Подписаться«Макс»

Концепция здорового образа жизни и медицины среди корейцев исторически имеет демократичный характер. Например, в XIX веке местный житель при недуге мог одновременно принимать травяной отвар, обращаться к шаманке, объяснять страдание эмоциональным или нравственным неблагополучием и ходить на прием к врачу-миссионеру.

Домашняя терапия травами, восточноазиатская доказательная медицина, шаманские и буддийские практики, конфуцианская этика заботы о теле, вакцинация, хирургия, миссионерские больницы и государственная санитария (с конца XIX века) — все многообразие имеет место. Теперь к шаманкам идти необязательно, да и миссионерская медицина, начатая американцем Хорасом Алленом в 1885 году в Сеуле с открытия больницы Кванхевон (она же Чеджунвон), полностью сменилась локальной, обеспеченной специалистами, которые десятилетиями перенимали, развивали и создавали с нуля технологии лечения. Но лайфстайл корейцев по-прежнему плотно выстроен вокруг заботы о здоровье (своем и окружающих) и пространстве.

Сейчас в стране работают и передовые медицинские центры, помогающие пациентам со сложными формами онкологических заболеваний, и клиники пластической хирургии и косметологии с отлаженными процессами, и велнес-центры, предлагающие методы традиционной медицины, медитацию и неинвазивные процедуры. Медицинские услуги ориентированы и на самих корейцев, и на иностранных пациентов, для чего практически каждое учреждение формирует штат сотрудников, которые занимаются сопровождением зарубежных гостей, помогая им в поиске врачей, со сбором документов для посещения больницы и ориентируя на местности.

• В 2019 году Корею в целях оздоровления и реабилитации посетили до 29 тыс. российских пациентов. В 2021 году показатель упал до минимума — 6,4 тыс. человек. В 2025-м снова вырос, уже до 20 тыс. пациентов. Увеличивается поток из Москвы и центральных регионов России.

Нетрудно представить Южную Корею как хаб высокотехнологичного омоложения для сверхбогатых — такой стереотип уверенно складывается на Западе. Но мы убедились, что этот хаб более чем доступен для среднего класса. И сполна набрались впечатлений об устройстве далекой азиатской страны (11 часов перелета из Москвы!), которая, находясь посередине между Китаем и Японией, взяла от соседей самые оптимальные примеры урбанистики, здравоохранения и качества жизни.

Инчхон

Третий по величине город Южной Кореи встретил нас крупнейшим международным аэропортом, по которому мы шли, кажется, вечность, пытаясь достичь паспортного контроля. Сверху аэропорт напоминает гигантскую летающую тарелку, оставленную сверхразвитыми пришельцами. По пути, подключившись к местному Wi-Fi, узнали, что она «приземлилась» на острове в Желтом море, неподалеку от побережья Южной Кореи. А уж сам остров соединен с городом вантовым мостом «Инчхон тэгё» протяженностью 21,4 км.

Островной аэропорт появился благодаря инженерно-техническому подвигу: корейцы объединили несколько имевшихся на том месте природных островов, сделав из них один обширный. Строительство началось в 1992 году: территорию окружили дамбами, начали откачивать воду, засыпать дно грунтом и укреплять нестабильную морскую почву. На первом этапе между островами насыпали и утрамбовали около 11,7 кв. км новой суши.

Зачем вообще было так утруждаться? Место вдали от города, во-первых, ограждало его от авиационного шума, а во-вторых, оставляло пространство для расширения территории. Аэропорт открылся 29 марта 2001 года, став большим азиатским грузовым и пересадочным узлом: он обслуживает до 106 млн человек в год и 600 тыс. рейсов ежегодно. Сегодня это фактически отдельный город.

