Лента новостей
Шувалов рассказал об условиях передачи государству Связь-банка Финансы, 18:15 Суд продлил арест братьев Магомедовых до 30 июня Общество, 18:08 ФСО сообщила о поимке похитителей кабеля спецсвязи рядом с Кремлем Общество, 17:55 Обвинение запросило для экс-главы Коми Гайзера 21 год колонии Общество, 17:53 РФС проверит сообщения о домогательствах тренера фарм-клуба женского ЦСКА Общество, 17:46 СМИ сообщили о стрельбе между полицейскими в турецком аэропорту Общество, 17:41 Мировой спрос на нефть в 2018 году вырос почти до 100 млн барр. в день Экономика, 17:40 Еда на колесах: сколько стоит открыть и как окупить свое мобильное кафе РБК и ГАЗ, 17:36 Минфин США расширил санкции против Ирана Политика, 17:35 Суд в Чехии приговорил напавшего с ножом на теннисистку Квитову к 8 годам Общество, 17:34 Яровая предложила смягчить наказание подросткам за нетяжкие преступления Общество, 17:24 ЛДПР выбрала кандидата в депутаты Госдумы Политика, 17:20 Что поможет вам начать вести здоровый образ жизни: тест РБК и Philips, 17:15 Топилин не исключил новые меры по поддержке рождаемости Общество, 17:10
Экономика ,  
0 
Налоговый прессинг: за что ЕС рассердился на Ирландию и Гибралтар
Еврокомиссия в конце сентября - начале октября опубликовала сразу несколько сообщений, в которых рассказала как продвигаются расследования потенциальных налоговых нарушений Ирландии, Люксембурга и Гибралтара. Еще летом этого года стало известно, что расследование ведется и в отношении Нидерландов. Брюссель полагает, что все эти страны и территории с особым статусом создавали для бизнеса льготный налоговый режим. По законам ЕС это считается оказанием государственной поддержки и запрещенным приемом. Больше всего от расследования ЕС может пострадать Apple. Ее могут обязать доначислить в бюджет Ирландии $6 млрд.
Фото: Getty Images

Еврокомиссия за последние дни опубликовала сразу несколько сообщений, в которых раскритиковала ряд европейских стран и территорий за создание чрезмерно благоприятного налогового режима для бизнеса, в том числе и для крупных компаний. Брюссель полагает, что члены ЕС оказывают избранным предприятиям «государственную поддержку», а это запрещено правилами организации.

Сообщения ЕК о потенциальном нарушении европейского законодательства обнародованы сейчас, но посвящены они событиям июня-июля этого года. Тогда еврокомиссар по вопросам конкуренции и антимонопольной политике Хоакин Альмуниа направил послания (они также опубликованы в конце сентября – начале октября) правительствам государств, которые, по мнению ЕС, дали незаконные налоговые послабления бизнесу.

Среди государств, которые вызвали недовольство Брюсселя, оказались Люксембург, Ирландия, а также британское заморское владение Гибралтар. Кроме того, летом стало известно об аналогичном расследовании ЕК Нидерландов.

В самое сердце

Суть претензий Брюсселя к странам-участницам ЕС нагляднее всего прослеживается на примере Люксембурга. Из письма Альмуниа следует, что Еврокомиссия заподозрила страну в договоренностях с итальянским автомобильным концерном Fiat. Вызвавшее озабоченность еврокомиссара соглашение датировано 2012 годом.

Чтобы максимально использовать возможности снизить налоговые отчисления, Fiat вынес все свои финансовые подразделения, объединенные в Fiat Finance and Trade Ltd (FTT), в Люксембург. В то время как основные производственные мощности, научно-исследовательские центры и другие активы компании находились в других государствах, их финансирование осуществлялось именно из Люксембурга. Таким образом, основная налоговая нагрузка на Fiat приходилась не на головную компанию, а на ее люксембургское отделение.

Сама по себе такая схема деятельности не является незаконной. Однако Fiat и Люксембург договорились о том, что компания в течение пяти лет – с 2012 по 2016 годы - будет платить налоги с суммы, не превышающей €2,79 млрд (€2,54 млрд +/- 10%). Размер налога при этом составлял 28,8%. «Создание фиксированной налоговой базы не может быть экономически обосновано, за исключением ситуации, когда компания уверена в стабильности своего бизнеса на протяжении пяти лет», - отмечается в тексте письма Альмуниа.

