В плену у доллара

Фото: АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

Девальвация валют развивающихся стран, которая наблюдается вот уже почти год, по масштабам сопоставима с потерями 2008–2009-х. Но тогда среди инвесторов преобладало мнение, что паника на emerging markets – это локальный симптом глобальной лихорадки, спровоцированной американским ипотечным кризисом. С последней волной девальвации все иначе. Инвесторы уверены, что развитые страны отползли от края пропасти на некоторое безопасное расстояние. В то же время развивающиеся наделали кучу ошибок. Они привыкли к дармовой ликвидности, вливаемой в мировую финансовую систему центробанками США, Европы, Японии. Как результат, впереди замаячил призрак долгового кризиса в Бразилии, Индии, Турции... Так что бурного восстановления курсов валют развивающихся стран, как это было после потрясений пятилетней давности, ждать не стоит. Наоборот, они останутся под прессом. «Продавливать» будут и рубль, тем более что экономические проблемы России, которые еще недавно не казались драматичными, могут усугубиться из-за конфликта с Западом по поводу Украины.

Контрастный душ

С тех пор как в мае 2013 года американская Федеральная резервная система объявила, что сокращение долларовой накачки экономики не за горами, доллар укрепился к валютам крупных развивающихся стран в среднем на 12%. А удорожание евро превысило 17% благодаря «аскетизму» Европейского центрального банка. К началу марта нынешнего года стоимость «развивающихся» валют в среднем была даже ниже «панического» уровня, зафиксированного зимой 2009-го! А ведь, судя по экономической динамике, дела у emerging markets вовсе не плохи. Так, по итогам 2013 года в среднем по 20 крупнейшим государствам этой категории ВВП увеличился на 3,4%, согласно данным МВФ. Тем временем аналогичный показатель по 20 крупнейшим развитым странам едва превысил 1%. В 2014–2018 годах от первых ожидается рост в среднем на 4,3%, от вторых – на 2,3%.

Развивающиеся страны страдают от последствий разрушительных потрясений 2008–2009 годов не больше, чем развитые. А главное, и те и другие пытались и сейчас пытаются преодолеть кризис с помощью того же самого трюка – поддерживая слабые звенья экономики вливаниями бюджетных средств и «спонсированием» кредитных рынков за счет денежной эмиссии. И все-таки есть как минимум одно важное драматичное отличие, которое в конце концов и привело к недавней девальвации. Если развитые экономики подсели на свой собственный финансовый допинг, то большинство развивающихся – на «импортный».

Политика ультранизких процентных ставок в США и Европе послужила причиной того, что тамошние инвесторы начали рыскать по всему свету в поисках высокодоходных, пусть и более рискованных, активов. Западные капиталы хлынули на периферию – в emerging markets. По данным Института международных финансов (IIF), нетто-приток частного зарубежного капитала в развивающиеся страны, сократившийся в 2008 и 2009 годах почти вдвое по сравнению с опасным рекордом 2007-го (1,2 трлн долларов), вернулся к нему уже в 2010-м и с тех пор оставался на этом очень высоком уровне.

«Политики развивающихся стран опрометчиво решили, что потрясения в финансовой системе США и других развитых государств радикально изменили баланс сил в глобальной экономике. Что премиальный статус тех же США подорван, а потому международные инвесторы будут относиться к emerging markets более серьезно, как к «взрослым» рынкам, то есть не будут бросаться на выход при первых же признаках экономических неурядиц», – рассуждает гендиректор УК «Арикапитал» Алексей Третьяков. Но, как показала жизнь, на деле мало что изменилось.

Развивающиеся страны наглотались дешевых долларов и евро, благодаря чему их валюты вскоре после краха пережили бурное восстановление. Что в этом плохого? А то, что в отсутствие структурных реформ, которые содействовали бы росту производительности экономики, например за счет инноваций и раскрепощения предпринимательства, это приводит к снижению ее глобальной конкурентоспособности. И в конечном счете ухудшает сальдо текущего баланса. Посмотрите, скажем, на бразильский реал. К концу 2012-го он практически полностью отыграл потери, понесенные во время девальвации 2008–2009 годов. И что в итоге? Если в течение пяти лет до шокового 2008-го у Бразилии было пусть небольшое, но все-таки положительное сальдо текущего баланса, то потом плюс сменился на минус, который стал расти с каждым годом. В 2013-м отрицательное сальдо торгового баланса составляло около 3% ВВП. При этом у страны примерно такой же дефицит госбюджета.

