Экономисты оценили число россиян с теневыми зарплатами

Фото: Станислав Красильников / ТАСС

Потери бюджетной системы из-за неформальной занятости составляют около 3 трлн руб. ежегодно, подсчитали экономисты рейтингового агентства «Национальные кредитные рейтинги» (НКР, входит в медиахолдинг РБК) на основе сравнения данных ФНС и Росстата. Речь идет почти о 3% ВВП. Четверть зарплат россиян невидимы государству, сделали вывод эксперты.

• Общее количество неформально занятых, выпадающих из поля зрения налоговой статистики, оценивается в 13 млн человек, или 18% рабочей силы в возрасте 15 лет и старше, подсчитали в НКР.

• Если каждый неформально занятый получает среднюю для своего региона зарплату, недополученный доход бюджетов всех уровней составляет около 3 трлн руб. — 0,9 трлн руб. доходов от уплаты налога на доходы физлиц (НДФЛ) и 2 трлн руб. страховых взносов во внебюджетные фонды, оценили экономисты.

Если бы неформально занятые работали легально, то ставку подоходного налога можно было бы снизить с текущих 13% до 11% практически без потерь собираемости НДФЛ в абсолютном выражении, следует из оценок НКР.

Но вывод этих лиц из налоговой тени не представляется возможным в силу специфики их деятельности, делают вывод экономисты. «Основная масса таких работников сконцентрирована в сферах услуг, ремонта и мелкого производства. Государство не располагает ни стимулами для добровольной легализации подобного рода доходов, ни мерами административного воздействия на данную категорию граждан, а любые попытки установить контроль над выплатами через банковскую систему приведут к обналичиванию всех расчетов в этой сфере», — указывают они.

В РАНХиГС проводили собственное исследование теневого рынка труда, которое рассматривало неформальную занятость как наемных работников, так и самозанятых. «Общий оборот заработанных ими средств составил порядка 10 трлн руб. Если приблизительно оценить сумму налогов и страховых платежей, которые могли бы поступить в бюджет с этих доходов, получится минимум 2 трлн руб.», — сказал РБК директор центра социально-политического мониторинга Института общественных наук РАНХиГС Андрей Покида. Оценка недополученных доходов от неформальной занятости в 3 трлн руб. выглядит вполне правдоподобной, считает он.

Разрыв в оценках ФНС и Росстата

Экономисты агентства оценили рынок труда на основе данных Федеральной налоговой службы (ФНС) о зарплатах, с которых был уплачен НДФЛ, и сравнили результаты со статистическими данными Росстата.

• Численность работающих россиян, по данным ФНС, на 22% меньше, чем по сведениям Росстата. Платят налоги 58,9 млн человек, следует из статистики налоговой службы, Росстат же оценивает число работающих в 72,3 млн человек.
• Основная причина расхождения — в теневой занятости, делают вывод в НКР, неофициально заняты 13 млн россиян.
• Средняя зарплата в России, по данным ФНС, на 25% ниже, чем по данным Росстата.

Среднемесячная номинальная начисленная зарплата в 2018 году составляла 39,2 тыс. руб., или 3,5 прожиточных минимума, сообщал Росстат. Налогооблагаемая зарплата в среднем составила 31,1 тыс. руб., или 2,8 прожиточных минимума, следует из оценок НКР.

Региональные различия

В 22 регионах доля работающих в тени превышает 30%. Это означает, что существенная часть жителей либо уезжает на заработки в другие регионы, либо работает в тени. Рекордный показатель зафиксирован в Дагестане — 70%. Там же отмечен самый высокий разрыв между числом работающих и уплачивающих НДФЛ — 30%.

Наиболее ярко расхождения в оценках ФНС и Росстата проявились на примере Северного Кавказа и нефтегазовых территорий. Занятость в сырьевых регионах, экономика которых практически полностью основана на добывающих отраслях с вахтовым режимом работы, превысила численность рабочей силы.

Уровень безработицы, который Росстат оценивает по методике Международной организации труда (МОТ), может иметь слабое отношение к реальной ситуации на рынке труда, считают авторы исследования. По данным госстатистики, в среднем за январь—сентябрь 2019 года уровень безработицы составил 4,6% экономически активного населения страны.

Эксперты также сравнили данные Росстата и ФНС о размере зарплат. В большинстве регионов (в 51 из 85 субъектов) зафиксированы расхождения в 20–25%.

Наибольшее соотношение величины зарплаты и прожиточного минимума отмечено в Ямало-Ненецком АО (6,06 — по данным Росстата или 4,51 — по данным ФНС), Сахалинской области (5,65 или 4,25), в Санкт-Петербурге (5,51 или 4,29), в Москве (5,18 или 4,41) и Хаты-Мансийском АО (4,91 или 4,02).

Наименьшее соотношение — в Кабардино-Балкарии (2,41 или 1,84), Псковской области (2,54 или 2,09), Чечне (2,55 или 2,13), Ивановской области (2,58 или 1,88) и Алтайском крае (2,72 или 2,23).

По мнению авторов исследования, в Кабардино-Балкарии и Чечне соотношение зарплаты и прожиточного минимума не соответствует реальному из-за значительной доли неформальной занятости. Низкие показатели в Алтайском крае, Псковской и Ивановской областях объясняется оттоком рабочей силы из-за неразвитой экономики. «Однако Росстат продолжает учитывать выбывшие рабочие ресурсы как находящиеся на территории региона, искусственно завышая и занятость, и зарплату», — указали эксперты НКР.

«В статистике Росстата внутренние трудовые мигранты есть: порядка 1,8 млн вахтовиков и еще какая-то часть маятниковых мигрантов, которые ездят на работу ежедневно. Но, возможно, эта цифра несколько занижена», — пояснил РБК ведущий научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ Никита Мкртчян.