Помимо закрепленной налоговой базы, с которой итальянский концерн обязался платить налоги, Еврокомиссия оказалась недовольна возможными нарушениями принципа рыночных отношений (arm’s length principle). Он гласит, что сделки между аффилированными лицами, в том числе между различными подразделениями международных корпораций, должны совершаться на рыночных принципах.

В деятельности Fiat в Люксембурге могли быть и другие спорные моменты. В частности, Еврокомиссия полагает, что FFT не соответствовала требованиям к достаточности банковского капитала по нормативам Базель-II, а также недооценила риски по некоторым видам собственного капитала.

Пока выводы Еврокомиссии носят предварительный характер. Однако если в результате дальнейшего расследования регулятор придет к выводу, что Люксембург действительно предоставлял Fiat помощь, компания должна будет компенсировать невыплаченные суммы. Штрафов для государств-нарушителей не предусмотрены, но Брюссель может заставить их изменить законодательство.

Правда, в политической сфере последствия «дела» Fiat для Люксембурга будут значительными. Дело в том, что Альмуниа заявил, что страна оказывала не полное содействие в расследовании (что было позже опровергнуто правительством Люксембурга). Более того, герцогство оспорило требования ЕК о раскрытии дополнительной информации. Когда о расследовании Брюсселя сделок Люксембурга и Fiat стало известно летом этого года, Bloomberg со ссылкой на анонимные источники сообщил, что переданные Люксембургом в Брюссель материалы были неполными – в них было вымарано название проблемной компании. О том, что Евросоюз подозревает в нарушениях именно Fiat, стало известно лишь позднее. 

Очевидно, что Евросоюз продолжит оказывать давление на герцогство, так как сейчас получается, что страна, бывшая одним из основателей ЕС, идет вразрез с политикой блока, оставаясь, по сути налоговой гаванью. Например, в конце 2013 года неправительственная исследовательская организация The Justice Network опубликовала очередной рейтинг стран с самыми непрозрачными финансовыми системами. В нем Люксембругу было присвоено второе место - более закрытой оказалаль только Швейцария, которая в ЕС не входит.

Вслед за ЕС на Люксембург будут пытаться давить и другие международные организации, которые в последние годы советовали усилить борьбу с налоговыми уклонистами. Среди них МВФ, Всемирный банк и ОЭСР.

Наконец, связанный с Fiat скандал может затронуть и нового президента Европейской комиссии – Жана-Клода Юнкера. В 1995 – 2013 годах он был главой правительства Люксембурга. Сам Юнкер ранее отвергал обвинения в том, что Люксембург стал «налоговым раем». Если льготный налоговый режим для Fiat все же сочтут "государственной поддержкой", окажется, что президент главного европейского регулятора в прошлом руководил правительством, которое было к этому причастно.

Другая страна-основатель ЕС – Нидерланды –  оказалась под подозрениями в связи с деятельностью сети Starbucks. Как и в случае с Люксембургом налоговые схемы королевства могут представлять не только экономический, но и репутационный урон для ЕС. Однако в отличие от Люксембурга, Нидерланды оказывали европейским властям содействие в расследовании. В июне Альмуниа заявил, что ЕК не ждет от проверки «значительных нарушений». 

Расследование Еврокомиссией Гибралтара существенно отличается от ее действий в отношении Люксембурга и Нидерландов. Брюссель обратил внимание на налоговый режим британской заморской территории в 2012 году после жалобы Испании. Мадрид тогда заявил, что фискальная система Гибралтара с 2011 года благоприятствует оффшорным компаниям, что противоречит европейскому законодательству. По законам Гибралтара, все налоги от доходов, полученной от экономической деятельности на Гибралтаре или связанной с ним, должны выплачиваться в местный бюджет. При этом зарегистрированные на Гибралтаре компании могут заранее запрашивать подтверждения о том, подпадут ли их доходы под местное налогообложение.

