Лента новостей
Кремль оценил перспективы встречи в «нормандском формате» Политика, 14:32 Бот или не бот: как сделать онлайн-помощника полезным для бизнеса Pro, 14:32 В Кремле назвали резонансной ситуацию с избитой полицейским девушкой Политика, 14:26 ФНС впервые использовала «архивные» данные офшора для налоговых претензий Экономика, 14:23 Кремль позитивно оценил переговоры Путина и Макрона Политика, 14:20 Глава Huawei заявил о моменте между жизнью и смертью компании Бизнес, 14:20 Экс-футболист сборной России Смертин стал советником президента РФС Спорт, 14:12 Власти Архангельской области решили закупить 1,2 тыс. противогазов Общество, 14:12 ЦБ сообщил о замедлении роста потребительского кредитования за три месяца Финансы, 14:06 Кремль нашел подтверждение планам США подорвать ДРСМД Политика, 14:06 Для частых поездок: ноутбук со стальными нервами РБК и ASUS, 14:04 ЦБ объяснил рекордную прибыль банков в 1 трлн руб. Финансы, 14:01 Лукашенко назвал величайшим достижением Белоруссии отсутствие олигархов Политика, 13:56 Сборы «налога на болванки» выросли в прошлом году почти в полтора раза Технологии и медиа, 13:54
Бизнес ,  
0 
Фридман объяснил свои инвестиции за пределами России
Михаил Фридман в беседе с корреспондентом FT рассказал, почему вкладывает в зарубежные проекты. После продажи ТНК-BP «Роснефти» Владимир Путин говорил, что хотел бы, чтобы средства от сделки пошли в российскую экономику
Миллиардер Михаил Фридман (Фото: Павел Смертин/ТАСС)

Российский миллиардер Михаил Фридман, состояние которого Forbes оценивает в $13,3 млрд (№2 в списке богатейших людей России), в беседе с газетой Financial Times прокомментировал свои инвестиции в зарубежные проекты. Российская экономика «находится не в лучшей форме», сказал он.

​«И вообще не стоит класть все яйца в одну корзину», — констатировал Фридман.

По его словам, Россия «должна перестроить свою экономику, чтобы сделать ее более открытой для инвестиций, для конкуренции». Фридман также выступил за снижение доминирования госкомпаний.

Журналист FT отмечает, что западная пресса «годами демонизировала» Фридмана, в результате чего он стал «символом всего, что не так с российским бизнесом». Конфликт российских акционеров ТНК-BP с британской BP нанес ущерб репутации, признал Фридман. «Но в конце концов мы сильно выиграли как акционеры компании», — сказал он. Теперь Фридман видит свою миссию в том, чтобы улучшить образ элиты российского бизнеса за рубежом, пишет FT. «Наш моральный долг — стать глобальным игроком, доказать, что россиянин может превратиться в международного бизнесмена», — заявил миллиардер. 

FT назвала сделку по продаже ТНК-ВР «Роснефти» «удивительно своевременной». Со своей стороны Фридман заявил, что действительно не понимает рынок нефти. «Для того чтобы быть успешным в бизнесе, не надо быть умным, надо быть удачливым», — пояснил он.

На вопрос, не планировал ли он сбавить темп после продажи доли в ТНК-BP и, возможно, купить яхту и футбольный клуб, как Роман Абрамович, Фридман рассмеялся. Лежание на пляже он назвал «формой пыток». По словам Фридмана, нужен «своего рода талант, чтобы тратить деньги красиво». «У меня такого нет», — сказал он.

Фридман также заявил, что не намерен трудоустраивать кого-либо из своих четверых детей в «Альфа-Групп» или LetterOne. «Я не хочу создавать династию», — пояснил Фридман.

В 2013 году «Роснефть» приобрела нефтяную компанию ТНК-BP у британской BP и консорциума ААР («Альфа-Групп» во главе с Михаилом Фридманом, «Ренова» Виктора Вексельберга и Access Industries Леонарда Блаватника). Доля российских акционеров компании была оценена в $28 млрд. После объявления о сделке президент России Владимир Путин заявил, что ему лично очень хотелось бы, чтобы средства, выплаченные «Роснефтью», вложили в российскую экономику.

После продажи доли в ТНК-ВР Михаил Фридман и его партнеры Герман Хан и Алексей Кузьмичев создали инвестгруппу LetterOne, вложив в нее средства от сделки. Инвестгруппа в 2015 году приобрела у немецкого энергетического концерна RWE британскую компанию Dea UK, владеющую лицензиями на нефтегазовые месторождения в Северном море. Спустя полгода LetterOne под давлением британских властей продала актив швейцарской Ineos.​ Весной 2015 года Михаил Фридман и его партнеры объявили о намерении инвестировать $16 млрд в телекоммуникационные и технологические компании Европы и США. В феврале стало известно, что LetterOne инвестировала $200 млн в сервис по заказу такси через мобильное приложение Uber.