Зубаревич: «Существенный рост экономики стоит ждать не раньше 2028 г.»

Экономика Юга и Северного Кавказа замедляется: показатели промышленности, инвестиций и ввода жилья в ряде регионов снижаются. При этом в целом значения не выбиваются из общероссийского тренда, и происходящее выглядит естественным следствием охлаждения экономики. Краснодарский край и Ростовская область по-прежнему концентрируют основную часть инвестиций макрорегиона. Об этом в интервью РБК Краснодар рассказала экономист, профессор географического факультета МГУ, главный научный сотрудник Центра анализа доходов и уровня жизни НИУ ВШЭ Наталья Зубаревич.

— Весной этого года на форуме «Россия зовет» вы охарактеризовали ситуацию в экономике России одним словом — «нестабильность», а осенью в интервью сравнили год с периодом 2014–2016 гг., когда экономика не обвалилась, но рост остановился. Как это отражается на экономике Юга и Северного Кавказа?

— В целом по стране экономическая ситуация действительно непростая. В 2022 году быстрый выход из кризиса обеспечили масштабные бюджетные вливания, однако к 2026 году рост практически остановился.

Гражданская промышленность стагнирует: по итогам восьми месяцев 2026 года ее рост нулевой. Большинство показателей снижается, исключением остается торговля. На Юге темпы снижения близки к средним по стране. Заметнее всего спад затронул производство стройматериалов и пищевую промышленность, которая замедляется на фоне насыщения внутреннего рынка и сокращения экспорта в страны постсоветского пространства.

В Краснодарском крае промышленное производство в январе-августе 2026 года сократилось на 12,5% по сравнению с прошлым годом. Край долго удерживал позиции, и это первый период его заметного снижения. Для сравнения: в Астраханской области спад наблюдается уже несколько лет подряд, за восемь месяцев показатель упал более чем на 25%. Ростовская область выглядит стабильнее: снижение составило менее 2% — во многом за счет более высокой доли оборонной промышленности.

В СКФО промышленное производство выросло во всех субъектах, кроме Ставропольского края и Карачаево-Черкесии. В Дагестане оно прибавило почти 10%, в Чечне — около 9%.

Мы проходим период охлаждения экономики, и важно это осознавать. В перспективе — слабый рост или стагнация. По оценкам коллег-макроэкономистов, существенного роста не стоит ждать как минимум до 2028 года.

— Каким оказался для южных регионов 2026 год с точки зрения доходов и расходов бюджетов?

Динамика за январь—август 2026 года для консолидированных бюджетов регионов оказалась лучше первого квартала, когда ситуация была сложной. Доходы выросли на 8% — быстрее инфляции, расходы — на 5,5%. Значит, регионы начали экономить. На чем? Прежде всего, на дорожном хозяйстве и строительстве, а также на поддержке сельского хозяйства. Некоторые сокращали закупки транспорта.

В Краснодарском крае поступления налога на прибыль за январь—август сократились на 9%, а расходы бюджета не росли — регион действовал очень аккуратно. Однако у края сохраняется дефицит бюджета: расходы на 6% больше доходов. У Ростовской области он меньше — около 2%. Практически все регионы округа работают с дефицитом бюджета — даже при экономии справиться с ситуацией непросто.

Федеральные трансферты сократились почти всем, но по-разному: Краснодарский край недополучил 11% по сравнению с январем — августом 2025 года, Крым — 10%, Севастополь — 36%. Ростовской области, наоборот, увеличили поступления на 2%.

Регионам сейчас нужна очень аккуратная политика: оптимизировать, но поддерживать то, что нельзя оставить без внимания, — экономику и социальную сферу. Ростовской области немного легче, а для Краснодарского края качественное управление станет главным способом пережить непростой период.

— Если рассматривать строительство как один из ключевых столпов южнороссийской экономики, как вы оцениваете ситуацию?

— Объем строительных работ в целом по стране за январь—август 2026 года снизился почти на 3%. В Краснодарском крае — на 6%, для региона это некритично. Волгоградская область показала минус 20%, Ростовская — плюс 6%. Сложнее всего в Адыгее: там падение составило 27%. Как правило, в трудные времена в первую очередь сокращают бюджетные расходы на строительство, особенно дорожное.