Проанализировав 165 решений налоговых властей британской заморской территории за период с 2011 по август 2013 года, ЕК пришла к выводу, что власти Гибралтара не потребовали достаточно доказательств, что прибыль местных компаний действительно была получена от действий на территории Гибралтара. Таким образом, бизнес мог получить налоговые поблажки. Корпоративный налог в британской заморской территории – 10% (и 20% для монополистов и поставщиков коммунальных услуг). Брюссель полагает, что в данном случае речь также идет о получении государственной поддержки.

Правда, другое обвинение испанских властей – в существенном расхождении налоговой системы Гибралтара и британской – ЕС счел необоснованным. 

«Двойной ирландский»

В отличие от расследования в отношении Люксембурга и Гибралтара, которое носит внутриевропейский характер, проверка Еврокомиссией Ирландии связана с договоренностями властей этой страны с крупной американской компанией – Apple. Из опубликованного 30 сентября послания еврокомиссара по антимонопольной политике следует, что в 1991 и 2007 годах Дублин вел переговоры с Apple о специальном налоговом режиме для нее. По итогам этих встреч, как утверждает европейский регулятор, размеры сборов с Apple были специально рассчитаны таким образом, чтобы не превышать определенных пороговых значений.

Например, налоги на инвестиции Apple в свое ирландское подразделение составляли 65% для вложений в $60-$70 млн, но если этот порог повышался, то налоги снижались до 20%. Сумма же облагаемого налогами дохода Apple составляла от $28 до $38 млн., что, по мнению Еврокомиссии, «не имеет экономических обоснований». После пересмотра соглашений в 2007 года налоги для Apple выросли до 8%-18%.Это «незначительные для IT-сферы показатели», полагают в Брюсселе. Как отмечает The Financial Times, в том случае, если ЕК признает Ирландию виновной в оказании государственной помощи Apple, последнюю могут попросить компенсировать незаконно полученные привилегии. По приведенной изданием оценке Barclays, за последние три года эта сумма может составить $6 млрд.

Как и Fiat c помощью Люксембурга, Apple извлекает существенные прибыли за счет разделения своих операций между различными странами. Ирландия и Нидерланды особенно удобны для минимизации налогообложения. Одна из подобных схем получила название «двойной ирландской». Компания из Купертино считается едва ли не пионером ее использования.

Ее суть заключается в том, что американская компания, например, X, передает ирландской компании X1 права на интеллектуальную собственность. Таким образом, ирландская компания получает возможность зарабатывать на ее использовании, а X может не платить налоги в США. Штаб-квартира X1 должна находиться за пределами Соединенных Штатов – по ирландским законам компания считается резидентом того государства, откуда управляется. Таким образом, штаб-квартира, скорее всего, будет расположена в оффшоре с минимальным или нулевым налогом. Далее компания X1 за существенную стоимость передает права на интеллектуальную собственность ирландской компании X2, которая и ведет реальную деятельность. Плату за пользование интеллектуальной собственностью X2 в безналоговом режиме перечисляет X1, а с оставшихся средств (де-факто прибыли) выплачивает ирландский корпоративный налог в 12,5%.

Иногда эту схему дополняют голландской компанией. Тогда она становится «двойной ирландской с голландским сэндвичем». Ирландское предприятие, которое непосредственно ведет дела, перечисляет платежи не в оффшор, а в голландскую фирму-пустышку, экономя таким образом на ирландских сборах за перечисление средств в офшор. Затем голландская компания сама переводит средства X1.

В конце 2013 года, как отмечает Bloomberg, использование крупными американскими компаниями (не только Apple, но и Starbucks, а также Google) этих схем стоило казне Соединенных Штатов до $100 млрд. Google с помощью «двойной ирландской» сэкономил в 2012 году $2,2 млрд.

Действия Apple, Google, Starbucks, Amazon и ряда других крупных компаний, пусть и в рамках закона, в прошлом не раз критиковались США и Великобританией.

Власти Ирландии и Нидерландов заявляют, что их фискальные системы полностью законны, однако допускают возможность закрытия определенных лазеек, вызывающих недовольство влиятельных стран и организаций. Очевидно, что расследования Еврокомиссии призваны ускорить реальные действия европейских стран, которые пока не торопятся превращать свои обещания по борьбе с налоговыми хитрецами в реальные действия.