Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В Москве выявили около 6,8 тыс. отказов по соцкартам пенсионеров 29 марта Общество, 00:46 В МВД опровергли введение комендантского часа в Подмосковье Общество, 00:39 Москва на карантине: что теперь можно делать в квартире или на улице Недвижимость, 00:12 Рейс из Сочи экстренно сел в Шереметьево из-за сигнала отказа двигателя Общество, 00:08 В Мордовии загорелись пять жилых домов в результате пала сухой травы Общество, 00:06 Правительство за день изменило список товаров первой необходимости Общество, 00:00 Оперштаб Москвы сообщил об отсутствии ограничений на движение транспорта Общество, 29 мар, 23:42 Число зараженных коронавирусом в мире превысило 638 тыс. человек. Общество, 29 мар, 23:18 Собянин предупредил о массовых увольнениях из-за пандемии Общество, 29 мар, 23:10 Инструкция для москвичей: что делать жителям в условиях новых ограничений Бизнес, 29 мар, 23:05 Зеленский допустил дефолт Украины из-за коронавируса Политика, 29 мар, 23:02 Путин выразил соболезнования из-за смерти писателя Бондарева Общество, 29 мар, 22:56 «Роснефть» и ЛУКОЙЛ сообщили о продолжении работы АЗС в обычном режиме Общество, 29 мар, 22:46 Режим всеобщей изоляции в Подмосковье вступил в силу с вечера воскресенья Общество, 29 мар, 22:34
Краснодар ,  
0 

Марина Бюрнье: «Российское вино может удивить весь мир»

Совладелец винного дома «Бюрнье» Марина Бюрнье рассказала РБК Краснодар о том, что мешает развитию российского виноделия и какие меры господдержки могут помочь отечественным виноделам завоевать мировые рынки
Марина и Рено Бюрнье (Фото: seasons-project.ru)

Потомственный швейцарский винодел Рено Бюрнье впервые приехал в Россию в 1995 году. Семейное винодельческое предприятие «Бюрнье» начало свою работу в Краснодарском крае в 2001 году, а первые вина были произведены в 2005-м. В настоящее время винодельня работает с 12 сортами винограда, поставляя свою продукцию в страны Европы и Азии.

— Государство в последнее время активно поддерживает агропромышленный комплекс, в т.ч. экспортную составляющую. Чувствуют ли виноделы поддержку государства? И какие дополнительные меры, на Ваш взгляд, нужны отрасли, чтобы выходить на внешние рынки?

— В своем бизнесе мы никогда не ориентировались на продажи в России. С самого начала нашей целью было представить российское вино на международном рынке. Мы хотели показать всему миру потенциал российского терруара, чтобы наши вина присутствовали в бутиках и в винных картах ресторанов разных стран.

Сейчас мы видим, в чем заключается сложность. Везде в мире вино считается сельскохозяйственным продуктом, поэтому виноделие поддерживается и субсидируется, реклама и продвижение продукции осуществляются на государственном уровне. А в России у нас огромные проблемы из-за того, что мы попадаем под законы, которые ориентированы на алкогольную промышленность. Настоящее вино — это не промышленный, это более креативный сельскохозяйственный продукт.

Мы рады поддержке Российского экспортного центра, с которым активно взаимодействуем. Благодаря РЭЦ мы в 2018 году смогли представить наше вино на «Русских сезонах» в Монако и на выставке в Шанхае. Это очень помогло, потому что небольшим производителям невозможно участвовать в одиночку в таких мероприятиях мирового масштаба, здесь необходима помощь государства.

Выход с продукцией на внешний рынок — это всегда сложная задача, связанная с решением целого спектра вопросов. Это проведение анализа рынков, поиск надежных партнеров, сертификация, логистика и транспорт, организация правильного продвижения и рекламы. По каждому из этих пунктов возможна — и даже необходима — поддержка государства.

