Подписаться«Макс»

Когда зрителю предлагают фильм про автомобили, нетрудно догадаться, что это будет не только история о соревнованиях и кусках железа на колесах. «Гонка» Рона Ховарда, например, сталкивает аскетизм и гедонизм: два пилота ведут диалог на языке, который целиком понятен людям, что живут в шаге от смерти. «Ford против Ferrari», с которым «Битву моторов» сравнивали после выхода трейлера, — корпоративная трагедия о том, что капитализм всегда переиграет (и уничтожит) человека, который хочет его обхитрить. Наконец, прошлогодний «F1» — причудливая автосказка о чутье гонщика, которое никогда не отрегулирует ни один бездушный регламент. Автомобиль во всех этих историях — переводчик для героев, которые без участия машины не в состоянии поговорить.

Отечественное кино на территорию автосоревнований едва ли заходило. За национальную гордость у нас отвечали коньки (франшиза «Лед»), шахматы («Чемпион мира») и баскетбольная площадка («Движение вверх»). «Битва моторов» — первая большая картина, где человеческое достоинство измеряется лошадиными силами, а историческая правота — сцеплением, которое не подводит. Только за смену декораций хочется выдать поощрительный приз режиссеру Илье Маланину, правда, кино выходит на рабочие обороты лишь к середине хронометража.

Действие разворачивается в начале XX века. Андрей Нагель (Иван Янковский) — издатель журнала «Автомобиль», гонщик и энтузиаст до мозга костей (в его случае энтузиазм практически стал профессией) обивает пороги Министерства путей сообщения с идеей, которая всем кажется откровенным чудачеством. Он хочет делать русскую машину в России. Над ним беззлобно посмеиваются чиновники: «Ваш дед открыл Лермонтова, печатал Достоевского, а внук возится с автомобилями».

Поставщик немецкой марки Benz Густав Лист (Ехезкель Лазаров) объясняет Нагелю, что русский автомобиль, построенный в России, это оксюморон. Но Андрей не сдается и едет в Ригу, где уговаривает председателя правления Русско-Балтийского вагонного завода Михаила Шидловского (Алексей Гуськов) сменить профиль деятельности. В процессе разработки соратником Нагеля становится нелюдимый механик Дмитрий Бондарев (Юра Борисов). Через несколько лет они вместе сядут в новенький «Руссо-Балт», чтобы принять участие в ралли Монте-Карло и проехать три тысячи километров по Европе — части света, где русскую машину вообще-то совсем не ждут.

Первый час фильма напоминает иллюстрацию методички под названием «Патриотический спортивный блокбастер», обнаруженной на блошином рынке. Главный герой непременно терпит крах и крупное разочарование. Следует трогательная ночь отчаяния, после которой Нагель временно отказывается от мечты, на которую «положил всю жизнь», а заодно финансовые и имущественные накопления семьи. Знакомство с Бондаревым непременно оборачивается притиркой характеров — будут и разговоры на повышенных тонах, и обязательный мордобой русских мужиков, извалявшихся в грязи, и чудотворное единение, перерастающее в крепкую мужскую дружбу.

На этом фоне мелькают другие «обязательные атрибуты»: стачка рабочих, недовольных деятельностью руководства; проливной дождь для усиления саспенса в процессе императорской гонки. Словом, первый час зритель «едет» вместе с персонажами, зная каждый следующий поворот, и изредка развлекается, когда угадывает место следующего падения героев.

С реальной историей «Битва моторов» обходится вольно, но это меньшая из проблем — в конце концов это не документальное кино. Однако в настоящем ралли рядом с Нагелем сидел сотрудник журнала «Автомобиль» Вадим Михайлов, а Дмитрий Бондарев уже руководил производством и ни в какое Монако не ездил. Подмену отчасти можно оправдать: перед нами кино о двух одержимых, что учатся делить салон одного автомобиля — тесного, российского.

В лучших традициях патриотического спортивного блокбастера главные злодеи картины — иностранцы. Именно их руками (в сопровождении демонического смеха) упорству и труду русских мечтателей мешает «западный партнер» в лице Густава Листа. Он «назначается» удобным опереточным антагонистом со всеми приметами внешней неприязни. Фильм делает все, чтобы никому в голову не приходило узнать, кем тот был на самом деле. Настоящий Густав Лист принял российское подданство и выпускал в России пожарные насосы. Да, он ввозил в страну «Бенцы», но едва ли посвящал жизнь унижению зарождающегося русского автопрома.