Рядом, прямо на острове, есть туристический квартал Унсо-дон, где расположены отели, офисы, кафе и рестораны, круглосуточные магазины и супермаркеты. Здесь живут сотрудники аэропорта, останавливаются пассажиры и экипажи авиакомпаний. Чтобы оценить масштаб инфраструктуры, приведем в пример комплекс Paradise City: это целый курорт, где есть гостиницы Paradise Hotel и Art Paradiso, рестораны, торговая галерея, арт-пространства, спа Cimer, парк аттракционов, клуб и крупнейшее в стране казино, доступное только иностранцам.

Больница Святой Марии в городе Инчхон

Также называется: больница Инчхон Сонмо Католического университета

Сайт на русском языке

Переночевав на острове, мы отправились прямиком в Инчхон, где нас уже ждали на презентацию. Больница Святой Марии — первое в Южной Корее учреждение, которое специализируется на обследовании, диагностике и лечении всех заболеваний головного мозга.

На самом современном оборудовании исследуют также рак почек и предстательной железы, гинекологические заболевания, рак желудка, кишечника, молочной железы. Проводят и генетическое обследование на выявление различных заболеваний (онкологических, эндокринологических, сердечно-сосудистых, психологических, опорно-двигательного аппарата). Базовое обследование на пять видов заболеваний стоит 132 тыс. вон (7,5 тыс. руб.), стандартное, на 10–30 видов, — 300 тыс. вон (17 тыс. руб.), комплексное онкологическое — 400 тыс. вон (23 тыс. руб.).

Сеул

Мегаполис, где исторические кварталы с дворцами и домами-ханок соседствуют с фабричными зданиями, превращенными в кофейни, а за рекой Хан возвышаются стеклянные деловые районы, универмаги и дорогая жилая застройка.

Город растянулся на площади 605,2 кв. км, разделился на 25 автономных округов, существующих как самостоятельные мини-города. В Сеуле живут 9,6 млн человек (по данным на первый квартал 2026 года), включая примерно 270 тыс. иностранцев. А уж если захватить Инчхон, то получится агломерация примерно в 26 млн человек, фактически половина населения страны.

Сеул разделен надвое рекой Хан — на севере находится старый центр, университеты, дворцы и творческие кварталы. К югу — деловые районы, торговые центры, жилые массивы. И поскольку столица окружена горами и холмами, посреди плотной застройки то и дело возникают парки и видовые площадки на лесные тропы.

Куда пойти туристу

• Район Сонсу-дон. Когда-то здесь работали обувные мастерские, типографии и небольшие фабрики. Теперь в бывших цехах размещаются флагманы модных и косметических брендов, кофейни, дизайнерские магазины и постоянно сменяющиеся поп-апы. Сонсу часто называют «сеульским Бруклином», хотя по ощущениям это скорее огромная выставка современного корейского потребления: сегодня открывается магазин духов, завтра — временное пространство модного дома или айдол-группы. Именно здесь находятся лаборатория уходовой и декоративной косметики AMORE с обширным ассортиментом корейских брендов и один из самых известных филиалов кофейни-кондитерской Onion.

• На месте Amore когда-то находилась автомобильная мастерская, так что вид у этого пространства далек от «Золотого яблока». Бетонные стены, разноуровневые пространства, внутренний сад, выставочный зал для поп-ап-ивентов, а также светоч прогресса — роботизированный консультант, с помощью которого можно не только подобрать, но и изготовить на месте тональную основу или помаду, пройти диагностику кожи. Сюда стоит зайти, чтобы оценить само пространство и понять, как корейцы относятся к косметике — практически так же трепетно, как к своей передовой медицине.
• Кафе Onion  — сеть пекарен, расположенных по всему городу. Самая красивая находится в доме-ханок 1920 годов (Onion Anguk). Мы же попали в Onion Seongsu — индустриальное кафе в бывшем фабричном здании 1970-х с выходом на крышу, где можно съесть все, что купилось. Глаза разбегаются, пульс учащается, когда попадаешь внутрь этого символа нового Сонсу. Кафе открылось в 2016 году, когда промышленный район начинали превращать в арт-кластер наподобие московского «Хлебозавода». Интерьеры кафе сохранили фабричную атмосферу: обшарпанная штукатурка на стенах контрастирует с металлическими стойками и витринами; пространство оборудовано удобными диванами и креслами, есть двор и открытая терраса с посадочными местами. Выпечка здесь удивляет формой, содержанием и вкусовыми сочетаниями. Например, булочка Black Cheese Bomb из темного теста, напоминающая хачапури, с несколькими видами сыра, орехами и сгущенным молоком заменяет и обед, и десерт.

