потенциал ее огромен», — объясняет представитель Sandoz Александр Алексеев. Аналитик Frost & Sullivan Дмитрий Распопов добавляет: ниша биоаналогов «растет и будет расти гораздо быстрее всего фармацевтического рынка — средний темп роста до 2025-го будет превышать 30% в год».
