— Это заблуждение очень мешает развитию российских парфюмерных брендов. Есть всемирно известные шведские, американские, японские и корейские марки, тогда как российские еще не получили такого признания.

Когда мы только начинали, в России действительно не было ни креативной разработки, ни производства парфюмерных композиций: все импортировалось для последующего розлива. К возможности создания полноценного исследовательского центра, а тем более производства, относились с большим скепсисом.

Это объяснялось прежде всего потерей знаний, накопленных в советский период в области подготовки парфюмеров, и закрытием всех производств душистых веществ. Импортировать готовые композиции казалось выгоднее и проще, чем вкладываться в развитие собственных парфюмерных школ, исследования и разработки. Время показало, что возможен и другой путь.

Создание собственной исследовательской лаборатории и методик подготовки и обучения парфюмеров послужило надежной основой для нашего развития. Мы создаем ароматы разных типов, исследуем их безопасность и стабильность в различных средах, строго соблюдаем международные регламенты, включая стандарты IFRA (International Fragrance Association — Международная ассоциация по ароматическим веществам). Сырье для производства мы закупаем у производителей по всему миру. Наша сырьевая база сопоставима с базой зарубежных компаний.

Сегодня мы можем создавать парфюмерные композиции в любом стиле и для любого парфюмерного или косметического продукта. Кроме того, мы умеем адаптировать их к агрессивным средам бытовой химии.

— Парфюмерная мода — отражение социальных и культурных норм и правил. Но ее движущая сила — технологии. Именно технологическая революция и открытия органической химии в XIX веке заложили основы современной парфюмерии — эпохи, когда ароматы стали представлять собой спиртовые растворы синтезированных молекул.

В отличие от экстракции различных частей растений, при которой концентрация конечного продукта имела пределы, а полученная смесь — неизменяемый состав молекул и их соотношение, синтез отдельных молекул дал неограниченные возможности для творчества парфюмера. Кроме того, синтезированные молекулы оказались более стабильными при хранении, доступными по цене и, что крайне важно, менее аллергенными. Натуральные эфирные масла содержат активные компоненты, поэтому международные организации и регуляторы ежегодно выпускают новые директивы, ограничивающие их использование.

С развитием технологий парфюмерные композиции становились все более фантазийными. Яркий пример тому — история альдегидов. В 1904 году Жорж Дарзан, уроженец Москвы, разработал метод синтеза, который открыл путь к их промышленному производству. Уже через год появился первый парфюм с этими компонентами. К 1920 году, когда Эрнест Бо создавал свои знаменитые ароматы для Chanel, в его распоряжении был уже целый арсенал различных альдегидов. Основа органического синтеза лежит в природных материалах, и мы наблюдаем возвращение на новом уровне некогда популярных нот — например, пачули.

Изучая историю парфюмерии совместно с Международной конфедерацией парфюмеров и флейвористов, мы выявили характерные закономерности в популярности не только отдельных нот, но и во взаимосвязи парфюмерной моды с социальными и культурными изменениями. Появление унисекс-ароматов, например, приходилось на периоды усиления феминизма и соответствовало общественному запросу.

Парфюмерия давно утратила свою первоначальную гигиеническую функцию. Сегодня это инструмент самопрезентации и способ создания эмоционального кокона. Потребитель ищет аромат, который эмоционально его поддерживает, независимо от задачи, которую парфюм призван решить в конкретный момент: придать уверенности благодаря одобрению окружающих или сохранить воспоминания. И это очень интересная часть нашей работы: мы непрерывно ведем диалог с искусствоведами, философами, психологами и социологами. Не только чтобы узнать, что будет популярно, но и чтобы научиться понимать почему.

— Согласно исследованиям, жители городов уже почти не различают большинство нот растений, которые исторически были основой парфюмерной палитры. Поэтому становятся популярными гурманские ноты: этот язык понятен не только по описанию, но и хорошо считывается. Интерес к неизвестному и склонность к экспериментам возникают в благополучные времена, а с нарастанием тревожности интерес смещается к безопасности.

Траектория появления новых молекул подтверждает это: раз за разом мы наблюдаем, что все больше молекул создается в последние годы на основе узнаваемых нот. Так было с «латте» в этом году и, вероятно, будет с нотами риса и фисташки в следующем. Новые мускусы, представленные в 2025 году, также с высокой вероятностью появятся в композициях в ближайшие сезоны.

Новые молекулы — это лишь верхушка айсберга. За ними стоят более глубокие изменения: смещение интереса к комфортным, «носибельным» ароматам, развитие биотехнологий и поиск новых способов передачи знакомых запахов. Но что именно из тысяч ежегодных парфюмерных новинок станет бестселлером продаж, невозможно предугадать.

— Обоняние — одна из пяти сенсорных систем человека. Аромат глубоко встроен в человеческую жизнь: по сути, это невидимый слой реальности, который влияет на то, испытываем ли мы тревогу, влечение или покой. Давно известно, что лаванда и ромашка могут оказывать успокаивающее действие, а цитрусовые ассоциируются с энергичностью. Но механизм этого воздействия остается загадкой, как и вся сложно устроенная сенсорная система обоняния.

Мы наблюдаем рост числа научных исследований в области нейробиологии восприятия. Открытие обонятельных рецепторов произошло в 1990-е годы, но до сих пор не создана исчерпывающая модель восприятия ароматов. Обоняние остается одной из самых сложных и загадочных сенсорных систем человека. Если механизмы зрительного восприятия изучены значительно подробнее, то обонятельная система до конца не расшифрована.

Накопленные данные и возможности ИИ создают основу для разработки новых ароматических молекул, но предсказать, как их будут воспринимать, пока сложно. На это влияет не только набор генов, заданный при рождении, но и личный жизненный опыт, социальная среда и культура.

Мы заметили, что ароматы, созданные парфюмерами из другой культурной среды, редко завоевывают долговременную популярность. В них отсутствуют те самые ольфакторные связи, которые закрепляют предпочтения, характерные для нескольких поколений. И если европейские парфюмерные традиции близки нам, то азиатские — например, китайские, турецкие, японские — композиции или ароматы из арабских стран имеют ограниченные шансы надолго и масштабно прижиться в России.

— Устройство предназначено для последовательной подачи нескольких ароматов с ограниченной зоной распространения и минимальным искажением их парфюмерного профиля.

Этот гаджет изначально использовался нами для проведения тестов в рамках исследований. Он позволяет обойти необходимость интерпретации и получить быстрый эмоциональный отклик восприятия при тестировании аромата. Технология дает возможность подавать совершенно разные последовательности ароматов и сохранять чистоту каждого из них. Это компактный, носимый гаджет со сменными картриджами ароматреков. При его использовании пользователь плеера «слышит» только «свой запах» в заданной последовательности чистых ароматов. Окружающие люди ароматы из чужого аромаплеера не чувствуют.

Благодаря этой системе аромаплеер открыл нам возможности для дополнения аудиовизуального контента ольфакторным. С ним можно, например, смотреть фильмы с ароматным сопровождением без необходимости строить сложную вентиляционную систему подачи и очистки воздуха в помещении, и полностью исключить смешение подаваемых ароматов.

Мы видим в нем также возможности аромагида для выставок. Парфюмеры ACSens уже работают над специальными коллекциями ароматов для экспозиций совместно с музейными и выставочными пространствами. Аромакартриджи могут быть наполнены любым запахом по заданным характеристикам: профиля аромата, его интенсивности, длительности и последовательности подачи каждого в определенное время. Мы работаем над приложением, которое будет управлять этим устройством и сделает его массово доступным.