Можно ввезти даже те препараты, которые еще не включены в Государственный реестр лекарственных средств. Не возникнет проблем с провозом фальсифицированных и контрафактных лекарств — качество при пересечении границы не должно подтверждаться сертификатом производителя.
Но есть исключение — препараты с содержанием сильнодействующих веществ: их сейчас нельзя ввозить вообще, если цель — личное использование, рассказал РБК депутат Госдумы Дмитрий Гудков. Согласно статье 226.1 Уголовного кодекса РФ, перевозка сильнодействующих или ядовитых веществ через границу Таможенного союза приравнивается к контрабанде. УК предусматривает наказание за провоз таких препаратов для физлиц — лишение свободы на срок от трех до семи лет, штраф в размере до 1 млн руб.
Список сильнодействующих и ядовитых веществ для применения соответствующих статей УК утвержден постановлением правительства № 964 от 29 декабря 2007 года (последние правки вносились в 2013-м). Часто они применяются для лечения серьезных заболеваний: например, бензобарбитал входит в состав препаратов, которые оказывают на организм противосудорожное воздействие, клозапин — антипсихотическое действие, цефедрин используют для лечения депрессивных состояний и т.д.
Почему Минздрав предложил изменить порядок ввоза?
Уточнить правила ввоза сильнодействующих лекарств в личных целях потребовал Конституционный суд в июле 2015 года. На действующее законодательство РФ пожаловались два гражданина Казахстана, приехавшие в 2013-м на турнир по пауэрлифтингу в Екатеринбург, сообщал отраслевой портал Vademecum: спортсмены были задержаны на таможне за ввоз анаболических стероидов. Несмотря на наличие у них сопроводительных документов — рецептов врача и чеков, казахстанцев обвинили в контрабанде препаратов.
Выполняя предписание Конституционного суда, Минздрав в ноябре прошлого года подготовил законопроект, а в январе 2016-го внес его в Госдуму. Министерство предложило разрешить гражданам провоз лекарств с содержанием сильнодействующих веществ, не являющихся психотропными или наркотическими, для личного использования.
Импортные и отечественные лекарства на российском рынке
1,1 трлн руб. достиг российский рынок лекарств в 2015 году
741 млрд руб. составляет коммерческий рынок лекарств. Из них 554 млрд приходится на импортные лекарства
На 13,6% выросли цены на отечественные готовые лекарственные средства на коммерческом рынке, с 69 до 78 руб. Импортные лекарства в то же время подорожали на 5,1% — с 215 до 226 руб.
От трех до семи лет лишения свободы со штрафом в размере 1 млн руб. могут получить физические лица, согласно действующему УК РФ, за ввоз сильнодействующих лекарств в Россию из-за границы. В число запрещенных к ввозу препаратов входят, к примеру, клозапин и цефедрин, с помощью которых лечат психические расстройства, а также опиоидный анальгетик трамадол
На 231 млрд руб. лекарственных препаратов было произведено в России в 2015 году
На 28,9% выросли в 2015 году цены на жизненно необходимые лекарства российского производства. Цены на импортные ЖНВЛП за тот же период выросли 4,9%
5084 млн упаковок лекарственных средств были реализованы в России за 2015 год. Это почти на 500 тыс. упаковок меньше, чем в 2012 году
Источники: DSM Group, ВШЭ, RNC Pharma
Но при себе пересекающий границу гражданин должен иметь специальный документ, выданный медицинским работником, или его заверенную копию: там должно быть указано наименование и количество назначенного лекарства.
Директор ГБУ НИИ организации здравоохранения и медицинского менеджмента Департамента здравоохранения города Москвы Давид Мелик-Гусейнов утверждает, что в европейских странах установлен похожий механизм контроля над сильнодействующими препаратами. Так, например, за пересечение границы ЕС с корвалолом в багаже могут арестовать, если документов на лекарство при себе не окажется, заверил он.
Как понять, возникнут ли проблемы с провозом конкретного препарата?
С препаратами, приобретенными в заграничных аптеках без рецептов, никаких проблем не возникнет, говорят Мелик-Гусейнов и директор по развитию аналитического агентства RNC Pharma Николай Беспалов.