Бразилия получила тот пресловутый «двойной дефицит», что так часто ставят в вину США, и вынуждена занимать иностранную валюту, чтобы закрывать дыру в текущем балансе. А ведь валюта требуется ей и для погашения внешнего долга, который за годы «посткризисного восстановления» вырос более чем на 70%. И все бы ничего, да вот Федрезерв предпринимает меры, из-за которых доступность долларов на мировых рынках снижается.

Особенная стать

В очень похожем положении оказались многие крупные развивающиеся страны. Появился даже новый термин – Fragile Five («хрупкая пятерка»). К ней помимо Бразилии аналитики относят Индию, Индонезию, Турцию и ЮАР. У них все те же проблемы – существенный рост внешнего долга при заметном минусе баланса текущих внешнеэкономических операций. Вылечиться от них можно с помощью болезненных реформ в сочетании с более гибкой валютной политикой, которая в данный момент означала бы более глубокую девальвацию валют. Но решатся ли на такие смелые шаги власти Бразилии, Индии и Турции, где в нынешнем году пройдут президентские и парламентские выборы?

А что же Россия? «Она вполне в тренде снижения кредитного качества развивающихся стран, – говорит управляющий партнер инвесткомпании Spectrum Partners Андрей Лифшиц. – Экономический рост замедлился до уровня развитых стран (а то и ниже), зависимость от цен на природные ресурсы не ослабевает. Резервы в случае ухудшения мировой конъюнктуры могут быть растрачены на социальную поддержку населения и прочие непроизводительные нужды».

Стараниями государства доходы и расходы граждан после 2008 года росли намного быстрее производительности экономики. В то время как из-за недостатка инвестиций в развитие бизнеса предприятия просто не могли наращивать выпуск товаров темпами, достаточными для удовлетворения внутреннего спроса. Зато они столкнулись с резким увеличением издержек производства вследствие повышения уровня зарплат в экономике (его подстегнула щедрая индексация в госсекторе) и роста тарифов естественных монополий. В результате ценовая конкурентоспособность российских товаров значительно ослабла.

В итоге мы имеем стремительно сужающееся положительное сальдо текущего баланса. До шока 2008 года оно превышало 5% ВВП, в 2012-м составило 3,6%, в 2013-м – всего 1,6%. Прошлогоднее сальдо в размере 33 млрд долларов (72 млрд годом ранее) было с лихвой перекрыто нетто-оттоком частного капитала – отсюда и давление на рубль.

«Дальнейшее снижение положительного сальдо текущего счета платежного баланса в России практически неизбежно, и ослабление рубля только замедлит этот процесс, но не повернет его вспять», – утверждает главный экономист Credit Suisse по России и странам СНГ Сергей Волобоев. По его мнению, уже через год, а то и раньше сальдо может стать отрицательным.

Дыру придется закрывать внешними займами, между тем внешний долг с конца третьего квартала 2008-го по конец третьего квартала 2013-го вырос примерно на треть – с 540 млрд до 714 млрд долларов. Тем временем Банк России недавно отрапортовал о падении международных резервов России ниже уровня 500 млрд долларов. Напомним, что «горячий» сентябрь 2008 года страна встретила с заначкой в 580 млрд долларов. Тогда резервы перекрывали весь внешний долг страны, и все равно ее затрясло. Сегодня покрытие составляет менее 70%.

Наряду с этим фундамент отечественной валюты подвергается новой встряске из-за событий на Украине. Связанная с геополитическим дележом конфронтация России и Запада однозначно повлечет за собой снижение притока иностранных капиталов в нашу страну. Притом что вывоз капитала как минимум не сократится, суммарный эффект будет сильно отрицательным. В конце февраля, до того как события на Украине привели к жесткому выяснению отношений между Россией и США с ЕС, Минэкономразвития прогнозировало нетто-отток капитала в 30–35 млрд долларов по итогам первого квартала и 25 млрд – по итогам всего 2014 года. Теперь-то очевидно, что обе цифры будут намного выше. Закупорить эту дыру «затычкой» пока что положительного сальдо текущих операций никак не получится. Для баланса нужен слабый и еще более слабеющий рубль.