Ввод жилья начал снижаться еще после отмены льготной ипотеки в 2024 году. В 2025 году падение было небольшим, но продолжилось. По ЮФО за январь—август 2026 года снижение превысило 20%, по СКФО — около 3%.

На Юге наименьшее снижение в Ростовской области — 1,7%, наибольшее — в Краснодарском крае — 35%. Край долго был одним из лидеров, занимал второе место по вводу жилья в стране с долей 7% общероссийского объема. Сейчас доля сократилась до 5,7–5,8%. Девелоперы поняли, что жилье продается не так активно, и стали осторожнее запускать новые проекты. Причины — удорожание и, на мой взгляд, переоценка платежеспособного спроса. Даже «Самолет», один из крупнейших российских застройщиков, сейчас испытывает трудности.

— Аграрии южных регионов в этом году также работают в непростых условиях. Как это сказалось на показателях производства агропродукции?

— Что касается сельского хозяйства, подводить окончательные итоги рано, но в целом показатели выглядят ровно. Это не тяжелый 2024 год, когда из-за очень неблагоприятной погоды пострадали и сахарная свекла, и зерновые.

Основные сложности сейчас связаны не с производством, а со сбытом и логистикой. Порты Азово-Черноморского бассейна работают с ограничениями. Отправка грузов на Балтику экономически затруднительна, высокие транспортные расходы делают такие поставки невыгодными.

Наиболее уязвимы небольшие фермерские хозяйства, у крупных агрохолдингов Юга запас финансовой прочности значительно выше, даже если они и столкнутся с убытками, то смогут их пережить. В этой ситуации обнуление государством экспортных пошлин на зерно до конца 2026 года стало важным шагом, который дает аграриям возможность для маневра.

— Мы с вами общаемся на излете бархатного сезона на Юге. По данным властей Краснодарского края, регион в январе-сентябре 2026 года принял 13,5 млн туристов. Можно ли сказать, что отрасль продемонстрировала адаптивность?

— Официальная статистика по турпотоку не всегда отражает реальное положение дел, поэтому я предлагаю смотреть на туризм через розничную торговлю и общепит.

В январе-августе 2026 года розница в Краснодарском крае росла медленнее, чем в среднем по стране: 0,8% против 5%. Основной вклад внесла непродовольственная розница, в частности продажи автомобилей.

При этом около 20% всей розницы приходится на маркетплейсы, которые непрозрачно распределяют продажи по регионам. Из-за этого региональная статистика менее достоверна.

Гораздо показательнее общепит. Несмотря на то что закрывающихся заведений больше, чем открывающихся, а в городах-миллионниках число точек сократилось на 8–11%, сектор в целом по стране вырос почти на 6%. Это на фоне отложенной уплаты НДС, которая станет серьезным фактором давления в 2027 году.

Краснодарский край показал рост на 4,5%, хотя сезон нельзя назвать выдающимся. Здесь могли сработать два фактора: либо заведения повысили цены больше официальной инфляции, либо снизилась доля неучтенных наличных платежей.

У соседей по-разному: в Волгоградской области оборот общепита вырос на 12%, в Ростовской — на 3%, в Крыму и Севастополе — спад на 20 и 10% соответственно.

Будет ли туриндустрия развиваться? Безусловно. Как только изменятся внешние условия, все вернется на круги своя. Черноморское побережье отменить невозможно, провести отпуск на море хочется каждому. Спрос никуда не исчезнет.

— Как вы оцениваете динамику инвестиций в обсуждаемые нами регионы?

Что касается инвестиций, статистика здесь появляется с задержкой, пока доступны данные только за первое полугодие. Они показывают, что в целом по России спад составил около 10%, а сокращение затронуло 63 региона.

Юг не стал исключением. В 2024 году макрорегион выглядел уверенно и опережал общероссийские темпы. Но уже тогда наметилось замедление квартальных показателей к концу года. По итогам 2025 года объемы капиталовложений на Юге сократились почти на 8%, а в первой половине 2026 года спад углубился.