Именно благодаря помощи государства развивается экспорт вина в таких странах как Франция, Испания, Италия, Австрия и многих других. Там существуют очень мощные и эффективные программы по государственной поддержке экспорта вина.

— Какие меры государственной поддержки виноделия в других странах можно считать наиболее эффективными?

— Я внимательно слежу за развитием мирового винного рынка, поэтому приведу один хороший пример. Около 15 лет назад в Австрии национальное агентство «Маркетинг австрийских вин» при помощи государства начало организовывать эффективные кампании по продвижению продукции на внешние рынки. Сегодня это агентство — очень мощная и профессиональная организация, которая предоставляет виноделам поддержку по вопросам стратегии, маркетинга, внутренних продаж и экспорта, а также отвечает за постоянное повышение качества вина.

Еще лет 10 назад австрийское вино не пользовалось спросом даже в Европе, а за ее пределами вообще не знали, что такое вино существует, но благодаря господдержке все изменилось. Теперь вина из Австрии обязательно присутствуют в винных картах лучших ресторанов мира, в т.ч. в России.

Если бы в России было создано Национальное агентство по продвижению вина, которое могло бы помогать небольшим производителям с точки зрения маркетинга и рекламы на мировом рынке, это был бы большой шаг вперед.

Многие отечественные виноделы — это маленькие производители. У нас, например, нет финансовых возможностей делать красивые и по-настоящему профессиональные стенды, чтобы участвовать в крупных международных винных выставках. А для развития экспорта такое участие необходимо.

Должен быть создан бренд «Российское вино», и представлять этот бренд на международном рынке российские виноделы должны не поодиночке, а объединившись. Бренд «Российское вино» может стать очень красивой историей, объединяющей уникальные терруары и древние традиции виноделия, Кавказ и Черное море, не нарушенный экологический баланс и «живую землю». Поверьте, эта история сможет удивить мир.

Но есть одно важное условие — качество продукции под брендом «Российское вино» должно соответствовать высоким международным стандартам. Вина, предлагаемые для экспорта, должны строго контролироваться.

Мы уверены, когда российские вина будут признаны в мире, то и наши соотечественники на внутреннем рынке наконец-то поверят, что российское вино может быть намного лучше иностранного.

Виноградник семьи Бюрнье под Анапой (Фото: lavkagazeta.com)

— А что мешает развитию отечественного виноделия в целом?

— К сожалению, тут можно долго перечислять, остановлюсь на двух наиболее важных моментах.

Огромная проблема для нас — запрет рекламы винодельческой продукции, в т.ч. в СМИ и в Интернете. Получается парадокс. С одной стороны, власти говорят о борьбе с алкоголизмом, поэтому запрещают рекламу вина. С другой стороны, наблюдая опыт других стран, мы видим, что повышение культуры винопития как раз и приводит к снижению алкоголизации общества.

Винопитие должно быть осознанным. Необходимо, чтобы люди понимали, что выбирать нужно качественные и натуральные напитки. Это помогло бы как с точки зрения здоровья, так и с точки зрения снижения «градуса» и количества потребляемого алкоголя. Уже доказано: если люди начинают пить хорошие вина, то гораздо реже употребляют крепкие спиртные напитки.

Мы — маленькая семейная винодельня, которых тысячи в мире, но пока еще очень мало в России. Мы делаем вино только из собственного винограда, который сами выращиваем, поэтому у нас получается очень личностный продукт. Но мы не можем рассказать о нашем проекте в СМИ, нам постоянно говорят: «Нет, мы не будем публиковать материал, т.к. в России запрещена реклама алкоголя». И это несмотря на то, что официально для российских производителей вина из российского винограда имеются некоторые послабления в законе о рекламе. СМИ все равно перестраховываются и предпочитают вообще не писать про отечественных виноделов. Это большая проблема для всей отрасли.