• Район Мёндон  — наиболее известный туристический квартал центрального Сеула, куда идут шопиться, пробовать локальную кухню прямо на улице и слушать музыкантов. Мы, к слову, наткнулись на выступление молодого человека — начинающего мультиинструменталиста (играл на клавишах и гитаре). Видимо, он услышал, как русская речь, которая на Мёндоне не редкость, сконцентрировалась поблизости — это мы остановились послушать его репертуар из песен Тейлор Свифт, Эда Ширана и Леди Гаги, — и в долгу не остался, отблагодарил нас за внимание исполнением нескольких треков «ВиаГры» и российских рок-музыкантов. А мы подпели.

Однако удовольствия духовные куда приятнее усваиваются вместе с гастрономическими. Вдоль улицы выстроились в два ряда десятки прилавков, зазывающих золотыми рыбными пирожками на шпажках, рисовыми клецками в остром соусе, клубникой и мандаринами в сахарной глазури, булочками с запеченным яйцом, картофельными спиралями, рыбой и лобстерами. Не успеваешь опомниться, как на тебя набрасываются лавки с украшениями, сувенирами и аксессуарами. Почти везде встретится стойка с зонтиками по 500–1000 руб.: погода в Сеуле летом бывает непредсказуемая и дождь может обрушиться в любой момент.

Больница Энcей (госпиталь «Северанс»)

Сайт на русском языке

Продолжая тему комплексных обследований... Нам довелось испытать чекап на себе. Южнокорейский подход к этому мероприятию отличается скрупулезностью в сочетании с высокой эффективностью и расторопностью без суеты. И ощущается как поездка на поезде из Сеула в Пусан: стремительно, комфортно и надежно.
В первую очередь в отделении диагностики «Северанса» вам предложат переодеться в удобные костюмы (или пижамы): выдают брюки и халат по размеру. Тапочки тоже предлагают. Свою одежду вы оставляете в шкафчиках раздевалки.

Как только вы приготовились, сопровождающий сотрудник, говорящий по-русски, проведет вас к первому кабинету — здесь измеряют давление и пульс, фиксируют параметры (вес, рост, объемы) и состав тела. Далее вы отправитесь на офтальмологический осмотр, на ЭКГ, гинекологическое или урологическое обследование, УЗИ брюшной полости, маммологическое обследование, общий биохимический анализ крови, стоматологический осмотр. В зависимости от потребностей, в клинике проводят также сложные осмотры — это гастроскопия и эндоскопия. Очередей практически нет, обследования длятся от 5 до 15 минут.

Продолжительность чекапа — 3–4 часа. Стоимость варьируется для мужчин и женщин от 750–800 тыс. вон (43–46 тыс. руб.) до 2,5 млн вон (142 тыс. руб). После всех процедур обязательно нужно поесть, поскольку перед чекапом запрещено употреблять пищу и любые жидкости — вы голодаете примерно 12 часов. Так что в столовой больницы вам предложат горячую рисовую кашу с морепродуктами или говядиной (напоминает ризотто в самом примитивном виде), кофе или чай на выбор.

Пусан

Мы переезжали из Сеула в Пусан не на поезде, а по автомобильной дороге. Планы изменились, когда в городе произошло обрушение эстакады и железнодорожное сообщение временно приостановили. Так путь до Пусана открылся для нас с другой стороны — через горы и холмы, которые, собственно, и составляют Корейский полуостров: туманные низины и пронзительно-зеленые леса.