В Краснодарском крае объемы инвестиций просели на 10%, что соответствует общероссийскому тренду. На фоне соседей Кубань держится неплохо: в Волгоградской области спад составил 35%, в Адыгее — 32%, а в Астраханской области падение достигло 46%. Единственным южным регионом, удержавшим нулевую динамику, оказалась Ростовская область. При этом Кубань и Дон остаются главными драйверами макрорегиона: они аккумулируют 60% всех южных инвестиций.

— Федеральные власти заявляют о новом инвестиционном цикле после завершения крупных, в том числе инфраструктурных, проектов в 2019–2025 годах. Каким может быть новый инвестцикл на Юге?

— О новом цикле масштабных инвестиций говорить пока рано — экономике сначала нужно нащупать дно. Если сослаться на базовый прогноз Минэкономразвития РФ, то на 2027 год рост инвестиций ожидается всего на 0,2% — это фактически замирание рынка. Консервативный сценарий ведомства предполагает спад на 0,8%.

Государство продолжит инвестировать в импортозамещение и технологическую независимость. Частный бизнес будет более сдержанным. Мы видим, что темпы снижения ключевой ставки замедлились, и до конца года существенного удешевления денег ждать не приходится.

В 2026 году налоговая нагрузка выросла, это неизбежно приведет к сжатию собственных средств компаний. Плюс ко всему неопределенность со спросом. Бизнес будет ждать большей определенности, как говорят в таких случаях, «надо годить».

— Эксперты, в том числе Центробанка, говорят, что на Юге и Северном Кавказе «ситуация с кадрами перестала быть столь острой». Можно ли сказать, что дефицит кадров на Юге ослабевает?

— Важно смотреть не только на безработицу, но и на данные онлайн-платформ найма. С весны 2025 года они фиксируют сокращение вакансий: бизнесу уже не нужен прежний объем найма. При этом растет число резюме. Рынок работника заканчивается, мы возвращаемся к рынку работодателя. Искать новую работу стало гораздо сложнее: если у вас есть стабильное место, лучше его сохранять.

Еще один индикатор — рост неполной занятости, он проявился в конце 2025 года — начале 2026 года. Компании стараются не увольнять людей, а переводить их на сокращенную неделю со снижением зарплаты. Раньше это было в большей степени нормой для промышленности, теперь такой способ экономии распространяется и на услуги, которые очень развиты в Краснодарском крае.

Если смотреть на структуру занятости, доля занятых в услугах в регионе уже под 70%. Промышленности немного, заметна доля строительства. По сути, экономика края сервисная.

— Какова ситуация с заработными платами? Видим ли мы динамику по отраслям или сейчас говорим о ее сохранении на прежнем уровне?

—После бурного роста зарплат и доходов населения России в 2023–2025 годах — на 6–8% ежегодно в реальном выражении — в первом полугодии 2026 года мы увидели замедление. Реальные располагаемые доходы по стране за январь—июнь выросли всего на 1,5%.

На Юге тренд ровно тот же. В Краснодарском крае за аналогичный период доходы увеличились на 3,8% против почти 10% годом ранее. В Ростовской области рост составил около 4% против более чем 5% в 2025 году, а в Ставропольском крае — и вовсе 1% против прежних 5%. Это наглядный сигнал для рынка: гонка зарплат завершается.

— В условиях той самой нестабильности, о которой мы говорили в начале, в чем вы видите наибольшие экономические перспективы Юга?

— В России бывали разные времена — и лучше, и хуже. Текущий этап я считаю тяжелым, но в нашей стране всегда находились люди, которые продолжали делать свое дело и транслировать свои ценности вопреки обстоятельствам.

Поэтому ресурс есть, и он большой. В этот приезд на Юг я прошла по парку «Краснодар», созданному Сергеем Галицким, — это потрясающее место. Я была в полном восторге и получила заряд оптимизма. Пока в России есть люди, которые делают свою страну и место, где живут, лучше, мы обязательно справимся. На этом и держится вся наша история.