Негативно влияет и то, что мы не можем продавать вино по Интернету. Такая возможность есть во всем мире, но не в России. Онлайн-торговля сейчас активно развивается и скоро может стать основным каналом продаж, а российские виноделы просто полностью отстранены от этого важного канала.

— Насколько российские вина интересны ценителям в других странах?

— Могу сказать по нашему опыту. Сейчас мы экспортируем вино в Швейцарию, Францию, Бельгию, а также в Гонконг, ведем переговоры о поставках в Японию и Сингапур. Удивительно, что даже искушенные в вине французы очень любят российское вино, потому что они чувствуют его потенциал и силу терруара. Им интересно, потому что это натуральный продукт.

Мы уже в течение 20 лет пытаемся объяснить в России всем, кто скептически относится к отечественному виноделию, что в вине самое главное — это качество винограда. А такого качества винограда, какое мы получаем в России, пожалуй, нет нигде в мире. В первую очередь, это связано с замечательными климатическими условиями для виноградарства в России. И когда к этому приложены знания, мастерство винодела и правильное оборудование, то плохого результата просто не может быть.

Я уверена, что российское вино в скором времени будет по праву занимать высшие строчки в международных рейтингах. Для этого очень важно участвовать в международных мероприятиях, чтобы показывать миру потенциал российских вин, особенно из Краснодарского края. Именно поэтому Краснодарский край просто обязан стать локомотивом в развитии экспорта российских вин, для этого уже сейчас есть все необходимые предпосылки. Через вино весь мир может узнать об уникальности Кубани.

Мы стали активно выходить на международный рынок около трех лет назад. А в этом году нас пригласили стать официальным вином одной из самых известных яхтенных регат — St Barths Bucket в в Сент-Бартелеми на Карибах. Мы были удивлены, что американцы, которые организуют эту регату, в нынешней политической обстановке выбрали именно наше вино, у которого даже на логотипе написано: «Fine wines of Russia».

Этой зимой мы проводили дегустацию и презентацию нашего вина на двух площадках на экономическом форуме в Давосе. Туда съезжаются деловые люди со всего мира, которые прекрасно разбираются в вине. Многие из них подходили и говорили: «Браво! Мы никогда не думали, что в России есть вино. Мы думали, что там только снег и водка». Со своей стороны, мы были очень рады рассказать про Краснодарский край и Кавказ, про то, что традиции виноделия здесь — одни из древнейших в мире.

Такие встречи снимают многие предубеждения в отношении нашей страны. Пробуя российское вино, люди начинают по-другому воспринимать всю Россию.

— В последнее время в российском виноделии стали популярными автохтонные сорта. На ваш взгляд, это дань моде или наше потенциальное преимущество на мировом рынке?

— Да, нам тоже очень интересны как раз автохтонные сорта — это и есть возможность показать то, чего нет больше нигде в мире.

Можно сказать, что из-за автохтонного сорта винограда и случился весь наш проект. Двадцать лет назад мы с мужем — потомственным швейцарским виноделом — первый раз приехали на Юг России, чтобы посмотреть, как здесь развивается виноградарство и виноделие, оценить перспективы. Он вышел из машины возле первого встретившегося по дороге виноградника, попробовал виноград и был поражен качеством и потенциалом этого сорта. Это был Красностоп, южнороссийский автохонный сорт.

Я до сих пор помню этот момент, он сразу сказал: «Никто в Европе не поверит, что в России есть такой прекрасный виноград. Давай искать здесь участок земли, чтобы сделать виноградник и производить высококачественное вино для международного рынка и показать миру какой потенциал есть в России». Думаю, если бы тогда ему попался какой-то неинтересный, гибридный сорт, то у нас не было бы сейчас своего винодельческого проекта в России.

Когда мы представляем свое вино в разных странах мира, то видим, что специалисты очень ценят Красностоп за его уникальность и сложность. А мой муж всегда говорит: «Это характер России, русской земли. Красностоп — это «представитель» России по характеру, по силе и солидности».