Поездка заняла почти 5 часов с одной остановкой на гимнастику для ног, гигиенические нужды, покупку кофе и пончиков. Дорожная остановка с заправкой в Южной Корее выглядит как небольшой гостеприимный двор со сквером, где можно отдохнуть на скамейке в тени деревьев. Шум дороги беспокоит, но не слишком: остановочный комплекс отделен от трассы парковкой.

Пусан — второй по величине город в стране — встретил нас круизными кораблями, чайками, небоскребами, растущими среди низкой исторической застройки, и умопомрачительными автомобильными мостами (один из них сделан как роллер-костер — пока проезжаешь по его виражам, улавливаешь приятное головокружение, как от аттракциона). Пять морских гаваней (Южный, Северный, Новый порты и Камчхон с Тадэпхо) обрамляют город, и для непривычного к таким видам туриста рисуют удивительную и воодушевляющую картину. Масштабы морской инфраструктуры, с контейнерными причалами, рыболовными точками, перерабатывающими предприятиями, промышленностью, судостроительными зонами, никак не вредят облику Пусана, оставляя его аккуратным, уютным и зеленым.

Храм Помоса и культурный центр Сон

Действующий монастырь школы корейского сон-буддизма Чоге (ее главный духовный центр — храм Чогеса в Сеуле) основан в 679 году монахом Ыйсаном, сожжен японскими захватчиками и восстановлен в начале XVII века. Это один из трех важнейших храмов юго-восточной Кореи наряду с Тхондоса и Хэйинса. Его название отсылает к легенде о золотой рыбе, которая спустилась с небес в источник на вершине горы. Но мы первым делом идем исследовать не территорию храма, а культурный центр, где нам обещают обед. Было бы совсем неинтересно, достанься кушанье просто так, поэтому мы сами его готовили.

Особенности храмовой кухни далеко не каждому покажутся щадящими. Мяса и рыбы в ней нет. Как и ароматных чеснока, лука, перца. Монахи питаются сезонными местными продуктами, дикорастущей зеленью, водорослями, бобовыми пастами, грибами, кукурузой, корнеплодами. И конечно же, рисом. Для пикантности используют ферментированные соусы.

Храм находится на восточном склоне горы Кымджонсан на севере Пусана (национальная природная зона с 2026 года). Приехать сюда можно в любой день с 8:00 до 17:00, вход бесплатный. Помоса участвует в официальной государственной программе Templestay, иначе говоря, здесь официально можно пожить по храмовому распорядку — в простой комнате, с веганским питанием, принимая участие в духовных практиках. Стоимость ночи в храме — 70 тыс. вон (4 тыс. руб.).

После обеда нас ждала прогулка по территории храма в сопровождении духовного главы комплекса — наставника Чонъё (Jeongyeo). Он провел нас к Тэунджону — центральному залу Будды Шакьямуни, охраняемому государством. Здание было построено в 1614 году и отреставрировано спустя столетие, а затем разрушено во времена японской колонизации и выстроено заново. И хотя камни в нем новые, оно сохранило изящные деревянные оформления с тонкой резьбой — свидетельство корейской деревянной архитектуры.

Также мы прошли через ворота ильчумун (их еще называют воротами одного столпа, поскольку деревянная конструкция словно держится на одной линии опор, если смотреть на нее сбоку), мимо каменных и деревянных колонн, которые соединяют черты архитектуры середины эпохи Чосон. Проход через эти ворота символически отделяет повседневный мир от пространства духовной практики.

Больница при Университете Донг-А

Сайт на русском языке

Частная университетская больница с инфраструктурой для обучения студентов-медиков и медико-социальных работников работает в Пусане с 1990 года, предоставляя передовую диагностику (МРТ, ОФЭКТ или однофотонная эмиссионная компьютерная томография), роботизированную хирургию Da Vinci Xi. Занимается лечением онкологических заболеваний (в том числе стволовыми клетками в центре клеточной терапии CAR T).