Перелом в фильме наступает во время того самого «грязевого заезда». Ливень, поначалу работавший как штамп, промывает мозг нашим мечтателям, а скоростному «Руссо-Балту» инжектор. Настоящие «моторы» фильма — не машины, а актерский дуэт Ивана Янковского и Юры Борисова, отменно работающий с первой до последней минуты. Как будто Янковский, внешне напоминающий Томаса Шелби из «Острых козырьков», — человек, способный заразить идеей всех, кто оказывается рядом, — повстречал волка-одиночку в лице Бондарева, и эти двое неожиданно сработались. Пока Нагель обещает больше, чем может дать, Бондарев снова и снова идет у него на поводу, но в отдельные моменты способен сказать «нет» тому, кто не привык слышать подобного. Это органичная связка мечтателя и скептика.

Лучшее, что есть в фильме, — сцены с их участием, причем любого характера. От рядовых споров в интерьере завода и мордобоя на трассе до рождественских посиделок в кругу семьи и радушных объятий в финале.

На фоне патриархального единения не находится места Лидии (Паулина Андреева) — героине, которая весь фильм пребывает, мягко говоря, в тени мужских фигур. На старте мы видим небезынтересного персонажа (гонщица, разбирается в моторах, дерзкая и самобытная), задействованного в сюжете, что само по себе для российского кино редкость. По ходу развития сюжета про Лидию элементарно забывают, оставляя где-то между бурной деятельностью на заводе и адреналиновым эпатажем на трассе. Кажется, что костюмы и шляпы героине Андреевой подбирали с куда большим вниманием, чем прописывали роль в сюжете.

Обаятельный в «Битве моторов» император Николай II (Сергей Волков) — царь с наклонностями стендап-комика, который между подписыванием документов и оглашением распоряжений не упустит возможности подколоть кайзера Германии, кузена Вильгельма. К сожалению, ближе к финалу фигура императора превращается в универсальную развязку любых конфликтов. Как только Николай II появляется в кадре, зритель точно знает — любой напряг и вопрос будет разрешен одним движением бровей или кивком. Не иначе как сказочная утопия о власти в Российской Империи.

Столь ожидаемая гонка напоминает о себе в финальные 30–40 минут. Для иллюстрации ралли Илья Маланин выбирает морфологию сказки Проппа, которая работает лучше сухого журналистского репортажа. Отсюда и крайне обаятельный финал, в котором герои осознают несостоятельность вечного бега в ожидании чужого одобрения. Оказывается, что важнее не место в гонке, а цельность машины, которая проехала 3 тыс. км по зимней Европе и осталась на ходу.

Интересно, что «Битва моторов» выходит во времена, когда истории об одержимых мечтателях и гениях — это общемировой тренд. Начиная с «Игры в имитацию» и «Джой», заканчивая «Оппенгеймером» и «Бруталистом», — эти картины о людях, которым проще договориться с товарищами и/или неодушевленным механизмом, нежели с государственной системой. В этой парадигме фильм Ильи Маланина идеально встраивается в эту волну — конечно, с поправкой на национальную специфику. В мире «Битвы моторов» герои с системой не воюют, а ждут, когда она их приметит и благословит на правое дело.

Впервые за долгие годы в российском кино сюжет, не связанный с войной, революциями и биографиями известных государственных деятелей, а настоящая промышленная авантюра. Герои на экране пока не подозревают, что их имена впишут в учебник истории. Такая оптика куда живее и правдивее, нежели парадные полотна за бюджетные деньги. В то же время картина осторожничает с реальными историческими параллелями, давая их лишь пунктиром. Где-то в Германии рядом с трассой войска ведут учения; во Франции народ постоянно бастует. Детали эпохи, которые потом получат жуткое продолжение в новостных сводках.

«Битва моторов» — добротное жанровое кино, в котором не забывают об авторском голосе, но не рискуют больше положенного. Для одних вышеописанное будет плюсом, для других минусом. После финального заезда хочется увидеть Янковского, Борисова и Андрееву снова, но уже в других историях, где точно будет ясно, кто из них мозг, сердце и шея.