По их данным, препараты с содержанием сильнодействующих веществ в России вообще применяет небольшое число людей: Мелик-Гусейнов говорит о сотнях пациентов, Беспалов — о десятках. Сложности могут возникнуть у спортсменов, которые используют сильнодействующие препараты не в качестве лекарств, а в качестве допинга, считает Мелик-Гусейнов: «Им, конечно, будет сложнее получить рецепт. В этой категории речь идет о тысячах людей».
Какие именно документы понадобятся для провоза таких препаратов, станет ясно позже: возможно, потребуется только рецепт, возможно — рецепт и чек, объясняет Беспалов, пока эти данные не публиковались. По его мнению, россияне смогут получать рецепты и от российских врачей, и от зарубежных специалистов. При этом услугами переводчиков, скорее всего, пользоваться не придется, поскольку рецепты обычно выписываются на латинском языке.
Но, как пишет Титов, «ограничения на обязательный рецепт и нотариально заверенный перевод — лишний удар по кошельку граждан в кризис».
Зачем россияне везут лекарства из-за рубежа?
По данным DSM Group, объем коммерческого импорта препаратов в Россию в 2015 году составил почти 554 млрд руб. Но сами россияне вывозят из-за рубежа незначительное число лекарств — их объем не ощутим для рынка, настаивает Мелик-Гусейнов.
За границу в принципе ездят лишь 7–10% населения, рассуждает глава Ассоциации российских фармпроизводителей Виктор Дмитриев. В основном люди покупают лекарства, произведенные в других странах, потому что меньше доверяют тому, что продается в России, говорит он. При этом, по его словам, почти все такие препараты — безрецептурные. «Иногда пациенты считают, что препарат, привезенный из-за границы, лучше российского, хотя это может быть то же самое лекарство», — согласен Мелик-Гусейнов.
Какие-то лекарства за рубежом стоят дешевле, чем в России, поэтому россияне стремятся покупать их там, добавляет Гудков.
Кто против импортных лекарств
Вероника Скворцова,
министр здравоохранения
«Мы благодарны зарубежным компаниям, которые приходят в Россию с передачей технологий, но нам важно, чтобы это был полный цикл производства, начиная с субстанции <…>. Нам необходимо, чтобы субстанция для иммунобиологического препарата готовилась на основе штаммов, которые подтверждены нашими внутренними эпидемиологическими исследованиями и характеризуют российскую популяцию».
Сергей Чемезов,
глава «Ростеха»
«Мы поставили перед собой задачу сделать производство полного цикла. Такие заводы уже работают: например, «Форт» под Рязанью. Потом государство в управление «Ростеху» передало крупнейшего производителя вакцин — ФГУП «Микроген». Планируем создавать и другие производственные площадки. Тем самым мы вынуждаем конкурентов делать производство полного цикла здесь, в России, вместо того чтобы просто завозить, расфасовывать и разливать [готовые, по сути, лекарства]».
Дмитрий Медведев,
премьер-министр
«Что касается импортозамещения, то здесь сомнений никаких нет, конечно, по мере возможностей мы должны выходить на производство наших препаратов, естественно, отдавая прежде всего преимущество эффективным средствам, но с пониманием того, что мы сами себя должны обеспечивать этими препаратами, тем более что исследования в этой сфере — они продолжаются».
Дмитрий Морозов,
генеральный директор компании «Биокад»
«Сейчас в стране происходят глобальные изменения в работе по обеспечению людей лекарственными препаратами. Благодаря поддержке Министерства промышленности и торговли, Минздрава и Минэкономразвития российские фармацевтические компании создают мощную технологическую платформу для выпуска отечественных инновационных препаратов и успешной конкуренции на мировом фармацевтическом рынке. Сейчас мы можем выпускать не только качественные дженерики, но и инновационные препараты, аналогов которых еще нет в мире».
Михаил Мурашко,
руководитель Росздравнадзора
«Процесс импортозамещения идет активно. Сегодня в упаковках, в абсолютном количестве произведенных лекарственных препаратов эта [доля] уже превышает 60%. В финансовом аспекте эта цифра несколько меньше, поскольку отечественные препараты позволяют экономить средства для медицинских организаций, — это чуть более 25%».
Владимир Шипков,
исполнительный директор
Ассоциации международных фармацевтических производителей
«Мы ставим во главу угла интересы пациентов, а не производителей. Никто не знает, из какой страны будут завезены препараты, в каких условиях они производились и хранились и на каком языке на них будет маркировка. Этого никто не знает, и никто не несет ответственность за их производство, обращение и хранение».