Это большая региональная больница, рассчитанная на тяжелые случаи, операции, комплексное лечение и экстренную помощь. Один из главных профилей — лечение сердца и сосудов, больница преуспевает в реабилитации после инсультов. Российские пациенты приезжают сюда с 2009 года, местная администрация предоставляет сопровождение и документы на русском языке, среди сотрудников есть координатор, работающий с обращениями на русском языке.

Больница примыкает к парку Тэсин — лесному массиву с кипарисовыми рощами. Для прогулок не нужно долго подниматься в горы — высокие деревья встречают прямо на входе, кроны создают плотную тень, воздух у ручьев и водоемов приятно прохладен. В парке есть два водохранилища Кудок, где живут карпы и черепахи. Поскольку корейцы приветствуют прогулки босиком, в Тэсине пролегает и специальная тропа для оздоровительной ходьбы, а по маршруту предусмотрены места, где можно очистить и вымыть ноги. В парке встречаются зоны с тренажерами, спортивные площадки, беседки и источники с питьевой водой.

В Пусане заметно спокойнее, чем в Сеуле. Ощущается неспешность и провинциальность, «курортно-санаторность». Город считается подходящим для взрослых и пожилых людей — молодежь утекает в Сеул за энергией и прогрессом современной жизни и, конечно, за высокими заработками. Так что в скверах и по бульварам Пусана прогуливаются пенсионеры, там полно европейских туристов, редко встретишь клерка в костюме на все пуговицы. В центре города, сохранившемся как культурная деревня Амидон, вместо стеклянно-бетонных зданий в небо упираются горы. Воздух чистый, с запахом морского йода. По морской канатной дороге ползут над водой вагонетки с туристами, на пляже Сондо играют дети, пока взрослые дохаживают необходимые 10 тыс. шагов.

Пусанский образ жизни хорош для тех, кого изрядно утомил сеульский. Остальные едут на вокзал, покупают билет на поезд в Сеул и в поразительной тишине, свойственной далеко не каждому рельсовому транспорту, и на плавном ходу за пару часов телепортируются в город, который просыпается с первым лучом солнца на горизонте.

Мы снова в Сеуле, ни свет ни заря отправляемся проверять зрение в офтальмологическую клинику, которая с 2011 года работает в престижном районе Каннам. Специалисты Eyereum Eye Clinic ждать не заставляют. Наши глаза быстро проверяют на десятке аппаратов, фотографируют глазное дно, ставят диагноз и выписывают рекомендации — кому-то на очки или линзы, кому-то на коррекцию зрения. Моя коллега после такой консультации, получив рецепт, сразу же отправилась в аффилированную при клинике оптику и подобрала себе очки, которые изготовили за пару часов. Коррекция зрения в клинике проводится день в день, за четыре часа. Зажмурившись, спрашиваю цену: стоимость лечения одного глаза — около 20 тыс. руб. Не так уж и страшно звучит.

Убедившись, что зрение нас не подводит (и что все недостатки поддаются лечению), мы напоследок направляемся сделать глоток из исторического прошлого Сеула. Обширный дворцовый комплекс Кёнбоккун мы умудряемся обежать за 1,5 часа — такой экстренной экскурсии парадный центр государства Чосон еще никогда не видывал!

Первый дворец новой столицы Ханян (так в прошлом называли Сеул) появился в 1395 году, представ в качестве архитектурной модели государства. Сперва посетитель проходит через несколько ворот и просторных площадок к тронному залу, далее видит рабочие помещения правителя, жилые покои короля и королевы, членов семьи. Кёнбоккун тоже не пережил японских вторжений: полностью исчезнув в 1592 году, он еще 270 лет пребывал в руинах. Восстановление началось в конце XIX века и завершилось в конце XX. Сейчас это точка притяжения туристов со всего света. Иностранцы примеряют национальные костюмы и фотографируются на всей территории дворца. Билет для взрослых стоит 3 тыс. вон (около 180 руб). Фотографии и селфи — бесценны.

Материал подготовлен при поддержке Московского представительства Национальной организации туризма Кореи.