Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В ВОЗ оценили ситуацию с коронавирусом в мире как тревожную Общество, 12:56 Меньше значит меньше: как кризис заставляет накапливать вещи Экономика шеринга, 12:50 Из Испании в Россию экстрадировали обвиняемого в мошенничестве на ₽7 млн Общество, 12:31 Бизнес как на ладони: что вы не знали о мобильном банкинге РБК и СберБизнес, 12:15 Планировавшие переворот в Белоруссии заявили о взломе серверов МВД и КГБ Политика, 12:14 Начальник ГИБДД Петропавловска-Камчатского утонул в озере Общество, 12:14 В аварии в Ростовской области погибли пять подростков. Видео с места ДТП Общество, 12:05 СМИ узнали о возможном переносе дополнительных матчей Евро-2020 в Россию Спорт, 11:53 «Я буду выглядеть глупо»: как преодолеть страх публичного выступления Pro, 11:45 Тело пропавшего под Новосибирском шестилетнего мальчика нашли в реке Общество, 11:40 Голос и лицо вместо документов: зачем банки внедряют биометрию Индустрия 4.0, 11:30 Инструкция для инвестора: как платить налоги по дивидендам Инвестиции, 11:30 Импорт без оглядки на рубль: как хеджировать валютные риски РБК и Банк «Открытие», 11:26 Полиция Праги задержала обливших кетчупом забор посольства России Общество, 11:26
ПМЭФ-2017 ,  
0 

«Наступает новая эра»: главные заявления первого дня ПМЭФ-2017

Петербургский экономический форум традиционно собрал главных представителей российской власти и бизнеса. Их главные заявления в первый день работы ПМЭФ-2017 — в обзоре РБК
Посетители ​ПМЭФ-2017
Посетители ​ПМЭФ-2017 (Фото: Донат Сорокин / ТАСС)

Антон Силуанов, министр финансов России:

«Говорят, что есть «сырьевое проклятие» ряда стран, в том числе и России. На самом деле это не проклятие, а умение стран использовать те возможности, которые есть в результате экспорта сырья. Это проклятие только в тех странах, которые не умеют этим воспользоваться».

Силуанов и Набиуллина назвали шесть ограничений мировой экономики

Эльвира Набиуллина, глава Центробанка России:

«Денежно-кредитная политика не способна пробить потолок потенциального роста, это могут сделать только структурные реформы. Но обеспечить стабильность выпуска около потенциального роста, отсутствие сильных падений, сильных рецессией она, конечно же, в состоянии. В этом мы отличаемся от многих стран. Низкая инфляция вместе с повесткой энергичных структурных реформ, с той повесткой, в которую верят инвесторы, конечно, может помочь экономическому росту, и я также оцениваю, что в этом случае рост может быть 3-3,5%».

Максим Орешкин, министр экономического развития России:

«У нас сейчас для денежно-кредитной политики наступает новая эра. Заканчивается эра снижения инфляции, и теперь вопрос стабилизации инфляционных ожиданий и поддержание инфляции в узком диапазоне около целевых уровней. Это качественная задача, она сложная, но в чем я точно уверен, что у нас в Центробанке команда одна из лучших в мире, она точно с этой задачей справится. Можно думать о его снижении [таргета по инфляции], но главное — это обеспечение стабильности инфляции, инфляционных ожиданий, предсказуемости».

Алексей Кудрин, глава Центра стратегических разработок:

«Нефтяной сектор России должен быть полностью приватизирован в ближайшие 7-8 лет, он и способен справляться с проблемами в отрасли без участия государства. Там не нужно нам сегодня государственных компаний. Государственный статус скорее приносит вред этим компаниям, чем положительный эффект».

Помощник Путина оспорил идею Кудрина о приватизации нефтяного сектора

Андрей Белоусов, помощник президента России:

«Я считаю, что вопрос о приватизации дальнейшей нефтяных компаний, в том числе «Роснефти» и «Газпрома» в повестке сегодня не стоит. Я к этому [предложению] отношусь остро отрицательно. Мы не знаем, что будет через восемь лет с нефтью, с нефтяными компаниями. Через восемь лет к этому вопросу вернемся».

Игорь Шувалов, первый вице-премьер России:

«То, что мы (экономика России. — РБК) сейчас находимся уже в фазе роста, медленного, конечно, и то, что у нас сейчас нет ни одного пузыря, что [мы имеем] абсолютно стерильную ситуацию для начала инвестиций, означает, что наш экономический курс абсолютно выверен и он обеспечивается набором институтов. Хотя мы часто ругаем, что наши институты недостаточно развиты. Но наши денежные власти — Банк России и Минфин — я считаю, что они одни из лучших в мире».

Аркадий Дворкович, вице-премьер:

«Российская экономика медленно, постепенно, сложно, но все же выходит из периода стагнации. Пока окончательные выводы делать нельзя, но это точно будет плюс, пока есть разные данные, какой именно — 0,6% или около 2%. Пока этот рост сдерживается ценами на нефть. Также важно, чтобы инфляция оставалась на одном уровне, тогда Центробанк сможет начать снижение процентных ставок. Сейчас многие критикуют Центробанк, но я бы не стал присоединяться к этой критике. Это было трудное решение — краткосрочно пожертвовать какой-то частью роста для того, чтобы обеспечить долгосрочную динамику [экономического роста]».

Татьяна Голикова, глава Счетной палаты:

«Само правительство в своих документах говорит том, что институт государственных программ не состоялся. Треть государственных программ, которые сейчас реализуются, самим правительством признаны неэффективными. Необходимо переходить на другие, более прозрачные и понятные механизмы определения приоритетов и формирования бюджетов ведомств. Существующие государственные программы достаточно громоздкие и не решают задач, которые сегодня стоят перед страной».

Андрей Костин, глава ВТБ:

«Я лично не верю, что [антироссийские санкции со стороны США] санкции будут усилены. Я думаю, что все останется​ как есть».

Михаил Мень, министр строительства и ЖКХ России:

«В Москве программа реновации будет делаться не только за счет бюджетных денег, но и с привлечением средств застройщиков. Такое возможно только в Москве, возможно, еще в двух-трех городах. На другие субъекты федерации под кальку программа лечь не может».

Борис Титов, уполномоченный по защите прав предпринимателей при президенте России:

«Мы спросили у бизнеса, как он видит свои проблемы. И на первом месте — неопределенность экономической ситуации. А дальше идут все подряд, то что связано с экономикой, с доходностью бизнеса, экономические факторы, которые на них влияют. И коррупция вышла на 12-е или 13-е место в этом опросе, хотя мы признаем, что это большая проблема».

Антон Дроздов, глава Пенсионного фонда России:

«Мы сейчас готовим бюджет 2018–2020 годов и там не закладываем увеличение пенсионного возраста. Официально такой задачи не стоит».​

Игорь Щеголев, помощник президента России:

«Роль больших массивов данных очень часто недооценивается, чем пользуются корпорации, за бесценок получая доступ к личной жизни граждан, который позволяет им лучше продавать свои товары и сервисы. Что будет с нами, с теми самыми белковыми существами, которых сначала не останется в промышленности, потом в сельском хозяйстве. Не окажутся ли потребители в роли тех индейцев, у которых забрали землю за стеклянные бусы, поскольку они не понимали, какова стоимость этой земли <...>. Задача государства — сохранить тайну личной жизни, которая гарантирована Конституцией, чтобы потом, отдав за бисер, за бесплатные сервисы наши данные, мы не оказались в резервациях, вокруг которых будут ездить роботы, сеять, жать, будут работать заводы, а нашим гражданам будут платить гарантированное социальное пособие».